Новый саудовский король будет править при старых ценах

Ни смерть престарелого короля Саудовской Аравии, которую называют главным прайсмейкером на нефтяном рынке, ни обострение конфликта и отставка верхушки страны в Йемене не приведут к росту цен на нефть. На этом сходятся собеседники "Фонтанки" – востоковеды и нефтегазовые аналитики. Смена правителей в других нефтезависимых странах – не то лекарство, которое может дать надежду на выздоровление российской экономике.

Утро 23 января началось с обнадёживающих для России сообщений: нефть, которая начала дорожать накануне вечером, продолжила рост, рубль окреп по отношению к доллару на 2 рубля, а к евро – почти на четыре. Эти приятные новости аналитики связали, во-первых, с горестным известием из Саудовской Аравии: 90-летний король Абдуллах ибн Абдул-Азиз Аль Сауд умер от пневмонии, его место занял сводный (по отцу) брат Салман. Во-вторых – с волнениями в Йемене, где исламисты вынудили подать в отставку президента и правительство (две нефтедобывающие страны граничат друг с другом).

Новый старый король

В ноябре минувшего года, напомним, 12 стран ОПЕК обсуждали, не сократить ли им добычу нефти, чтобы поднять мировые цены на неё. Беднейшие члены организации выступали за такой ход. Одним из главных противников была Саудовская Аравия, фактический лидер картеля. В итоге квоты на добычу оставили прежними, цена продолжила падать. И вот после новости о смерти монарха закрадывалась мысль: а вдруг преемник выберет другой курс – и цены полетят вверх?

Короля Абдуллаха западная пресса причисляла к самым жёстким диктаторам наших дней. А между тем он учредил стипендии для обучения молодёжи в западных университетах, тратил солидную часть нефтегазовых доходов бюджета государства (а учитывая, что это монархия, – собственного бюджета) на развитие здравоохранения и образования, первым в истории страны позволил занять государственные должности женщинам.

Новый король, Салман, до восхождения на престол 4 года служил министром обороны, а ещё раньше почти полвека – губернатором эмирата Эр-Рияд (где находится столица Саудовской Аравии). Он же был первым конфидентом своего старшего брата – короля Фахда, которому в 2005 году наследовал ныне покойный Абдуллах. Престол в Саудовской Аравии переходит от брата к брату, и только когда братья кончатся, настанет очередь следующего поколения. Поэтому все упомянутые правители получали трон в довольно почтенном возрасте. Новый король моложе умершего на 11 лет. Наследником он объявил своего младшего брата Мукрина, которому в этом году исполнится семьдесят. Всего у их папы, короля Абдул-Азиза, было 35 сыновей. Но Мукрин – самый младший, остальные умерли.

Одно из первых заявлений, которые сделал король Салман, провозглашало "преемственность курса". Одно это фактически перечёркивает надежды нефтезависимых стран на то, что саудиты позволят ценам подрасти. Эксперты уверены, что заявления монархов и их родственные связи тут вообще ни при чём. Для "сохранения курса" есть просто объективные причины.

Новые старые цены

Решение ОПЕК не снижать добычу нефти аналитики ещё в ноябре объясняли тем, что рынок перенасыщен и цену диктует покупатель. А нефтедобывающих стран, которые с картелем не связаны и его решениям не подчиняются, всё больше. Участники ОПЕК понимали: сократив свои доли на рынке, они на цены не повлияют, а места конкурентам уступят. Этот фактор никуда не делся, и смена власти в Саудовской Аравии на него не может повлиять.

– На рынке есть спрос и есть предложение, – объясняет партнёр и эксперт аналитического агентства RusEnergy, востоковед Михаил Крутихин. – Состояние саудовской нефтяной промышленности от смены короля никак не меняется. Сколько они могут добыть – столько и будут добывать, сколько могут продать – столько и будут продавать. К политике это не имеет никакого отношения, теории заговора как таковой не существует. Поэтому цены сначала нервически подпрыгнули, а потом вернулись на круги своя. Конечно, к ним обращались другие страны – умоляли поднять цены, президент Венесуэлы бегал, но толку-то от этого нет. Потому что, во-первых, у Саудовской Аравии недостаточно потенциала, чтобы туда-обратно играть с добычей и экспортом своей нефти. А во-вторых, на этом рынке сейчас главную роль играет покупатель, а не продавец. И Саудовская Аравия по-прежнему будет делать всё, чтобы не потерять свои нынешние рыночные ниши. Вне зависимости от того, высокая цена или низкая.

В 2005 году, когда умер король Фахд (Абдуллах унаследовал престол), цены тоже резко подскочили. А потом быстро отступили. Именно это происходит и сегодня, считает Михаил Крутихин. Только на сегодняшний "зигзаг" повлияли сразу две новости – о смерти короля в Саудовской Аравии и о волнениях в Йемене.

– Это же всё – Аравийский полуостров, – напоминает аналитик. – Но это просто нервная реакция участников рынка, которая очень быстро микшировалась. Сам по себе Йемен не такой большой экспортёр нефти. И перемена власти там никоим образом не влияет на работу их нефтяной промышленности.

С этим согласен и старший научный сотрудник Института востоковедения РАН, экономист Гурген Гукасян.

– Какую-то нервозность смерть короля могла внести на рынок и привести к повышению цен, – говорит он. – Но к очень мизерному, на какие-то доли процента. И на очень короткое время. Больше на него могут повлиять волнения в Йемене, где поднялись исламисты. Но и это может подтолкнуть цены вверх только на 1 – 2 процента. Да и то это будут, скорее, колебания за счёт нервозности трейдеров: вдруг события в Йемене повлияют на Саудовскую Аравию? Сейчас на нефтяной бирже работают ещё чисто спекулятивные факторы, идёт спекуляция в расчёте на дальнейшее понижение. К тому же рынок переполнен, и это тоже толкает цены вниз. Где "дно" – никто не знает.

Президент Института Ближнего Востока Евгений Сатановский видит ещё одну причину, по которой король Саудовской Аравии, как бы его ни звали, не допустит устойчивого роста цен на нефть.

– Стратегия Саудовской Аравии останется прежней, – уверен он. – Например, сейчас королевство обрушивает цены на нефть, чтоб уничтожить попытки Соединённых Штатов стать экспортёром, убив сланцевую нефть, глубоководный шельф и прочие такого рода дорогостоящие проекты. Да и шельф Мексиканского залива, который достаточно дорог по сравнению с саудовской нефтью. Королевство замечательно выигрывает в перспективе. У него достаточный запас денег, чтобы перетерпеть. К тому же, обрушивая американскую высокотехнологичную нефтяную индустрию, Саудовская Аравия одновременно хоронит бюджеты Ирана, который она вполне справедливо воспринимает как главного противника, и России, с которой она находится де-факто в необъявленной войне, начиная со времён войны в Афганистане.

Впрочем, по словам Гургена Гукасяна, и дальнейшее падение цен невыгодно Саудовской Аравии. Да, согласен он, себестоимость добычи в этой стране низкая, резервы – огромные. Но и тут есть предел.

– Себестоимость 4 доллара за баррель для Саудовской Аравии в прошлом, – объясняет эксперт. – Сейчас она уже в среднем повыше – может быть, 6 долларов. Старые месторождения выработаны, на новых добывать сложнее и дороже. И потом, нефть, если её долго где-то добывают, уже грязная идёт. Наконец, бюджет Саудовской Аравии зависит от нефти на 90 процентов. Они продают почти всю нефть, которую добывают, ну, может, 20 – 30 процентов сжигается внутри страны. А у них были огромные планы развития экономики. При дальнейшем падении цен им придётся расходовать средства из валютных резервов. Эти резервы, конечно, огромные. Но всё равно: забирать деньги из валютных вложений за рубежом – это ещё и терять проценты. То есть падение цен им не очень выгодно, если продолжится ещё долго.

Другое дело, добавляет Михаил Крутихин, что в этой ситуации от Саудовской Аравии просто ничего не зависит. Даже захоти новый король поднять цены – всё равно бы не смог.

– Саудовцы и до сих пор ничего не делали с ценами, потому что ничего не могут сделать, – полагает аналитик. – Цену определяет рынок, они её не инициируют, они не манипулируют рынком. Они реагируют на ситуацию. И будут реагировать – какой бы король ни пришёл у них к власти.

Ирина Тумакова, "Фонтанка.ру"