Кирилл Котков: «Две мировые державы уже попали в „ловушку Фукидида“»

Президент США Дональд Трамп завершил официальный визит в Китай. Два дня, которые Трамп провел в Пекине в гостях у председателя КНР Си Цзиньпина, были богаты на пышные церемонии и красивые фразы, но бедны итогами.

Лидер Америки уехал из КНР внешне довольным, заявив, что двум державам якобы удалось заключить «ряд фантастических торговых сделок». Как считает глава Центра изучения стран Дальнего Востока в Петербурге Кирилл Котков, Трамп просто вынужден «делать хорошую мину при плохой игре».

— По мнению западных масс-медиа, некогда «ястребиная» политика в отношении КНР, которую Трамп вел в 2017-м и 2024-м, ныне сменилась стремлением к компромиссам. Политологи считают — Трамп прилетал, чтобы просить, а не чтобы требовать. Чего именно мог просить Трамп у председателя Си?

— Америка вынуждена сменить риторику в отношении Пекина, ведь сегодня статус Китая резко изменился. В «нулевые», когда Китай уже был развитой страной, а его экономика росла как на дрожжах, он все равно позиционировал себя как «развивающаяся страна», «страна третьего мира» и т. д. В США и Европе охотно принимали всю эту словесную «лапшу». А КНР тихой сапой сумел занять ключевые позиции в целом ряде мировых инновационных отраслей и стать первой на планете страной по объему производства в реальном секторе экономики.

Пока Америка и Европа фактически занимались всякой ерундой — вроде «зеленой повестки» и деиндустриализации собственных экономик, вынося важнейшие производства в тот же Китай, китайцы охотно их принимали и развивали собственную промышленность на базе западных технологий. А также масштабировали производство станков, то есть средств производства. В итоге сегодня Китай стал первой экономикой мира, безо всяких оговорок. А также страной — мировым лидером по объему экспорта.

2025 год Китай закончил с невообразимым профицитом внешней торговли — в 1,2 триллиона долларов, совокупный объем его внешней торговли превысил 6,3 триллиона долларов. Запад, ранее убаюканный «развивающимся» статусом КНР, проспал «большую индустриализацию» этой державы, которую сам, по сути, и породил. И в итоге оказался в роли догоняющего. Поэтому Трамп и притащил с собой в Пекин полтора десятка топ-менеджеров ведущих компаний во главе с Илоном Маском — с тем чтобы привлечь в эти компании китайские инвестиции. А также всячески демонстрировал, что Америка должна быть ведущим экономическим партнером Пекина.

Но по факту Америка — лишь третий по значимости партнер Китая, торговля с ней занимает 8,8% всей внешней торговли КНР. По сравнению с 2024-м двусторонний оборот сократился на 18,7% из-за тарифных разногласий. На первом месте среди торговых партнеров Поднебесной идет объединение стран АСЕАН, на втором — Евросоюз. По данным за 2025-й, взаимный товарооборот между США и КНР составил 559,7 млрд долларов в год, даже с Евросоюзом он на 100 млрд долларов больше.

— Насколько реальны те «фантастические соглашения» с Китаем, о которых говорил Трамп после окончания визита?

— Я сильно сомневаюсь в том, что они были заключены. Трамп изо всех сил пытается позиционировать себя как «мегауспешный президент, у которого все получается». Но по факту многие его начинания либо зашли в тупик, либо могут закончиться провалом, и китайцы это прекрасно видят. Его попытка навязать непомерные тарифы всем странам мира была сорвана Верховным судом США. За последние месяцы из-за войны в Иране он понес очень серьезные репутационные потери. Судя по результатам саммита, визит Трампа в Китай получился во многом протокольным мероприятием, на котором мало что решалось.

Я много работал на крупных международных форумах и хорошо знаю — большие договоренности заключаются в совсем другой обстановке. Сначала эксперты обеих сторон месяцами усиленно работают на нейтральных площадках, согласуют позиции, и в итоге на таких топ-саммитах большие сделки либо подписываются, либо нет.

Саммит в Пекине содержал много торжественных трапез, прогулок и банкетов, но больших сделок не было. Американцы пытались выдать за нее меморандум о готовности Китая приобрести 200 самолетов у корпорации «Боинг». Но эта новость не взбодрила рынки, а скорее вызвала у инвесторов пессимизм. Ведь изначально китайцы планировали купить 500 «Боингов», и акции компании после визита пошли вниз. Более никаких серьезных заявлений ни одна из сторон не сделала.

— Вопрос независимости Тайваня по-прежнему остается самым конфликтным на повестке дня. Насколько сильно он мешает США и КНР искать взаимные компромиссы?

— Ну, как только Тайвань объявит о независимости, КНР тут же начнет войну с применением всех возможных конвенциональных средств. Сейчас Америка просто использует Тайвань в качестве «непотопляемого авианосца у китайских берегов», поставляют туда огромное количество своего оружия. Остров в целом тотально зависим от США не только в военном, но и в политическом смысле.

Сейчас вопрос Тайваня «подвешен в воздухе». Но в Пекине надеются со временем создать такие геополитические условия, при которых остров сам, добровольно войдет в состав Большого Китая, как это сделал Гонконг в 1997-м. Китайцы, как люди мудрые, понимают: война — это самый проигрышный путь из всех, которые только могут быть. С точки зрения властей КНР, на Тайване живут такие же братья-китайцы. На Тайване тоже никто не хочет войны с «большим братом», их вполне устраивает то положение, которое сейчас есть. Этот вопрос может найти свое решение только со временем.

— 20 мая ожидается однодневный визит в Пекин президента РФ Владимира Путина. Его подают как «часть рутинных контактов РФ и КНР», но могут ли быть на повестке реально важные вопросы?

— На мой взгляд, визит Владимира Путина будет чисто рабочим. В Москве тоже внимательно следят за контактами Китая и США и опасаются серьезных подвижек в позиции Поднебесной. Думаю, одной из целей грядущего визита станет как раз выяснение подробностей того, с чем и зачем приезжали американцы. Это обычная практика в топ-дипломатии. Также в ходе визита президента РФ может быть обсуждено усиление энергетического сотрудничества по перспективным проектам вроде «Силы Сибири — 2».

Война «коалиции Эпштейна» против Ирана реально усилила позиции Москвы в мире, другой вопрос — сумеет ли Россия этим грамотно воспользоваться. Вопреки общепринятому мнению, зависимость Китая от поставок энергоресурсов из Персидского залива не так велика, как у соседних с ним стран. У Поднебесной есть огромные стратегические запасы нефти, там еще с конца 1990-х начали строить гигантские подземные нефтехранилища и проводить политику диверсификации импорта энергоносителей.

Операция вокруг Ормузского пролива задумывалась как против Ирана, так и против Китая — США намеревались использовать это как рычаг давления на Пекин. Но эта стратегия провалилась. Доля Ирана в общем импорте нефти в Китай составляла менее 14%, и китайцы еще в марте начали ее активно замещать. Другое дело, что с началом кризиса на рынке энергоносителей нашу нефть захотели покупать Вьетнам, Индонезия и Япония, повысились нефтяные аппетиты и у Индии. Теперь дело России — максимально обернуть эту ситуацию себе на пользу. Сумеем ли мы это сделать — покажет ближайшее будущее.

— Насколько повысилась роль РФ как ключевого энергетического партнера КНР после начала войны «коалиции Эпштейна» против Ирана?

— Россия сейчас — важный партнер Поднебесной в плане поставок энергоносителей, причем по весьма умеренным ценам. Но Китай не имеет критической зависимости от наших поставок. Здесь нужно бояться не «разворота» китайцев в другую сторону, а непредсказуемости нашей собственной политики. В Китае привыкли смотреть на дальнюю перспективу, но в целом их шаги — достаточно логичные и предсказуемые, в отличие от России.

Китайцы привыкли обращать практически любой конфликт в мире себе на пользу. Киев и Москва, а также страны Запада закупают у китайцев миллионы дронов и комплектующих к ним, а также оптоволокно, цены на которое за последний год выросли в десятки раз. При этом сами китайцы стараются ни в какие конфликты не вмешиваться, соблюдая максимально жесткий нейтралитет.

Не говоря уж о том, что производство оптоволокна мы вполне могли ранее наладить и у себя. Здесь уместно провести параллель с Крымской войной 1853–1856 годов, до начала которой Россия закупала тысячи единиц нарезного оружия за границей. Но после ее начала такая возможность исчезла — страны-производители вроде Австрии или Пруссии заняли позицию «вооруженного нейтралитета», Бельгия также отказалась продать нам это оружие. Россия была вынуждена развернуть его производство на своей территории. Однако во многом из-за дефицита нарезного оружия был проигран ряд важнейших сражений. Так что, планируя большую войну, нужно хорошо учить уроки истории.

— Может ли после визита Трампа в КНР возобновиться война США и Израиля с Ираном? Продолжит ли Пекин поддерживать Тегеран?

— Война против Ирана вполне может возобновиться, ведь конфликт явно «поставлен на паузу». Но он уже показал главное — цели Израиля и США в нем не совпадают. Тель-Авив очень хочет снести в Иране теократический режим, чтобы не иметь явных противников на Ближнем Востоке. А американцы, похоже, и не собирались сносить до основания режим аятолл. Их задачей было вывезти из Ирана ядерные материалы, полностью лишить персов перспективы получить ядерное оружие.

Пока что и та, и другая цель далеки от достижения. Да, верховное руководство Ирана удалось убить почти в полном составе, но режим устоял и даже укрепился. Зато Тегеран сумел нащупать уязвимые места в соседних странах Персидского залива — серьезно обстреляв ракетами не только военные базы США, но и объекты нефтяной и газовой инфраструктуры «нефтяных монархий». Выяснилось, что хваленое американское ПВО надежно защищает только Израиль, и то не везде и не от всего. А богатые нефтяные страны в случае угрозы с воздуха, по сути, предоставлены сами себе.

Перекрыв для судоходства Ормузский пролив, иранцы нанесли мощнейший удар по имиджу США как «всесильного гегемона». Теперь Америка вынуждена искать какой-то выход из этого тупика — желательно с наименьшими потерями. Что касается поддержки персов Китаем, то она не особо велика — этому мешает географический фактор. Страны расположены далеко друг от друга, их разделяют такие неспокойные государства, как Афганистан и Пакистан плюс Таджикистан и Туркмения.

Направлять помощь Ирану по суше для китайцев проблематично. А масштабные перевозки ракет или средств ПВО по воздуху или морю сегодня легко отследить со спутников. Максимум, что может сделать Китай, — это помочь иранцам разведданными со своих спутников. Но укрепить почти уничтоженное «коалицией Эпштейна» иранское ПВО китайцы явно не в состоянии. Видимо, поэтому нигде нет никаких данных о поставках персам китайских ЗРК или ракет.

Да, до конфликта Китай закупал 87% всей иранской нефти. Но он закупал ее и у стран Ближнего Востока и, более того, инвестировал миллиарды долларов в тамошнюю энергетическую инфраструктуру. Для китайцев принцип «не складывать яйца в одну корзину» всегда был главным, и ставить только лишь на Иран, десятилетиями противостоявший Западу, Пекин не собирался. Кстати, еще и потому, что Тегеран долгое время не терял (а возможно, и сейчас не теряет) надежды договориться с США «по-хорошему».

— Си Цзиньпин, упомянув «ловушку Фукидида» о неизбежности борьбы двух держав, впервые заявил об угрозе прямого столкновения двух стран. Возможна ли такая война?

— «Ловушка Фукидида» — описание тенденции к войне в условиях, когда новая восходящая держава угрожает вытеснить существующую великую державу с места международного гегемона. Сейчас обе великие державы уже находятся в этой ловушке. Это произошло по вине США, которые сказали: «Китай — наш противник, и точка». Пекин никогда ничего подобного не говорил. В обозримом будущем он будет стремиться всячески избегать прямого столкновения со Штатами. Согласно китайской стратегии, в мире желательно создать такую ситуацию, когда Америка будет занята своими собственными проблемами и ей станет ни до кого. Причем это идеальный вариант как для Пекина, так и для Москвы. Китайцы считают — США должны сами попасть в такую ситуацию, нежели произойдет военное столкновение, которое никому из великих держав не нужно и невыгодно.

P. S. Как сообщила репортер New York Post Эмили Гудин, делегация США, покидая Пекин, выкинула все китайские подарки. «Охрана делегации забрала все, что раздавали китайские чиновники — аккредитации, одноразовые телефоны для сотрудников Белого дома, значки для делегации, — перед тем, как мы сели в самолет, и выбросила в мусорный бак у подножия трапа. На борту самолета делегации США не было разрешено ничего из Китая», — написала Гудин.

Родион Морозов, специально для «Фонтанки.ру»