«Уйти от серых мыслей и быть свободным человеком». Как на «Газпром Арене» вспоминали Горшка

На стадионе «Зенита» прошел концерт памяти Михаила Горшенева, лидера группы «Король и Шут», абсолютно культовой фигуры для российской рок-музыки. Андрей Князев впервые выбрал эту площадку для своего традиционного выступления в честь умершего друга, подготовил для программы «Как в старой сказке» новые клипы и масштабные декорации. Корреспондент «Фонтанки» сходил на концерт и выяснил, что выбор этого стадиона — не прихоть, а суровая необходимость: молодых слушателей у песен «Короля и Шута» становится все больше. Но сериал тут практически ни при чем.

Первые зрители подтягиваются к «Газпром Арене» за четыре часа до концерта: те, кто идет в фан-зону, очень хотят стоять поближе к сцене. В основном это молодежь, но спина и ноги ни у кого не железные — через некоторое время пространство у ворот, ведущих на стадион, напоминает небольшой палаточный лагерь, только без палаток. Люди сидят на асфальте, обмениваются фотографиями, поют песни «Короля и Шута» и передают друг другу бутылки воды.

«Мне кажется, там нас боятся», — говорит одна из девушек и кивает на двери, за которыми волонтеры готовятся досматривать посетителей.

«Да ну, они видели игры «Зенита» со «Спартаком», — отвечает женский голос рядом.

Те, кто видел то же самое, начинают обсуждать, пустят ли их на стадион с водой и особенно с зонтами — небо медленно, но уверенно затягивается тучами.

Волонтеры добры: зонты остаются при нас. За пределами гейта поливает от души. Кто-то вспоминает, что 19 июля 2013 года вот так же шел дождь, причем весь день, а после похорон резко оборвался, и вышло солнце. Слушать эту историю почти некому — все торопятся занять место у сцены и посмотреть новый мерч, который возвращает нам наш 1999-й. Сплошная печать была модной как раз во времена «Титаника» — правда, Ди Каприо на тех футболках не был столь немилосердно ярок, как Пень с серьгой в ухе. Да и сам этот концерт на огромном стадионе с точки зрения скептика выглядит попыткой вернуться на двадцать с лишним лет назад, когда «Король и Шут», не особенно напрягаясь, собирал «Лужники».

Однако к выходу Князя становится очевидно, что устраивать панк-пасху в традиционном «Юбилейном» в этом году просто не получилось бы. Фан-зона заполнена, танцпол тоже, на центральной трибуне не так уж много свободных мест. Флагов почти нет, зато море молодежи, которая в силу юности своей не может помнить Михаила Горшенева живым. Возможно, эффект прошлогоднего сериала, после которого концерты памяти пришлось играть два дня подряд с аншлагом? Но первый же молодой человек на такой вопрос едва ли не оскорбляется: его родители всю жизнь фанаты!

«Вы вот знаете полностью Акустический альбом? А я да!» — заявляет он и предлагает что-нибудь спеть вместе.

Чтобы не уронить профессиональную честь, приходится петь «Тяни!».

«Я все песни у них люблю, кроме «Забытых ботинок»! — У девятнадцатилетней Ани роскошные шипы на голове и выкрашенное в серый цвет лицо, рядом скромно стоит подруга, которая пришла за компанию. — Мне всегда нравилось, но что-то прямо углубленно изучать, слушать, фанатеть начала в 16 лет. Потому что «Король и Шут» это как жизнь. Это не просто какая-то группа — это единственное место, куда ты можешь уйти от всего серого, от серых мыслей и быть свободным человеком. Хоть там».

Птаху семнадцати лет привела тетя, к которой девушка приехала в гости из Брянска: «Это очень приятный подгон, потому что мама вечно слушает «Короля и Шута», Князя, я знаю наизусть мало песен — но я сама это впитала чуть не с грудным молоком. Папа у меня вечно пел «Наблюдателя». Я вообще панк слушаю: некоторые песни так подходят под настроение, под жизнь — они там поют, а это про тебя».

Косте четырнадцать — он пришел с мамой, которая помнит Горшка по концертам своей юности. Косте нравятся яростные боевики, а его маме лиричные сказки. Сашу родители-фанаты брали в детстве на все концерты, и единственное, что она не знает наизусть — рок-оперу «ТODD», последнее, что сделал Михаил Горшенев. Саша даже не слушала этот альбом: слишком больно.

В конце концов зрители, которые пришли к «Королю и Шуту» благодаря сериалу, находятся. Это Маша и Данила из Минска, и на вопрос о жизненно важных группах они предъявляют гипс на руке Данилы. Прямо перед отъездом сломал руку, и они решили сделать это частью образа, так что на молодом человеке кожаный плащ с нашивками в виде обложек к альбомам «Короля и Шута», а гипс выкрашен в черный цвет и расписан названиями: «Сектор Газа», «Кино», «КняZz», Metallica, Queen. Маша объясняет, что тут не все — только то, что вошло. А Данила рассказывает, что только после сериала выяснил, кто поет три песни, которые с 2016 года есть у него в плеере — и с тех пор все глубже погружается и в историю группы, и в ее сказочный мир. Чтобы разговаривать, нам приходится сильно повышать голос: неподалеку стоят, обнявшись, жизнерадостные мужчины всех возрастов и голосами, достойными зенитовского «Виража», поют «Охотника».

Через три минуты после начала концерта эта же компания образует слэм прямо у сцены. Оно и понятно: начинать программу с «Мертвого анархиста» как-то даже нечестно. Но Князь поет первой именно эту песню — ту, что насмерть ассоциируется с Горшком. Из окон проклятого старого дома, стоящего на сцене, высовываются лапы скелетов, выглядывают привидения. Фан-зона ходит ходуном, рядом с огромным мужиком сурового вида стоят мальчик и девочка лет шести и кричат «Хой!» Хиты идут друг за другом, многие из них на концерте теперь уже и не услышишь: «Мария», «Валет и Дама», «Джокер», «Жаль нет ружья»… Князь не останавливается ни на минуту и почти не говорит с публикой — вместо него это делает с экрана Шут. Сам Андрей Князев только поет, танцует по помосту, который идет от сцены почти до середины зала, и временами кажется, что никаких двадцати лет и вправду не было, а Горшок сейчас выйдет из дверей декорации.

В центре зала высокий мужчина тащит в слэм друга, тот качает головой, с некоторым ужасом глядя на круг. «Да брось, там совсем по-домашнему, душевно. Раньше-то, помнишь? Оттуда ж выносили! Не хочешь? Ладно, я сам».

Он исчезает в толкотне полуголых людей, которые то и дело помогают друг другу встать, а после окончания очередной песни обнимаются и смеются. Когда начинается клип на «Медведя» с голосом Миши Горшенева, слэм опускается на пол и вместе с ним садится треть фанки. Трибуны зажигают фонарики. «Воспоминания о былой любви», как всегда, поет только зал. Многие, как всегда, плачут.

Когда «Танец злобного гения» развеивает печаль, становится очевидной традиционная для петербургского стадиона проблема со звуком. В некоторых местах зала почти не слышно Князя, зато отлично слышен бэк гитариста. Скрипка то и дело пропадает, но от звука барабанов содрогается костный мозг. Впрочем, на это мало кто обращает внимание. Родители поднимают на плечи детей, девушка, сидя верхом на молодом человеке, машет черной банданой. В углу, где посвободнее, целуются, а потом пляшут, обняв друг друга за плечи. Даже на трибунах танцуют — правда, не все, и это достойно уважения: ведь какую выдержку надо иметь, чтобы сидя слушать «Куклу колдуна» и «Лесника».

«Спасибо, что помните нашего друга Мишку Горшка», — говорит Князь в конце. «А у нас выбор есть, ага!» — отвечает взмокший, голый по пояс мужчина. Надевает сильно пострадавшую футболку, складывает ладони рупором и кричит: «Спасибо!» Рядом подхватывают. Группа «КняZz» в полном составе выходит на помост, раскланивается во все стороны. Сотрудники арены ненавязчиво начинают подталкивать зрителей к выходу, и через серые стены течет река людей в невообразимом гриме, в полосатых банданах, с ярко-желтым Пнем на груди. Наверное, примерно в этот момент любой скептик поймет, с какой стати песни давно не существующей группы поют дети, в глаза не видевшие Михаила Горшенева. Как мудро заметила девушка Аня, «Король и Шут» — это как жизнь, только без серого. Экстремальный эскапизм в чистом виде, который только что мертвого не поднимет, а обессилевшего живого — вполне.

Над «Газпром Ареной» висит роскошная, сизая в белых барашках туча, пытаясь отвоевать себе кусок голубого неба. Оказывается, почти все время концерта шел дождь и кончился незадолго до окончания. Девушки, слушающие уличного музыканта в Приморском парке Победы, показывают друг другу фотографии: огромная радуга над заливом и облака, тронутые солнечным светом.

Клара Хоменко, специально для «Фонтанки.ру»