Двухпартийное зачатие - часы запущены

4 февраля Россия родила двойню. Один - шустрый, веселый и вечно кричащий мальчиш, которого кто-то сразу нарек Плохишом, а второй - в основном тихий, временами скучный, но плоть от плоти наш Кибальчиш. Зачатие произошло сразу после 4 декабря прошлого года и прямо на площади. Болотной. Роды же были, хоть и преждевременны, но долгожданны. Что самое важное в моменте - в стране разделилась элита, собрала скарб и разошлась по лагерям и окопам.

Мы все вместе стали счастливыми родителями. 4 февраля Россия родила двойню. Один - шустрый, веселый и вечно кричащий мальчиш, которого кто-то сразу нарек Плохишом, а второй - в основном тихий, временами скучный, но плоть от плоти наш Кибальчиш. Зачатие произошло сразу после 4 декабря прошлого года и прямо на площади. Болотной.

Роды же были, хоть и преждевременны, но долгожданны.

Внимание: в стране появился прообраз классической двухпартийной системы. И никакого госдепа в этом нет, а спасибо старику Чурову.

После прошедших недавно в Москве многотысячных митингов "за" и "против", на которых в прямом смысле с пеной у рта доказывалось то, что в доказательствах не нуждается, можно смело сказать - в России есть демократия. Вот только демократических институтов маловато. Именно этим и предстоит заняться в ближайший год или два. Шесть лет для этого перебор.

Давным-давно, когда я был совсем маленьким, страна называлась Союз, партия - КПСС, а на кухне не было даже черно-белого телевизора, я услышал от отца политический анекдот:

- Почему у нас в СССР только одна партия?

- Потому что две партии советский народ не прокормит.

Потом анекдотов стало больше, и их начали печатать даже в газетах. Потом в телевизоре появились " Прожектор перестройки", "Взгляд" и "Пятое колесо". А потом Союза не стало. Зато стало очень много партий. Так много, что запомнить ни их, ни их лидеров не было никакой возможности - их были десятки. Даже, помню, была партия любителей пива. Потом и они исчезли бесследно и бесславно, как в фильме Тарантино про фашистов. Ушли в историческое никуда и многочисленные "временные" партии власти. И тоже бесславно. Сейчас партий осталось семь, на великолепную семерку не похожих. Четыре из них попали в Государственную думу.

После срочной либерализации президентом партийной системы возник вопрос: сколько партий надо стране, чтобы мы могли прокормить их, а они нас?

Мой ответ - ровно две.

Интернет штука замечательная, а Twitter - еще лучше. Так как только там четко видно, особенно после 4 февраля, что у нас в стране есть две безусловно доминирующие социальные группы. Условно мы их можем назвать консерваторами и модернизаторами, сторонниками стабильности и адептами перемен.

Эти две группы – антагонистические, но противостояние между ними не носит принципиального идеологического характера. Первая считает, что социальные права и материальные возможности, которые принесли нулевые годы XXI века и во многом ассоциируются с брендом «Владимир Путин», первичны. Вторая группа уверена – матценности важны, но страна созрела для демократических институтов европейского образца, и первично именно это, ибо только через эти самые институты можно обрести чувство собственного гражданского достоинства.

Они непримиримы в борьбе друг с другом и непримиримы настолько, что нет не только компромисса, но и даже пространства для него. Кто не верит, может залезть в социальные сети и убедиться - пленных там не берут, а взаимные взломы сайтов, почт и порнополитическое видео/аудио стали неприятным, но обычаем делового оборота.

Как мы уже с вами обсуждали вот здесь, старые партии, представленные в Думе, - КПРФ, СР, ЛДПР и т.п. – уже не адекватны требованиям текущего момента. «Единая Россия» в прежнем виде тоже. Грубо говоря, объективно есть «Единая Россия» и «Другая Россия». Или, чтобы не сказать ничего некорректного, наоборот: «Болотная Россия» и «Другая Россия». Что самое важное в моменте - в стране разделились политическая и творческая элита, собрали скарб и разошлись по лагерям и окопам.

Однако их первейшая задача сейчас - перевести нецивилизованную интернет-конкуренцию в цивилизованную политическую.

А у Владимира Путина сегодня появился шанс войти в самую новейшую историю России реальным архитектором демократии (хоть и звучит это сейчас весьма рискованно), если он сможет реформировать политическую систему страны в направлении создания двух реальных и мощных, равных по силам и потенциальным возможностям партий. Которые будут с большой буквы и яростно бороться друг с другом, но на ринге. De facto, они и так уже есть.

Именно сейчас в России появляется активный спрос на умную политику. Период кричалок со всех митинговых сцен, великих стояний и не менее грандиозных хождений закончился морозным февральским днем. Сейчас нужны не крики, а мозги и концепции с четким объяснением того, чем одна политическая сила действительно отличается от другой, и что именно кроме очевидных лозунгов она предлагает нам и стране. И есть ли у нее план. А дальше мы решим сами.

Полноценная двухпартийная политическая система нужна уже через пару лет. Время пошло. И его очень мало, как в блице. И какая теперь разница, кто первый нажал на «шахматные» часы.

Старший партнер юридической компании Pen&Paper Константин Добрынин