«Был такой деревянный Петербург, с огородами». Вы удивитесь тому, что нашли археологи в Стеклянном городке

В Петербурге проходят крупнейшие спасательные раскопки — археологи исследуют Стеклянный городок перед строительством Широтной магистрали. Культурный слой на площади около 22 тысяч квадратов скрывает быт и повседневную жизнь рабочей окраины с конца XVIII века. «Фонтанка» поговорила с исследователями и изучила первые находки — от уранового стекла до агитфарфора.

Раскопки в Стеклянном городке — большая удача для археологов. В мегаполисе исключительно редко появляется возможность исследовать культурные слои на такой обширной территории. Общая площадь работ — около 22 тысяч квадратных метров между проспектом Обуховской Обороны, садом 30-летия Октября, Хрустальной улицей и железной дорогой, которая Финляндским железнодорожным мостом дальше «перепрыгивает» через Неву. На раскопках работают порядка 70 человек.

Специалисты исследуют рабочую слободу, которая была организована при стекольном заводе в конце XVIII века. Для исследования сохранились фундаментные конструкции последней четверти — конца XIX — начала XX вв. Когда формировались стекольное и фарфоровое производства, строились казенные кирпичные заводы, потребовались рабочие люди. Их поселили сюда — на окраину города вдоль дороги на Шлиссельбург. Сейчас здесь находится проспект Обуховской Обороны.

На картах XVIII века есть первые планы с деревянными домами, которые выстроились вдоль этой набережной. Эта территория постепенно застраивалась и становилась частью городского квартала.

Археологические раскопки в Стеклянном городке проводятся перед строительством участка Широтной магистрали скоростного движения (ШМСД) от транспортного узла на Витебском проспекте до пересечения с Союзным проспектом.

«По закону перед любым большим строительством требуется проведение историко-культурной экспертизы земельных участков, — рассказал археолог, гендиректор АНО „Актуальная археология“ Игорь Гарбуз. — Мы занимаемся спасательными археологическими работами. Для того чтобы понять, требуются ли археологические работы или нет, проводится разведка. Одной из таких разведок был выявлен хороший городской слой, который требуется исследовать дополнительно».

В раскопах виднеются кирпичные кладки на деревянных основаниях. Как объяснил Игорь Гарбуз, уличный фронт формировали, опоясывая квартал, более фундаментальные строения, трех- и даже четырехэтажные дома. Внутри квартала текла повседневная жизнь: тут стояли бани, конюшни, различные хозяйственные постройки и жилые дома поскромнее. На внутриквартальных территориях в основном располагались небольшие деревянные дома. Судя по сохранившимся фотографиям, в большинстве своем двухэтажные.

«Знаете, это был такой деревянный Петербург, с огородами. Всё это еще предстоит проанализировать и осмыслить», — пояснил он.

Археолог пояснил, что Стеклянный городок располагался на неблагоприятной для строительства почве. Толщина торфяного слоя здесь достигает нескольких метров. Из-за этого постройки деформировались, что хорошо просматривается на сохранившихся основаниях.

«Здесь когда-то было озеро Глухое. Мы привлекли коллег из Института озероведения РАН, чтобы они проанализировали и установили возраст палеоозер, которые здесь были. Предварительно, это период около 5000 лет до нашей эры», — пояснил собеседник.

Стеклянный городок был рабочим кварталом, здесь не жили аристократы. Однако он богат на находки. В основном это предметы быта: керамика, фаянс-фарфор, печные изразцы, утварь и посуда.

«Основная масса материала — это вторая половина XIX века — начало XX века и переход к раннесоветскому периоду», — пояснил археолог. Множество находок датируются периодом НЭП (1920-е годы).

Как добавил собеседник, этот период с точки зрения археологии мало изучен, к нему только приступают. Музеефицировать Стеклянный городок не имеет смысла, так как это типовая для Петербурга застройка. Самое ценное, что отсюда можно вынести, это информация.

Территория большая, поэтому каждый участок копается небольшими раскопами. После того как конкретный раскоп изучен, а все находки в нем зафиксированы, место закапывают, и на него переваливают грунт следующего участка раскопок. Из таких участков склеивается общий 3D-план. Обработка огромного массива полученных данных займет время.

«Взамен после себя мы предлагаем изучать это уже по чертежам, 3D-моделям, материалам, которые остаются для государственного музейного фонда. Самые лучшие находки сформируют коллекцию. Венцом работы, как правило, являются монографические исследования», — объяснил археолог.

Обзорный экскурс по части находок провел студент кафедры археологии СПбГУ Виктор Ларионов. Сфера интересов — вторая половина XIX и начало XX века, в основном технический фарфор.

Виктор, гордость старших коллег-археологов, показывает найденные образцы технического фарфора — электроизоляторы. На изоляторе, произведенном товариществом Матвея Сидоровича Кузнецова, стоит знак — орел Российской империи.

Археолог показывает найденные графитовые стержни, сделанные в Подмосковье (ныне это город Электроугли), которые были сделаны на заводе Кудинова (Московское товарищество). Стержни использовались в дуговом фонаре Яблочкова.

На полках стоит трехгранная бутылочка. Форма была выбрана неспроста, а так, чтобы никто случайно не перепутал уксус с другой жидкостью и не выпил.

В числе находок — разнообразные бутылки: пивоваренного завода «Бавария» конца XIX века, московского Трехгорного пивоваренного завода 20-х годов XX века, Калашниковского пивоваренного завода, вытянутые бутылки из-под крепких напитков, а также газировки (начало XX века) и столетняя керамическая бутылочка «Рижского бальзама».

На полках красуются образцы так называемого агитфарфора, характерного для 1920-х годов. На нем изображали вдохновляющие сюжеты с рабочими, колхозницами, тракторами, стройками пятилеток и подобное.

На полках можно рассмотреть фрагменты изготовленной в Харькове на заводе Бергенгейма терракотовой плитки. Ею, вероятнее всего, был выложен пол. Еще есть фрагменты печных изразцов, глиняной посуды, четырехгранного штыка от винтовки Мосина, формы из огнеупорного фарфора. Она, предположительно, использовалась для выпечки.

Кроме того, есть разнообразные советские детские игрушки, иконки и кресты, оловянный солдатик, предположительно, конца XIX — начала XX века, стеклянное пасхальное яйцо того же времени, турецкие и голландские курительные трубки, кольца, наручные часы. А также глиняная и керамическая посуда, подсвечники.

Среди находок более позднего периода — табличка еще времен сада 30-летия Октября, сообщавшая, что езда по нему на велосипедах строго воспрещается.

В пику бутылкам из-под горячительного в числе находок есть советский значок с надписью «Алкоголизм и социализм несовместимы».

В коллекции найденных монет есть екатерининский пятак 1784 года в хорошем состоянии, копейка времен Николая I.

«Вот тоже интересная вещь, — указывает юный археолог на миниатюрный флакон. — Мы так до конца и не поняли ее назначения. Она изготовлена из уранового стекла и светится в темноте».

На фрагменте посуды написано: «Рыбная торговля М. И. Чернышева. Сретенка. Близ Сухаревой башни в Москве». Это образец рекламной посуды или, как бы сказали сейчас, брендированной.

В чертежной мастерской, где из-за ограниченного пространства фрагменты составляемой карты археологи крепят даже на потолке, руководитель лаборатории Наталья Пчелкина показала, как собирается модель Стеклянного городка.

«На экране у нас сейчас 3D-модель квартала, который находится вдоль Обуховской Обороны. Здесь три дома. Сначала мы делаем трехмерную карту, по ней уже делаем двухмерную. То, что мы делаем, называется фотограмметрия», — объясняет археолог.

По словам археологов, раскопки продлятся еще около месяца. На десерт ученым остался самый интересный и богатый участок, примыкающий к Хрустальной улице.

«Мы сознательно взяли на себя повышенные обязательства по исследованию территории, чтобы тщательно изучить и задокументировать не столь далекую, но уже важную историю довоенного времени. Специалисты описывают, зарисовывают, изучают находки, — рассказали в пресс-службе заказчика, АО „ЗСД“. — Из предметов формируется археологическая коллекция для музея, это новый источник информации о прошлом, очень важный этап сохранения культурного наследия, которое остается жить внутри музея, существует на детально отрисованных 3D-моделях. Да, не найдены сверхценные вещи, нет никакой археологической сенсации, но для нас как для петербургского проекта отсутствует разница между богатейшим кладом и живой иллюстрацией быта конца XIX — начала XX веков, это всё ценные вехи разной истории Петербурга».