Берегите печень. Почему врачи не поверили в заявление Трампа о парацетамоле, вызывающем аутизм

Говорят, что за Дональда Трампа голосовали даже демократы, потому что он обещал заняться проблемой аутизма. Обещал — не подвел. Его заявление по поводу причин развития расстройств аутистического спектра с предупреждением беременным опасаться приема парацетамола разлетелось по всем СМИ. Врачи недоумевают, родители детей с РАС сомневаются — это не то, что может помочь кому бы то ни было. Потому что это всего лишь хайп от Трампа в стиле «британских ученых».

22 сентября на совместной пресс-конференции с Робертом Кеннеди, посвященной поискам причин аутизма, Трамп назвал цифры: если 25 лет назад аутизмом страдал 1 ребенок на 45 тысяч, то теперь 1 на 32 тысячи. Среди мальчиков он встречается чаще: по словам Трампа, каждый 20-й мальчик в Америке рождается с аутизмом. А в Калифорнии (почему-то) и вовсе каждый 12-й.

Вольная интерпретация цифр — особенность президента США, поэтому ориентироваться на них, вероятно, не стоит. Но число детей с аутизмом, действительно, растет, и не только в Америке.

«Нельзя сказать, что всё на все 100 процентов понятно, но мы рады объявить об исторических шагах в исследовании аутизма. Всегда был заинтересован в том, чтобы найти причину его развития, — сказал Трамп. И уточнил, что раньше он говорил, что такой рост непонятен: — Они (беременные. — Прим. ред.) что-то принимают». Это что-то теперь найдено. Виновник — препарат с международным непатентованным наименованием ацетаминофен, в России известен как «парацетамол», в Америке — «тайленол».

Журналисты-трамписты сравнивают политическое значение финансирования программы поиска причин развития аутизма с анонсированным Кеннеди полетом на Луну в 1962 году, этот поиск еще называют новой миссией Америки. А то, что тайленол вреден беременным женщинам и маленьким детям, «скрывали».

На что опираются в своих выводах врачи, занимавшиеся поиском причин возникновения аутизма, а точнее, расстройства аутистического спектра (РАС) под руководством Джона Кеннеди-младшего, министра здравоохранения? На работу под названием «Оценка данных об употреблении ацетаминофена и нарушениях развития нервной системы с использованием методологии Navigation Guide».

Как рассказали американские специалисты, в ходе исследования с использованием этой методологии рассматривались и обобщались выводы, сделанные по результатам нескольких наблюдательных исследований. Заключение: получены доказательства, подтверждающие связь применения парацетамола с повышением риска РАС, отсюда — рекомендация об ограничении его применения во время беременности.

Врач и автор популярного канала ImmunoBee @immunobee1 об иммунологии пишет:

«Большинство исследований полагались на самоотчеты матерей, немножко на биомаркеры.

…парацетамол назначается при температуре и боли, и то и другое само по себе может приводить к нарушениям в нейроразвитии. Особенно температура.

Не было контроля по социально-экономическому статусу, генетике, другим лекарствам.

80% исследований опубликованы после 2013 года, систематическая ошибка публикации?

…«Рост выявляемости РАС» не равно «рост РАС из-за парацетамола». Просто лучше диагностируют».

<…>

«В общем, исследование авторы старались провести методологически строго, но их описание и выводы слишком субъективны. Они хотели найти — они нашли… Возможно, парацетамол правда влияет. Возможно, правда НЕ влияет».

Вероятно, Кеннеди-младший так торопился показать выполнение предвыборного обещания Трампа, что миссия пока кажется невыполнимой. Но теперь FDA будет уведомлять врачей, что использование ацетаминофена во время беременности может быть связано с очень высоким риском развития аутизма. И беременным женщинам рекомендуют принимать его, только когда терпеть боль или высокую температуру уже нет никаких сил.

Справка. Ацетаминофен синтезирован в США в 1877 году, а начали применять его спустя 10 лет — после того, как опробовали на людях. То есть он из тех лекарств, что не соответствуют современным нормативам доказательной медицины, поскольку не проходил узаконенных этапов клинических исследований. Но за более чем столетнее применение он настолько изучен на практике, что об этом препарате известно практически все. И да, он вовсе не безобидный.

«Опасность парацетамола заключается в том, что терапевтическая доза составляет 500 миллиграммов, это одна таблетка, — объяснил „Фонтанке“ главный токсиколог Петербурга Алексей Лодягин, доктор медицинских наук, руководитель отдела клинической токсикологии НИИ скорой помощи им. Джанелидзе. — А широта терапевтического действия лекарства небольшая — прием всего 3,5 грамма (7 таблеток) за короткое время уже оказывает токсичное воздействие на печень, а 7 и выше (7–10) — настолько опасно, что может потребоваться даже трансплантация печени.

Так что принимать этот препарат в качестве обезболивающего или жаропонижающего средства надо очень аккуратно всем, не только беременным. Не то чтобы часто, но петербуржцы с отравлением парацетамолом, бывает, оказываются на койке токсикологического отделения Института скорой помощи им. Джанелидзе. «Поскольку печень регулирует многие системы в организме, то нарушение ее работы ухудшает работу разных органов и систем, нарушает обменные процессы», — добавляет главный токсиколог.

В том, что любой препарат имеет побочные эффекты, можно не сомневаться. Иначе это не лекарство. Поэтому при приеме любого из них следует оценивать соотношение польза/риск. В инструкции к препарату в разделе «Применение при беременности и кормлении грудью», действительно, сказано, что парацетамол проникает через плацентарный барьер и «до настоящего времени не отмечено отрицательного воздействия парацетамола на плод у человека… В экспериментальных исследованиях не установлено эмбриотоксическое, тератогенное и мутагенное действие парацетамола».

Как считает главный детский психиатр Петербурга Северин Гречаный, доктор медицинских наук, завкафедрой психиатрии и наркологии СПбГПМУ, возможно, все это каким-то образом привязывается к бесконтрольному использованию обезболивающих и противовоспалительных средств. Обычно речь идет в таких ситуациях о НПВС (нестероидные противовоспалительные средства), а парацетамол применяется с теми же целями — для снятия боли или снижения температуры.

«Современное поколение по каким-то причинам принимает эти лекарства без назначения врача. Во-первых, потому что болевой порог почему-то снижается, во-вторых, психологические способы контроля боли никак не используются и, в-третьих, любое психологически дискомфортное состояние, которое сочетается с болевым синдромом, заедается лекарствами. Но относительно повреждающего действия на мозг и его последствий в виде аутизма я бы воздержался высказываться», — говорит доктор.

При этом он допускает, что парацетамол, проникая через плацентарный барьер, может неблагоприятно воздействовать на головной мозг. Но, чтобы получить сильное повреждающее воздействие, принимать его нужно долго — курсами: «Одна таблетка не может вызвать столь значимых эффектов. Потому что головной мозг плода закладывается не в один день, он формируется в процессе почти всего эмбриогенеза плода».

То есть теоретически можно заподозрить, что парацетамол может — неясно как — влиять на развитие РАС, но это труднодоказуемо.

«Расстройство аутистического спектра — сложное явление: чтобы оно развилось, внутриутробного поражения недостаточно, доказано, что в большинстве случаев ведущая роль — за генетикой. Около ста генов в той или иной степени ответственны за его развитие, — говорит Северин Гречаный. — У них разная степень влияния на проявления РАС и разный вклад в его развитие. И вообще аутизм очень разнородный, это не отдельное заболевание, это синдром. Он встречается при огромном количестве заболеваний и различается по степени тяжести и по масштабам проявления. И когда появляется информация о том, что причиной — даже не доказанной, а возможной — может стать какой-то один фактор, прежде всего, хочется спросить: о каком аутизме вы ведете речь? Да из-за разнообразия его проявлений даже не этиологическим фактором, а как бы триггерным — пусковым — может быть что угодно. Вообще вопрос в медицине, что и чем вызывается — праздный, как правило, факторов риска развития несколько, и специалисты говорят об их иерархии».

По словам доктора, если существуют подтвержденные доказательства связи с РАС в исследовании, озвученном Трампом, формулировка должна быть такой:

«Такие-то дозы парацетамола при такой-то длительности применения у конкретной пациентки с такой-то патологией вызвали определенные изменения в развитии». А мы даже не знаем, что это были за исследования, в каком возрасте были матери, какие у них были хронические заболевания, в каких условиях они жили, какой образ жизни вели. В ходе исследования должно проводиться постоянное наблюдение и учитываться все сопутствующие беременности обстоятельства, способные повлиять на развитие плода, они должны тщательно проверяться. В наблюдательных исследованиях это невозможно.

Словом, пока получилось исследование с опорой на факт: во время беременности женщины принимали парацетамол. Сделан вывод: значит, он стал причиной развития у ребенка аутизма. Звучит приблизительно, как если человек после того, как выпил воды, умер, значит, в смерти виновата вода».

Ирина Багликова, «Фонтанка.ру»