Кинотеатр для рыб и Афродита одной левой: какой получилась альтернативная «Ночь музеев»

Кто не мечтает быть «не как все»? Все хотят, особенно если речь про искусство. Большая «Ночь музеев», в которой участвуют крупные городские и федеральные учреждения, как инициатива уже не нова, да и память об очередях способна отбить вдохновение на подвиги. То ли дело не ночь, а сумерки, и не большие познавательные музеи, а камерные галереи и мастерские (часть программы вовсе проходит в барах). «Фонтанка» прогулялась по локациям «Сумерек музеев» — альтернативной программы музейного уик-энда — и не пожалела.

«Ночь музеев» появилась, как сегодня говорят и пишут, в «недружественных странах», но в России акция продолжила жить и в новой реальности. И вот спустя годы сквозь городскую «Ночь», которая со временем слегка подорожала и перестала быть в новинку, проросла низовая инициатива. «Сумерки музеев» придумали и организовали Екатерина Алимова, Алиса Ломбас и объединение «Художники24» (автор «сумеречного» дизайна — Иван Мач).

Программы «Сумерек» в основном вечерние и рассчитаны на два дня (17 и 18 мая), а главный кайф фланирования по галереям и мастерским — возможность попасть в неочевидные места, пообщаться с художниками и понять, что современное искусство гораздо ближе к народу, чем кажется.

Большинство участников «Сумерек» — малоизвестные локации, попасть в которые можно, завернув в нужную арку, пройдя во второй двор или спустившись в определённый подвал — никогда не знаешь, где встретишь искусство. Первая точка маршрута «Фонтанки» нашлась во дворе за зданием суда.

В фотолаборатории «Rouge» посетителей ждет типичный ленинградско-петербургский вайб с винтажными артефактами — полка с советской фототехникой, книги, оборудование. В двух подвалах — фотостудия, собственно лаборатория и уют. Гостей встречает фотограф-художник Мария Вишневская.

«Это лаборатория моего дедушки, — рассказывает Мария. — В советское время он работал фоторепортёром, и ему выделили это пространство, чтобы он мог проявлять и печатать фотографии. Потом пришла „цифра“, и часть лаборатории стала не востребована, поэтому здесь оборудовали фотостудию. В 2000-х в городе ещё не было больших студий, и эта площадка была очень востребована, здесь проводили много коммерческих съёмок. Ну а сейчас мой папа создаёт здесь снимки в технике амбротипии, которая берёт начало в середине XIX века».

На стенах студии — фотографии авторства Павла Афанасенко (дедушки Марии), у них узнаваемый ленинградский визуальный язык. Павел Фомич начинал как независимый фотограф, состоял в фотоклубе «Зеркало», но со временем ушёл в коммерческую съёмку и сейчас продолжает работать.

Максим Вишневский (отец Марии) снимает на старинную камеру, и в соседнем ветвистом подвале-лаборатории можно найти советское оборудование для глянцевания фотографий, «негативы» на стеклянных пластинах (амбротипы) в специальном сушильном шкафу для плёнок, резервуар с раствором серебра.

«Нам кажется, у людей накопилась усталость от цифровизации и всё больше желания делать что-то руками, — рассуждает он. — Лаборатория сейчас восстанавливается, мы планируем работать здесь со старинными техниками и проводить мастер-классы».

Второй точкой маршрута «Сумерек» для корреспондентов «Фонтанки» стала арт-резиденция Mauvais Ton — расположилась она ни много ни мало в доме Бака. Открывая прекрасные резные двери, невольно задумываешься, как художницы — а «Моветон» именно женская резиденция — выстраивают отношения с соседями.

По словам Юлии Шаркиной, в знаменитом доме, конечно, есть и те, кто жалуются на якобы пьяных соседских гостей. Тем не менее художницы ищут баланс — в «Сумерки музеев» распределяли желающих к ним попасть по слотам, чтобы людей было не много.

Встречают гостей радушно. «Моветон» — это, по сути, квартира, комнаты которой оборудованы под мастерские обитательниц резиденции. Здесь высокие потолки с лепниной, белые стены, много света (окна-то большие) и занятного реквизита вроде прялок или старинного оконного наличника.

Основала резиденцию художница и арт-менеджер Александра Грудкова в 2023 году, с тех пор здесь проводят выставки, а в рамках «Сумерек музеев» в одной из комнат повесили «сети» (что-то вроде органзы нежных цветов), на которых можно вышить любой образ. Также здесь есть круглый стол и пианино — по словам художниц, иногда они музицируют.

Работы в коридоре, стильная люстра в одной из комнат и некоторые другие вещи отмечены знаком рубля.

«Конечно, всё обозначенное можно купить, — подтверждает Юлия Шаркина. — Ведь здесь пространство поддержки художника, а художника можно поддержать, купив его работу».

В комнате-мастерской Юлии — роскошный сундук, который, по словам художницы, обитает в квартире с дореволюционного времени, и не менее внушительный комод. Вместо шторы на окне — ткань с напечатанным фото женских бёдер. Юлия отмечает, что в резиденции много живописи, но она работает с текстилем и другими более тактильными материалами.

«Вот это, например, — работа из серии „Портреты моих подруг“, я вышиваю сосочки, — говорит художница, указывая на медно-розовый сосок, вышитый на прозрачной ткани. — Есть сосок богини, а есть сосок одной из наших резиденток. Так что если вдруг у вас есть любимые титечки, которые вам всегда хочется теребить и при этом не мучить владелицу, можно сделать такой её портрет».

Для своих работ Юлия использует вощёные нити — она отмечает их особую тактильность и предлагает потрогать «портрет». Действительно, реалистично.

Из спокойного «Моветона» и атмосферы лёгкого декаданса отправляемся в «IZZI room» в АТС на Некрасова. Сквозь шумный и пахучий гастрокластер, мимо людей, которые едят, пьют и танцуют бачату (на одном из этажей школа танцев), поднимаемся на четвёртый этаж. Там расположилась выставка «ИЗО», компактная инсталляция «Сад Алисы», посвящённая «Алисе в стране чудес», и мастерская художника Константина Автографа.

«Мы специально сделали свет ярким, звучным, чтобы он давал ощущение радости, — рассказывает „Фонтанке“ про „Сад Алисы“ одна из создательниц проекта, креативный директор Санкт-Петербургского союза дизайнеров Полина Слуцкая. — Также мы создали волшебные цветы, показываем и лошадку из детских фантазий. Мы наполнили это пространство цитатами из „Алисы“, чтобы дать более глубокое погружение в её мир, ощущение тепла и радости».

Инсталляция совсем не похожа на то, что «обещает» афиша, а больше всего напоминает фотозону. По смыслу же отсылает к многочисленным выставкам, посвящённым снам и сказкам, что в последние годы регулярно проходят в крупных музеях и выставочных залах Москвы и Петербурга.

По соседству с «Садом Алисы» — мастерская Константина Автографа. Яркие цвета в ней сочетаются с копотью, мотивы будто из нулевых. Сам художник говорит: «В последние несколько лет жизнь изменилась. Те ценности, в которые я верил, улетучились, и я перестал ассоциировать себя со своими старыми картинами. Я уехал за границу на несколько лет, потом приехал обратно и начал делать нечто новое из того, что было раньше. Жечь, резать, использовать снова. Главное здесь конечно — это надежда, я ведь создаю новое из старого».

В углу мастерской — брутальный и аутентичный экспонат из обгоревших стульев: их художник перевёз из старой мастерской на Курляндской, 49, где недавно был пожар.

Лофт «Светоч» на Петроградской стороне, как героиню мема, трудно найти и невозможно забыть. С одной стороны, здесь много мастерских, где художники работают с текстилем или керамикой, с другой — резиденция идеологов и создателей «Сумерек», объединения «Художники24» и выставка «В ожидании Кусто». Вполне можно приводить на экскурсии жаждущих петербургской экзотики московских туристов.

Обстановка спокойная и расслабленная, наливают ярко-оранжевый напиток с блёстками, диджей играет ненавязчивый сет, люди танцуют.

«"Сумерки" — это некий зазор между миром андерграунда и миром официальных институций, — объясняет куратор проекта Екатерина Алимова. — На этой границе существует плеяда арт-пространств, которые сочетают высокий профессионализм и свободу независимого эксперимента. Музей — это уже история, сохранение, популяризация знания. Мы же ничего не консервируем. И ничего не знаем. Посетители застали нас, занятых культурным производством, в моменте. Музей — это мономифы: Улиссы, Гераклы. А мы, как трава в поле, — фрагменты современности. Мы — про „сейчас“».

При этом организаторы не противопоставляют «Сумерки» «Ночи»: лучший вариант, по мнению Екатерины, комбинировать места и мероприятия из разных программ. Интересно, что общая тема «Сумерек» — «Калипсо», в честь нимфы острова Огигия, которая на восемь лет пленила Одиссея, а затем помогла ему вернуться на Итаку. Когда эта мысль у организаторов «Сумерек» уже сформировалась, они узнали, что тема «официальной» «Ночи музеев» — герои, так что программы действительно друг друга дополняют. Есть герои — и есть антигероиня.

Выставка «В ожидании Кусто» во многом посвящена воде, и одна из первых работ, которая встречает гостей, — ироничный и слегка грустный фарфоровый «Кинотеатр для рыб» самой же Алимовой.

«Я, кроме прочего, яхтсмен, и в этой работе иссушённые рыбы как бы сидят на пластиковых стульях и смотрят фильм-аллюзию на ленту Джима Джармуша „Мертвец“. — объясняет замысел художница. — Это работа про потенциал, который никогда не будет реализован, метафора того, что мы всегда грезим о чем-то, чего не можем достигнуть».

Здесь же, на Петроградке, судя по карте «Сумерек», должна быть галерея «Secret», правда её адрес на карте не обозначен. Выясняется: чтобы найти заветную точку, нужно пройти в некий двор, дойти там до кустов, найти в них спрятанную детскую площадку, а рядом — щит с голым землекопом. Не с персонажем фильмов для взрослых, а с роющим грызуном! За щитом, в кустах, будет маленькая подземная «галерея» под стеклом. Землекоп будто выбирается из земли и смотрит на розовые ракушки — тут хочется вспомнить все свои детские «сокровищницы» и шалаши в кустах.

Финальная точка путешествия — керамическая мастерская Нины Павловой в квартире на Васильевском острове. Обычно художница проводит тут мастер-классы по керамике, а в рамках «Сумерек» предлагала гостям рисовать героев греческой мифологии, опираясь на интуитивные движения души и руки. Посетителей пришло много — всего было три сеанса мастер-классов.

«Мы рисуем непривычными способами — левой рукой, не глядя на лист, — словом, всё проходит очень весело, — Говорит Нина. — Я сама люблю рисовать персонажей с таким неакадемическим подходом, и мне хотелось им поделиться, посмотреть, как у людей будет получаться. Очень радует, как много творческих людей и как они открывают в себе способности, о которых они даже не знали».

Молодой человек, рисовавший Афродиту за одним из столов, смеётся: «Кажется, у меня получился Геракл!» Плечистый герой с обнажённым, хоть и немного женственным торсом, получился неплох.

Будут ли «Сумерки» в следующем году, организаторы ещё не знают. В 2025-м получилось пёстрое, в чем-то по-петербургски абсурдистское, по-домашнему душевное мероприятие: на некоторые площадки просто так «с улицы» не зайдёшь, а на волне «Сумерек» — можно.

Петербург не единственный город, где у «Ночи музеев» есть «неофициальный» «прицеп», но, учитывая количество полуоткрытых и по-хорошему странных мест в нашем городе, хочется верить, что проект станет регулярным.

Анастасия Семенович, специально для «Фонтанки.ру»