18+
Проекты
Фото JPG / GIF, до 15 мегабайт.
Я принимаю все условия Пользовательского соглашения
Введите цифры с изображения:
22:24 18.12.2018

Особое мнение / Вадим Клювгант

все авторы
12.11.2018 18:41

Конституционный суд поменял подсудность для влиятельных лиц

Конституционный суд, посовещавшись внутри себя, без участия заявителей жалобы, 9 ноября вынес постановление 39-П, которым признал, что уголовное дело в отношении влиятельного лица может быть, вопреки установленным законом правилам о месте рассмотрения дел, передано в суд другого региона.

КС решил, что это не противоречит Конституции и может быть сделано в связи с «возможностью влияния обвиняемого на государственные и общественные институты» того региона, которому дело подсудно. Надо отметить, что установленные законом правила определения территориальной подсудности весьма строги. Несколько возможных исключений из них тоже перечислены в законе, и перечень этот закрытый. А нарушение этих правил означает незаконность состава суда – безусловное основание отмены приговора.

Это, конечно, очень странное решение, хотя, с другой стороны, оно вполне в духе времени. Приведённые в нём правовые аргументы, на мой взгляд, приводят к прямо противоположному выводу – о неконституционности изменения территориальной подсудности уголовного дела по такому основанию, как «возможность обвиняемого влиять на деятельность государственных и общественных институтов». Причём говорится даже не о доказанном влиянии (тем более о незаконном, в том числе связанном с угрозой чьей-либо жизни и здоровью), а лишь о самой возможности какого-то влияния. 

 ​​Апеллирование к общественности и, следовательно, влияние на общественное мнение являются неотъемлемым правом конституционного уровня любого лица, в том числе и привлеченного к уголовной ответственности. Это прямо следует из ст​атьи​ 29 Конституции ​России ​и ст​атьи​ 10 Европейской конвенции​ по защите прав человека и основных свобод​.​ Ограничено это право, согласно статье 55 Конституции России, может быть только федеральным законом, и только для защиты ценностей высшего порядка, чего в данном случае явно не наблюдается.​

Однако КС, действуя явно в угоду публичным интересам, поставил это право под сомнение, а заодно и подчинил публичным интересам конституционное ​и международно признанное ​право каждого на рассмотрение его дела судом, созданным и действующим в соответствии с законом. 

​Не постеснялся КС и прямо дезавуировать свою собственную позицию ​по этому же вопросу ​двадцатилетней давности, согласно которой для принятия индивидуального решения об изменении территориальной подсудности уголовного дела необходима не только состязательная процедура, но и чёткие правовые критерии. Таких критериев применительно к рассматриваемому случаю очевидно нет. Это подтверждают и доводы, приведённые КС в поддержку своего нынешнего вывода, которые весьма затруднительно назвать правовыми. Скорее, они относятся к категории социально-политических, при этом сами по себе вызывают недоумение. 

Р​азве не сам судья, обладающий в силу своего статуса всеми необходимыми гарантиями, должен быть​ прежде всего​ озабочен своей беспристрастностью​, отвечать за неё​ и неукоснительно блюсти её, в том числе и вопреки общественному мнению и какому-либо влиянию? А в случае любых сомнений в собственной беспристрастности разве не обязан он устраниться из дела? Представляется, что аргументация КС в этой части продиктована не столько заботой о судьях, сколько недостатком доверия к ним, что само по себе крайне прискорбно. Это же относится и к другим «государственным институтам», в том числе и тем​ всемогущим​, которые обязаны охранять и обеспечивать законность и прозрачность действий органов власти и управления. 

И уж совсем никуда не годится обоснование ограничения конституционного права на беспристрастный и законный суд соображениями процессуальной экономии. 

Что же касается имеющихся законных возможностей обеспечить безопасное рассмотрение дела, то практика проведения выездных судебных разбирательств суда, которому дело подсудно в силу закона, на территории другого субъекта Федерации известна и при наличии оснований вполне оправданна.

Вадим Клювгант, адвокат