«В нардах обычно по лицу не бьют». Как любимая игра заключенных стала большим спортом с призовыми в миллионы рублей

В Петербурге прошёл чемпионат России по нардам с участием более 400 игроков из 54 регионов и призовым фондом 10 миллионов рублей. Отдел спорта «Фонтанки» — о том, как игра с дворовым и тюремным шлейфом превращается в официальный спорт с регламентом, нейросетевым анализом партий и героями из совершенно разных миров.

Чемпионат России по нардам меньше всего напоминал привычный образ этой игры. Здесь не было прокуренного двора, продавленного табурета, доски на коленях и мужского спора, который обязательно должен закончиться разговором на повышенных тонах. Вместо этого — большой зал лофта «Холл» на Арсенальной набережной, сцена, профессиональный свет, разнообразный фуршет, отдельно обеды, официанты, десятки столов и более четырехсот игроков из 54 регионов, которые приехали в Петербург сразиться за звание чемпиона страны. Ну, и за рекордный призовой фонд в 10 миллионов рублей.

На открытии всё выглядело подчёркнуто парадно. Приглашённые артисты, скрипачка с глубоким декольте, детский хор Телевидения и Радио Санкт-Петербурга под руководством дирижёра Игоря Грибкова, исполняющий гимн России.

Дальше начиналась сама игра. На столах — аккуратные лакированные доски, рядом battle box, через который бросают кубики, чтобы исключить лишние вопросы. Над каждым столом (а их десятки) — отдельная камера, которая снимала партию. Трансляцию каждой игры можно было посмотреть отдельно в Интернете. И пара десятков судей, которые внимательно следили, чтобы никто не мухлевал. Впрочем, как говорят, сейчас такое уже редкость. Как правило, это случайные ошибки.

В общем, всё выглядело максимально культурно и дорого-богато. Началось это, кстати, не так давно и во многом благодаря вниманию бизнесмена Умара Кремлёва.

То, что дворовая забава превратилась в помпезный спорт с огромными призовыми, случилось не само собой. В 2022 году нарды официально признали видом спорта в России. Но настоящая золотая лихорадка началась, когда за игру взялся Умар Кремлёв — президент Международной федерации бокса, который теперь возглавляет и мировую федерацию нард IBF. С боксом, правда, у него в последнее время дела складываются не очень. Но там и ситуация из-за олимпийского статуса более сложная. То ли дело нарды — буквально непаханое поле.

Кремлёв привнес в индустрию по-настоящему боксерские амбиции: жесткий регламент, ставку на прозрачность и, главное, огромные деньги. Месяцем ранее в Ташкенте отгремел Гран-при Азии с рекордным в истории нард призовым фондом в 500 000 долларов. В Узбекистан съехались полтысячи игроков из 54 стран, включая голливудскую легенду 88-летнего Джона Рокуэлла, снимавшегося с Софи Лорен и учившего играть самого Хью Хефнера.

— Нарды сейчас переживают то, что переживал покер в начале 2000-х, — объяснял «Фонтанке» в кулуарах чемпионата России спортивный директор Федерации нард России Ацамаз Арсагов. — Наша задача — уйти от ассоциаций с азартными играми в сторону спортивности. И у нас уже есть своя сборная, 36 человек. Мы оплачиваем им перелеты, проживание, взносы на турниры. Ближайший выезд — в Тбилиси на чемпионат мира.

Пришел в нарды и высокий технологический стиль. Здесь больше не кидают кости «на фарт». На турнире используют battle box — специальные машинки, исключающие шулерство, а также электронные доски с магнитными датчиками, которые автоматически записывают ходы и не дают сделать неверное движение. Каждую партию пишет отдельная камера, а потом файлы загружают в программу-анализатор XG (Extreme Gammon), которая высчитывает PR — коэффициент качества игры. Именно по нему, а не просто по победам, теперь присваивают звания вплоть до гроссмейстера. Проиграл матч, но принял математически идеальные решения? Ты всё равно молодец.

Архитектор Гайк Варданян, открывший в Петербурге Академию нард и возглавивший городскую федерацию, рассказал, что они уже проводят турниры, где победитель определяется не по очкам, а именно по PR.

Так древняя игра, чья история насчитывает чуть ли не пять тысяч лет, стремительно превращается в киберспорт. Но даже сквозь официальный лоск иногда пробивался тот самый дух, за который эту игру любят в самых разных мирах — от голливудских гостиных до российских тюрем. Не стал исключением и этот чемпионат России: за досками здесь порой встречались люди, которых в обычной жизни трудно было бы представить рядом: от школьников, мечтающих стать космическими инженерами, до бывших заключённых, которые и познакомились с этой игрой в «местах не столь отдалённых».

Федерация нард России настойчиво пытается увести игру от привычного азартного тюремно-дворового образа, продвигая лозунг «Нарды — это модно». На чемпионате России в Петербурге для этого делали почти всё. Но полностью вычеркнуть уникальное наследие игры пока получилось не до конца. Например, среди участников турнира был человек, который пришёл в нарды именно из той самой среды, с которой их так часто связывают в массовом сознании, — и при этом стал одним из победителей чемпионата.

Владимир Ивашкин из Красноярского края стал чемпионом в дополнительной номинации «Кубок мастеров по длинным нардам». Он профессиональный боец ММА, тренер по смешанным единоборствам, человек с рекордом 15 побед и 12 поражений. А с нардами познакомился около 25 лет назад, когда оказался за решёткой.

— Ой, ну я просто смотрел, как ребята играют в нарды.

— А где это было?

— Ну, если это важно…

Об этом повороте в своей жизни он говорил без бравады и без лишней романтизации прошлого. Просто «случилась одна ситуация после армии»: попал «туда», увидел, как ребята играют, смотрел-смотрел, даже без специального обучения понял, как всё работает, и сам начал играть. Получалось прилично.

Тогда никакого спорта в этой истории ещё не было. Нарды для него существовали примерно как шашки — обычная игра, которая затягивает. Кстати, в шашках Ивашкин тоже был не случайным человеком: становился чемпионом города Назарово в Красноярском крае. Но именно нарды остались с ним надолго.

На вопрос, почему игра так прижилась в местах лишения свободы, Ивашкин отвечает: карты там под запретом как азартная игра, а нарды администрация разрешала. В них играют на «очки», конвертируя долги в сигареты и тушёнку, ими пополняют общак, на них зарабатывают авторитет. Ивашкин знает про ту жизнь всё — от технологии изготовления неразбиваемых досок из хлебного мякиша и марли до истинной цены проигрыша. Помнит, как однажды проиграл сто долларов, просидев за доской тринадцать часов, а через год те же соперники приехали к нему в город и отдали уже в несколько раз больше. «Рассчитывались потом полгода», — усмехается он.

Пару лет назад он уже попадал в новости. В Красноярске у Ивашкина произошёл дорожный конфликт с другим водителем: словесная перепалка закончилась дракой, после которой пострадавшему диагностировали сотрясение мозга, переломы и синяки. Позже прокуратура Красноярского края сообщила, что бойца ММА наказали 160 часами обязательных работ, а также обязали выплатить 120 тысяч рублей компенсации морального вреда и 40 тысяч рублей расходов на лечение. Однако за доской Ивашкин, по его словам, ведёт себя куда спокойнее. На вопрос, как в одном человеке уживаются расчёт нардиста и жёсткость бойца, он отвечает с обезоруживающей улыбкой: «В нардах по лицу не бьют. Обычно».

Но Ивашкин был только одной из многих человеческих историй чемпионата.

Пока Ивашкин с суровой хваткой бойца прокладывал себе путь по турнирной сетке, в другом конце зала 14-летний Георгий Смялковский из Тверской области взирал на доску с холодным спокойствием отличника. В итоге он занял четвёртое место в основном турнире и выполнил норматив кандидата в мастера спорта. Для взрослого турнира это уже серьёзный результат. Почти готовый символ нового поколения нард.

С нардами Георгий познакомился на семейном отдыхе в Сочи. Кто-то из друзей семьи показал игру, ему понравилось, дальше пошли турниры. Первый — в Сколково. Уже там семья узнала, что в Твери есть федерация. Потом были Сочи, Пятигорск, Москва, «Охта Парк».

До нард Георгий занимался шахматами и вообще любил настольные игры. Но в новой дисциплине его зацепил именно спортивный формат: турниры, команда, сборная, призы. Помимо игры, он занимается олимпиадной физикой и математикой, учится в восьмом классе и говорит, что хотел бы стать инженером в космической отрасли.

Его мама Анна Смялковская тоже оказалась внутри этой истории — стала судьёй благодаря детям. Она рассказала, что в детских нардах атмосфера лёгкая и спокойная, а вот когда её в последний день чемпионата России поставили судить мужской сектор, она испытала культурный шок: «Я вообще обалдела. Там такая напряжённая обстановка, суровые мужчины. Я теперь вообще не понимаю, как мой ребёнок смог туда пробиться и дойти так далеко».

Анастасия Зирка из Севастополя, наверное, могла бы раздавить доску руками. Трехкратная чемпионка мира и семикратная чемпионка Европы по армрестлингу, заслуженный мастер спорта, она привыкла к физическим перегрузкам. Но два года назад подруга показала ей нарды на даче, и Анастасия пропала.

Сейчас она уже штурмует всероссийские старты и заняла двадцать девятое место из ста четырнадцати — для дебюта на таком уровне серьезная заявка на будущее. Анастасия находит в нардах то, чего не хватает в силовых видах.

Для неё нарды — это интеллектуальный спарринг, в котором адреналин зашкаливает не меньше, чем перед выходом на помост.

Бизнесмен Марат Далакян не помнит момент, когда начал играть в нарды. Его научил отец, когда ему было шесть лет, а того — его отец.

«У нас это семейное. Из поколения в поколение эта игра всегда была в нашем доме. Мы постоянно играли», — рассказывает он.

Но до поры игра существовала в любительском формате. В 2023 году Марат узнал, что нарды признаны спортом, и поехал на Кубок городов в Петербург. Будучи человеком с математическим складом ума, быстро освоил премудрости турнирной стратегии и в итоге выиграл здесь чемпионат России по блицу. Для него принципиально важна чистота спорта.

«Я не любитель играть на деньги, в азартные игры не играю. Здесь вопрос не в деньгах, а в статусе», — говорит он. Эмоции за столом он старается не выплескивать, уважая соперника, и верит, что удача улыбается тем, кто сохраняет хладнокровие.

Александр Шашков — победитель главного мужского турнира по длинным нардам. Он прилетел в Петербург с Сахалина, где служит в пограничных органах. В его истории нет ни тюремной романтики, ни семейных династий. Нарды пришли к нему в армии в 2008 году: «Была доска. В свободное время садились играть. Там и научился». Потом были годы игры в интернете — сутками напролёт, совмещая с работой, которая давала такую возможность.

— А что за работа, если не секрет?

— Секрет.

— Секретная работа?

— Да нет. Просто времени хватало и на работу, и на нарды. Поэтому очень много играл. Наверное, за счёт этого и научился хорошо играть.

Он разбирал партии в программе Extreme Gammon, запоминал ошибки и оттачивал стратегию. В итоге — стал чемпионом в невероятном финале против земляка. Александр признает, что эмоции в нардах — главный враг, и играть нужно хладнокровно, с опытом и пониманием.

На вопрос о роли везения Шашков отвечает без колебаний: нарды — игра интеллектуальная. Кости, конечно, выпадают случайно, но сама структура игры от этого не перестаёт быть стратегической. Главное — как ты распоряжаешься тем, что выпало на доске. Бывают партии, где откровенно не везёт, такое случается постоянно, признаёт он, но даже в них нужно сохранять хладнокровие, продолжать делать максимально правильные ходы и полагаться на опыт. Опыт, по его словам, необходим: когда провёл за доской тысячи часов, начинаешь узнавать позиции и чувствовать, какую стратегию выбрать.

В последний день чемпионата большую часть официальных столов уже убрали — освобождали место для церемонии закрытия и фуршета. Осталось лишь несколько финалистов, которые молча доигрывали свои партии. По регламенту им вообще нельзя во время игры перебрасываться словами.

На этом фоне в углу неожиданно возникла, словно артефакт из другого мира, обычная деревянная доска, протертая от долгих лет использования и с характерной шестиконечной звездой. И никакого battle box. Вместо него — обычный прозрачный стакан, в который по-дворовому кидали кубики.

Вокруг этой доски постепенно собралась толпа. Зрителей в какой-то момент стало больше, чем на соседней площадке, где доигрывали официальные финалы. Играли по-простому, на интерес.

У одного из мужчин игра откровенно не шла. Он нервничал, хватался за голову. Позади него стоял зритель — неприметный мужичок в пиджаке, который негромко заметил, что вот эту партию ещё можно вытащить, мол, ход неверный выбрал. Проигрывавший взорвался. То ли самолюбие взыграло, то ли нервы сдали: «Ты такой умный? Иди сам сядь! Посмотрим, как ты затащишь!»

Повисла пауза. Незнакомец не стал отнекиваться. Поспорил на тысячу рублей, что выиграет. И выиграл. А потом сделал жест: сказал отдать тысячу стоявшей рядом девушке, ещё одной зрительнице этой странной партии.

На просьбу поговорить под диктофон герой лишь отмахнулся: «Не хочу славы. Интервью не даю».

Именно в этот момент стало понятно: ни большие деньги, ни камеры над столами, ни нейросети, разбирающие каждый ход, не отменят подлинную магию этой игры. За пределами официальных турниров, регламентов и красивых речей она всё равно останется прежней — на стыке удачи, расчёта, ярости и какого-то особенного благородства. Наверное, поэтому в нарды до сих пор играют так, что забывают о времени.