В американском музее нашли утерянный вальс Шопена — его уже сыграл Ланг Ланг

Рукопись вальса, предположительно, написанного молодым Шопеном, была найдена в хранилище Библиотеки и музея Моргана на Манхэттене. Об удивительной истории сочинения рассказало издание The New York Times, специально для которого всемирно известный пианист Ланг Ланг разобрал и исполнил произведение.

Рукопись вальса была передана на хранение еще в 2019-м, среди других исторических документов (открытки с автографом Пабло Пикассо и письма Брамса и Чайковского), но из-за ковида не была атрибутирована — а предыдущие собственники просто не понимали ее ценности. Куратор Робинсон Макклиллан, сам пишущий музыку, наткнулся на листок, когда разбирал коллекцию этих культурных реликвий, и обомлел: «Неужели это действительно Шопен?»

Куратор сфотографировал листок и дома попытался сыграть ноты на фортепиано. Вальс показался Макклиллану необычным для Шопена, тот охарактеризовал его как «вулканический», с диссонансами в начале.

Рукопись датируется, судя по всему, 1830–1835 годами, Шопену тогда было 20 с небольшим. Сочинение короче других вальсов композитора, оно написано в тональности ля-минор и имеет необычные пометки, касающиеся динамики. Так, уже в конце первой строчки 24-тактного сочинения стоят три «форте» (48-тактного, если учитывать повтор от начала до конца).

Тем не менее пианист Ланг Ланг, исполнивший найденный вальс, сказал, что сочинение написано в одном из самых аутентичных стилей Шопена, которые можно себе представить. И добавил, что технически оно несложное.

Группа экспертов Моргана исследовала рукопись в инфракрасном и ультрафиолетовом свете на предмет изменений. Они определили, что произведение было написано на машинной бумаге с использованием железо-галловых чернил XIX века. Ноты записаны мелким почерком, характерным для Шопена, как и написание слова Valse поверх партитуры. А вот фамилия автора была приписана, судя по всему, позже другим человеком.

Эксперты считают, что всего Шопен написал порядка 28 вальсов, из которых 8 были опубликованы при его жизни, а еще 9 — после смерти. Остальные затерялись. Композитор нередко дарил рукописи своих небольших сочинений, включая вальсы, в музыкальных салонах — зачастую дамам, прося не делать миниатюры достоянием общественности и оставить для себя. Подобной могла быть судьба и этого вальса.