Привяжите к попе веник — там бутылочку берут

В центре Петербурга задумали играть в бутылочку. И многие вспомнили наперстки 90-х. Сравнили скуку с цирком. Давайте-ка жульничать без обмана, как у волшебника Сулеймана.

Молодой парень на корточках резко двигает стаканчики на дощечке, натертой воском. Чтобы быстрее, без заноз. Его лицо, обращенное к толпе, излучает шапито. Не останавливаясь, он громко жонглирует прибаутками:

«Прилетел я к вам из Америки, на зеленом венике, веник распался, а я здесь остался».

«А тётя Алина прислала мне два миллиона. Один себе забрать, оба — вам отдать».

Это «нижний» и самый главный. Только он владеет древним, как мир, мастерством крутить, шуршать наперстками. Кроме искрометности, задора, его умение в том, чтобы заветный шарик никто не нашел. Потому что всё равно перед тем, как поднять стаканчик, он его незаметно захватит в руку. «А-а-а?!» — «А!!!»

«Эй!» — подмигивает он зеваке с глазами обалдевшего жирафа.

«Положишь шляпу — возьмешь пальто, а кто глазки пучит — ничего не получит».

Это было «Яблочко» 90-х. Бей белых, пока не покраснеют, бей красных, пока не побелеют. А фокусника оберегали «верхние». То братва-братва. Лишь шуршащих клешей, как у кронштадтских матросиков, не хватало. У этих, правда, с языком было туго. Кроме «слышь, дай мне чего-нибудь из денег», никаких чудес. В их служебные обязанности входило выдавливание возмутившегося проигравшего, ну или в печень ему постучать.

А народ честной похохатывал, похлопывал себя по карманам да ставил и ставил на свои сольдо. Шоу. Все билеты проданы.

«Мужчина без риска — мужчина-сосиска».

«Кто шарик найдет — в ресторан пойдет».

«Мужчина без денег — мужчина-бездельник».

Вот в текущий петербургский момент скажите, что за вату эти последователи old school жуют на Невском? «Вы можете положить сто рублей, а выиграть триста рублей». Бутылочка, скука. Сковородкой — да по их унылой роже. Да только за это их надо в менты паковать. Позорят жанр.

Да, тогда порой простофили ревели от банкротства. А сейчас даже физиономии не корчат. Сто рублей — хрю-му.

В те времена у циркачей риски жили не в доставлении в милицию. Как-то раз «ростовских» не поняли — они без спроса у «малышевских» начали катать на Благодатной улице возле станции техобслуживания «Москвича». Так к «нижнему» подсел ухарь — да молотком по пальцам виртуозному «пианисту». Больно — не то слово.

Порой тот, кто оставил свои денежки, с удовольствием жал руку «нижнему» и шумел: «Спасибо за науку!»

«Привяжите к попе веник и читайте газету «Труд», там пишут, где деньги растут», — скалился жонглер.

Но иногда самые изворотливые коллективы наперсточников играли вчестную. Это был уже пик артистичности. То есть вообще без шарика под колпаком. От слова «совсем». Вы этим бутылочникам прикажите: либо научитесь орудовать так, чтобы шарика не было, а все вокруг его видели, либо идите за вазелином. Конечно, они сразу побегут в аптеку.

Ведь в те дни лютое время революции обращалось реально в лихое. А сегодня — злое обернулось в тоскливое.

Евгений Вышенков, «Фонтанка.ру»