Новая музыка августа: слушаем альбомы Леонида Федорова, Энтони Хопкинса, Мэрилина Мэнсона и не только

Новый альбом Jungle с исключительно летним названием Sunshine, по мнению поклонников, должен был выйти не в середине августа, а в самом начале лета — настолько эта музыка хороша в качестве саундтрека для беспечного и жаркого времени года.

За время, прошедшее с выхода предыдущего релиза, который окончательно закрепил за Jungle репутацию лучшей новой фанк-соул-группы, «Джунгли» как будто окончательно расслабились и раскрепостились. Лучезарная, разнообразная музыка, преподанная с некоторой долей лености, при этом цепко, до последнего аккорда удерживает и поглощает слушателя. Как им удается в очередной раз вдохнуть в почтенные музыкальные стили подлинную жизнь — остается загадкой. Определенно музыкантами найден какой-то секретный рецепт. Только они нам его не скажут. Остается слушать Jungle, продлевая ощущение лета на всю осень и зиму.

Восьмой по счету альбом суперзвезд нулевых слушается так, как будто коллектив обрел очередное (даже уже не второе) дыхание.

Здесь нет очевидных «отдельно стоящих» хитов. Его нужно слушать целиком, ощущая единый контекст. А этот контекст резко свернул от традиционных громких и нервических боевиков. Наоборот, здесь очень много медленного. С размеренной и проникновенной баллады все и начинается, и это сразу задает поклонникам новые правила игры, которые сочинил для своей пластинки Пол Бэнкс со товарищи.

Кто-то сравнил альбом с творчеством группы The National, и это действительно тянет на точную антологию. Такое же умение играть медленно, петь протяжно, сохраняя при этом нерв.

Поклонники разделились пополам. Кто-то считает альбом слабым и тусклым, кто-то напротив — вершиной творчества Interpol. Мы относимся ко второму лагерю. И настоятельно рекомендуем.

Майку Даймонду, одному из трех участников Beastie Boys, более известному как Mike D, очень сложно было начать сочинять музыку после смерти коллеги по BBoys. Нерешительная пауза затянулась на 11 лет. В этот период Майк если и занимался музыкой, то исключительно в качестве продюсера.

Удивительным образом смелость снова сесть за придумывание появилась у артиста после серии джемов со своими сыновьями-музыкантами.

Сольная работа напоминает Beastie Boys той эпохи, которая началась с панковского первого релиза и закончилась звездным Sabotage. Это такой уверенный олдскул-рэп, с изобретательными сэмплами, ловкими хуками и приличной, слегка раздолбайской читкой. Альбом очень аккуратно приправлен современными «звучками», ровно настолько, чтобы не выглядеть музейным экспонатом, а находиться в актуальных трендах.

В общем, похоже Beastie Boys обрели достойное продолжение, хоть и перешли из множественного числа в единственное.

Удивительно и радостно, когда кумиры на склоне лет проявляются в новом амплуа. Дэвид Линч, например, перед смертью создавал и продавал журнальные столики. Энтони Хопкинс в свои 88 лет столь радикально не ушел в сторону от привычного, но удивить тем не менее смог. Вместе с полноценным симфоническим оркестром он записал альбом собственной музыки.

Честно говоря, с точки зрения слушательского опыта альбом не особо интересный. Но сделан по всем правилам популярной классики. Короткие, в меру помпезные, в меру задумчивые инструментальные треки. Такой формат, занимающий промежуточную нишу между серьезной симфонической музыкой крупной формы и популярными инструментальными шлягерами.

В любом случае, как бы мы ни относились непосредственно к сочинениям маэстро, хочется сказать одно: главное — делайте. Мы вас любим в любом проявлении вашего творческого духа.

Weezer всегда стояли где-то между стилями. Группа не проходила ни по разряду исключительно поп-панка, ни по разряду инди-музыки. Слишком интеллигентна для первого, слишком громка для второго. Тем не менее даже в этом межстилевом пространстве Куомо с коллегами смогли записать несколько настоящих народных хитов. И на их энергии продолжают ехать дальше и время от времени сочинять новые пластинки.

Последнее время каждая новая работа имеет свой цвет (красный, синий и так далее). Нынешняя тоже «цветная», более того — золотая. Это наводит на мысль, что сами музыканты считают ее самой хитовой. Но, увы, именно с хитами здесь как-то не задалось. Крепко, громко, мелодично. Можно послушать. Можно потанцевать. Можно попрыгать со сцены. Но недолго. Тут без хитов.

Предыдущая работа музыканта была посвящена разборкам со своими врагами. Это все после того, как его пытались все и всюду отменить и вычеркнуть из истории и культуры. Тогда артист выбрал не обычную в таких случаях тактику (затаиться и выжидать), а наоборот, превратил факт собственной отмены в повод для полемики и творческого высказывания. Тогда это получилось яростно, громко, нахально. И это сработало. Артист триумфально вернулся на поп-музыкальный олимп. А параллельно с этим и все обвинения отпали сами собой.

Но запала оказалось достаточно для сочинения продолжения. И в этом сиквеле Мэнсон смотрится сверхубедительно. Он определено вышел на пик формы. И новый его альбом точно может занять место среди самых лучших его релизов. Тот случай, когда энергия ненависти может давать лучшие плоды.

Каждый новый сольный альбом Федорова это всегда приключение, ожидание и испытание.

Вообще невозможно угадать, до какой степени музыкальной свободы он может ещё дойти.

Неизменным, как правило, остается одно — приверженность к поэзии двадцатого века и стихам Дмитрия Озерского. Здесь есть и то, и другое. За первое отвечают стихи Велимира Хлебникова. Но есть и кое-что новое, интересное и важное — на альбоме есть стихи самого Федорова.

С точки зрения музыки этот альбом станет, пожалуй, самым большим испытанием даже для абсолютных фанатов Леонида. Пластинка держится на шуме, на техно (естественно, в федоровском его изводе) и на глитче. Собственно мелодии здесь очень мало. Только шум и ярость. Но и любовь, конечно. Всепроникающая любовь, вопреки всему, что вы здесь услышите. Такая вот высокая диалектика.

Пожалуй, это одна из самых важных и глубоких пластинок в русскоязычной музыке в этом году. Все песни Светы Бень, ещё со времен «Серебряной свадьбы» отличает поэзия высочайшего уровня. Когда стихи написаны одновременно и сердцем, и головой. Когда каждая строчка вскрывает через образы глубинную суть вещей.

А в этой пластинке — глубинную суть всей нашей тоски. А наша тоска, как иголка в яйце, хранится в нашей душе. Или в нашем духе. Дух дышит (так называется первая песня, она и задает здесь все, с нее все и начинается), потому что не может не дышать. А пока это так, мы и будем горевать. То есть будем горевать всегда.

Сила образов, проникновенность музыки и пения задают такую высокую планку, с которой Света не позволяет себе соскочить. И дальше, с каждой новой песней, каждым новым словом и новым звуком, она забирается все выше и выше. Так высоко, чтобы стать вашей путеводной звездой на долгое время. Звездой и утешением.