«И хорошее настроение не покинет больше вас». Каким получился хоррор «Долина улыбок»

На экраны выходит итальянский хоррор «Долина улыбок» режиссёра Паоло Стрипполи. Фильм о горной деревушке, в которой все жители подозрительно безмятежны, уже собрал ряд премий на фестивалях. Почему при этом «Долина улыбок» вряд ли вызовет у зрителя улыбку одобрения — рассказывает обозреватель «Фонтанки».

Серджо, учитель физкультуры и бывший чемпион страны по дзюдо, переезжает работать в альпийскую деревню Ремис. Вокруг — густые леса, туман, холод, непривычный после южного приморского Таранто. Но у учителя есть причины спрятаться как можно дальше — он так и не смог смириться с гибелью сына и теперь бежит от своего прошлого.

Впрочем, в Ремисе его тоже не ждёт покой. Пока Серджо каждый вечер топит горе в стакане виски в местном баре да рявкает на учеников, он замечает, что все жители деревни — подозрительно, неестественно безмятежны, покладисты и улыбчивы. Выясняется, что у этакого счастья есть источник. Это Маттео, подросток с седой прядью волос и удивительными способностями. Обняв любого человека, он может забрать его боль. Вокруг Маттео в Ремисе выстроился целый культ, которым заправляют его отец, местный священник и ещё несколько предприимчивых поселян. Маттео помогает и Серджо, но учителя не оставляют сомнения — какова плата за это счастье? Не страдает ли при этом сам Маттео? И что вообще здесь происходит? Эти вопросы не радуют лидеров деревни, которые намерены во что бы то ни стало сохранить свою власть.

Для режиссера Паоло Стрипполи это далеко не первая картина. В 2021 году он вместе с Роберто Де Фео дебютировал на Netflix с фильмом «Классическая история ужасов», которую даже назвали «революцией в итальянском жанровом кино». Через год был фильм «Дожди», после которого режиссер уже окончательно застолбил за собой звание одного из самых заметных итальянских создателей постхоррора (напомним, что так называется новая волна фильмов ужасов, которая сочетает с привычными жанровыми клише психологизм и социальную тематику). Стрипполи и в предыдущих фильмах охотно изображал изолированные сообщества вроде сект, дисфункциональные семьи, не слишком от них отличающиеся, и обильно сдабривал всё это цитатами из классики хоррора.

И в «Долине улыбок» он с удовольствием развивает ту же схему. Отдаленная коммуна неестественно улыбчивых людей — это к «Солнцестоянию» Ари Астера, как и странный треугольный храм, в котором Маттео проводит свои исцеления. Сама динамика отношений в замкнутой общине напоминает фильмы Джордана Пила вроде «Прочь». Тему горя разрабатывали братья Филиппу в «Два, три, демон приди». Красивые и жутковатые хореографичные групповые сцены намекают на «Суспирию» Луки Гуаданьино. Есть здесь что-то и от недавнего «Плюрибуса» Винса Гиллигана. А сам вечно укутанный туманом Ремис — это, конечно, дань уважения Стивену Кингу и вечным его городишкам с жуткими тайнами внутри. Вспоминаются, конечно, и «Твин Пикс» Линча, и «Сайлент Хилл»…

Но заслуга режиссера в том, что он не превращает фильм в один сплошной альбом цитат. Отсылки скорее проскальзывают тут ненавязчивым фоном, а история начинает развиваться сама собой и вполне с самобытной интонацией. Конечно, главное здесь — дуэт Серджо и Маттео. Микеле Риондино в роли тренера слегка напоминает о Хабенском в «Географ глобус пропил» — и так же переключается между депрессией, отчуждением и квазиотцовской нежностью.

Но пожалуй, дебютант Джулио Фельтри, сыгравший Маттео, впечатляет даже сильнее. Фельтри похож на Бьорна Андресена в роли Тадзио в «Смерти в Венеции» — так же тих, хрупок, так же опускает длинные ресницы на глаза и становится похож на прекрасного ангела смерти. Может быть, Стрипполи действительно делал тут намек — во всяком случае, во фрагментах, вырезанных из российской версии фильма, взросление мальчика показано в тонах, не чуждых Висконти. И ведь именно на Венецианском фестивале прошла премьера фильма Стрипполи! Черт его знает, бывают странные сближенья…

Всё это, однако, не спасает «Долину улыбок» от финального краха. Так же, как в первой своей половине фильм набирает обороты, за пасхалками сохраняя серьёзный тон, психологизм и самобытность, — весь второй час становится постепенным разрушением всего, что было раньше так тщательно выстроено. Бедой становятся не актерские работы и не визуал — они безупречны. Кажется, главным виновником оказывается сам Стрипполи в качестве режиссера и сценариста.

Вместо того, чтобы сосредоточиться на отношениях главных героев, он для чего-то пытается максимально расширить камерную историю, приплетает туда линии чуть не всех прочих жителей деревни, включает излишние флешбэки, не может выбрать основную, путается в предпосылках и объяснениях, забывает про саспенс и выдает одну неубедительную кульминацию за другой, когда картине давно уже следовало бы закончиться. Параллельно с этим и монологи делаются всё ходульней, и образы — всё более топорными. Впечатление такое, будто поначалу у Стрипполи были амбиции снять целый эпос, а на полпути он спохватился и судорожно стал сводить концы с концами, уже не считаясь с потерями.

В этом он немного похож на самого своего героя, Серджо, который поначалу нашёл удивительный источник утешения, а после слишком усердно стал докапываться до причин чуда, за что и поплатился.

В одном фильму не откажешь — когда пройдет время, впечатление сгладится и громоздкие сюжетные ходы подзабудутся, — в памяти останутся ангелическая внешность Маттео, сосны да вечные туманы над Ремисом. Они тут неизменно живописны.

Матвей Пирогов, специально для «Фонтанки.ру»