Карантин по классике. Педро Альмодовар снял видеоарт о самоизоляции (видео)

В кинотеатрах начали показывать «Человеческий голос» — новый фильм испанского классика с Тильдой Суинтон в главной роли

Фамилии режиссера должно быть достаточно, чтобы его многочисленные поклонники на картину обратили внимание — но в данном случае это далеко не главная причина смотреть фильм. После барочной и избыточной исповеди «Боль и слава» самый известный испанский автор взялся за вещь, наоборот, очень камерную и интимную.

Конечно, как на все фильмы этого года, на «Голос» повлияло время выхода на экраны. По кинематографу локдаун ударил сильнее, чем по любой другой индустрии: прокат умер и пока толком не ожил (все крупные премьеры перенесли на следующий год), съемки остановили. С другой стороны, кино оказалось единственным медиа, которое легко и быстро стало рефлексировать на ту же тему карантина и самоизоляции. Еще весной Netflix выкатил своеобразный отчет «как я провел карантин» от впечатляющего набора режиссеров — от Соррентино до Кристен Стюарт. Отечественные режиссеры тоже не отстают — Константин Богомолов заставил десяток выдающихся актеров разыгрывать этюды перед камерой, чтобы объединить их в свой сериал.

Альмодовар в этом смысле выступил круче всех. Во-первых, вышел за рамки хоум-видео: «Человеческий голос» снят между двумя волнами ковида, так что режиссер мог себе позволить куда более детальную проработку визуального решения и вообще — полноценную съемочную группу. Во-вторых, он выкатил козырь, крыть который нечем. Пока коллеги балуются с мобильниками, он берет в союзники классика — Жана Кокто, великого французского драматурга и художника, написавшего главную в истории театра монодраму «Человеческий голос», о женщине, которая говорит по телефону с бросившим ее возлюбленным. Эту пьесу в разное время играли и Ингрид Бергман, и Софи Лорен; в опере, написанной по ее мотивам Франсисом Пуленком, пели Вишневская и Джесси Норман. Альмодовар выбирает исполнительницей одну из очень немногих равных по уровню харизмы современниц, британскую диву Тильду Суинтон.

Получилась картина радикальная хотя бы по хронометражу: когда последний раз в кино показывали получасовые фильмы? Хотя «Голос» — вещь вполне самоигральная (он требует только дивы, которая бы произносила текст), да и актуальность есть в самой минималистичной фабуле пьесы, Альмодовар не ищет легких путей. Он решает фильм как своеобразный спектакль с разрушением четвертой стены. Квартиру героини нарочно строит в павильоне — и регулярно показывает изнанку декораций. Не стремится он и к подчеркиванию самоизоляции героини: по всем правилам жизни при локдауне, она выходит из дома в магазин. Хотя и не с самой заурядной целью — купить топор (зачем — не будем рассказывать, это одна из немногих интриг).

Наконец, главное отличие «Голоса» от прочих рассуждений кинематографистов насчет самоизоляции — это фильм для большого экрана. Ну а чего еще ждать от великого оператора, вечного соавтора Альмодовара Хосе Луиса Алькайне, мастера ярких цветов и ослепительного света? Вместе режиссер и оператор превращают пьесу Кокто в пестрый видеоарт. Да, он похож на бэкстейдж модной съемки (Суинтон на то и дива-модель, чтобы в таких условиях существовать), кокетливо-избыточен. Но это однозначно большое и яркое произведение визуального искусства. К тому же пророческое наверняка.

В некотором смысле стоит к подобному привыкать: очевидно, что, когда кино в залы вернется по-настоящему, планка сильно повысится. Оно станет хранилищем визуального искусства, чем-то вроде художественной галереи. А драматургией, характерами и саспенсами пусть занимаются стриминговые сервисы.

Иван Чувиляев, специально для «Фонтанки.ру»