«Нокаут» Содерберга: Чисто спортивный интерес (фото)

В прокат вышел подчеркнуто старомодный шпионский боевик Стивена Содерберга «Нокаут» – лишенная драматургических изысков и рассказанная предельно ровным тоном история о том, как одна сильная женщина с убийственной прямотой мстила за предательство нескольким красивым мужчинам. Соблюдая чистоту жанра, режиссер доверил ударную роль профессионалу: главную героиню играет Джина Карано – мастер смешанных боевых искусств.

Прежде морской пехотинец, а ныне секретный спецагент Мэллори Кейн (Джина Карано) работает на некую организацию, занимающуюся выполнением особо щекотливых правительственных заданий. После очередной операции, проведенной в Барселоне, – освобождению из плена китайского журналиста – Мэллори собирается уйти с утомительной службы. Однако шеф и по совместительству бывший любовник (Эван МакГрегор) уговаривает ее выполнить последнюю, подозрительно непыльную работу – слетать на пару дней в Дублин и исполнить там роль молодой жены красавца-заказчика (Майкл Фассбендер). После того как «супруги» устроят в номере своего отеля примерно то же, что проделали в знаменитом клипе Боба Синклера Жан-Клод Ван Дамм и его партнерша по танго – но в несколько иной технике и с куда более серьезными последствиями – Мэллори поймет, что ее кто-то основательно подставил.

Однажды Стивен Содерберг уже снимал кино о настоящей профессионалке – но если его «Девушка по вызову» (2009) с порнозвездой Сашей Грей в роли дорогой нью-йоркской колл-герл оказалась посвящена прежде всего особенностям капитализма кризисной эпохи, а не тонкостям определенного ремесла (строго говоря, амбициозная и прагматичная героиня Грей при необходимости гарантированно преуспела бы во многих других трудовых сферах), то «Нокаут» явно затевался именно как бенефис чемпионки по рестлингу. Режиссер, по его собственным словам, задумал это кино, увидев выступление Джины Карано в телешоу «Американские гладиаторы» - неудивительно, что результатом любви с первого хука стал именно боевик в стиле 1980-х. Обилие эпизодов, снятых статичной камерой; преобладание долгих и сосредоточенных рукопашных боев над перестрелками и автомобильными погонями; нарочито дурацкий, почти комиксовый сюжет, за которым и следить-то вовсе не обязательно; единодушная немногословность персонажей – едва ли можно было создать лучшие кинематографические условия для показательных выступлений эффектной брюнетки с одинаково тяжелыми рукой и взглядом. Дорогого стоит и то, что наблюдают за ними наравне со зрителем сплошь звезды первой величины (кроме уже упомянутых, Майкл Дуглас, Антонио Бандерас, Ченнинг Тейтум и Матье Кассовиц), привычно удерживаемые Содербергом на вторых ролях.

Изображая на одном рауте светскую львицу, героиня Карано замечает с досадой «Ненавижу чувствовать себя мебелью!» Переживать Мэллори Кейн, как скоро выяснится, совершенно незачем – роли табуреток, стульев и пней в действительности достались остальным; ей – множество шансов блеснуть на нетипичной звездной вечеринке. Она честно воспользуется всеми, продемонстрировав немало ценных для всякой девушки умений, среди которых особенно впечатляет прием изящного удушения жертвы ногами. Беда в том, что неравенство партнеров по экранным дракам не позволяет Карано использовать полный диапазон возможностей. Превращая свои выходы на ринг в целый спектакль, в «Нокауте» она метелит врагов с неизбежным механическим однообразием, что, увы, не добавляет фильму огня.

Стивен Содерберг, минималист, обладающий магической способностью превращать в авторский прием использование любого жанрового штампа, и здесь добивается подобного эффекта: сохраняя классический для старомодных лент описанного толка ритм, он понижает свойственный им высокий градус простых человеческих страстей до комфортной для себя прохлады. Отличающая едва ли не все (за исключением «оушеновской» трилогии) фильмы Содерберга и составлявшая их гарантированно неповторимую прелесть, в «Нокауте» она неожиданно оказывается не вполне уместной. То и дело возникает ощущение, будто хорошо знакомый тебе наделенный безупречным вкусом и чувством меры интеллектуал начинает вдруг сыпать во время очередной встречи расхожими афоризмами и избитыми каламбурами – при этом совершенно не меняясь в лице. Ни секунды не сомневаясь в том, что все это, конечно, не всерьез, озадаченный зритель все же неизбежно терзается сомнениями по поводу того, правильно ли он нащупал границы, проведенные Содербергом для отделения иронии от чистого, ничем не замутненного восторга. Чувство юмора у него вообще дольно специфическое – как стало ясно после «Заражения», чрезвычайно близкое к медицинскому: причиной тему, вероятно, то, что люди как таковые занимают режиссера куда меньше, чем события и процессы, с которыми связано их существование.

Обвинять автора «Нокаута» в отсутствии заметного интереса к собственному зрителю – дело совершенно безнадежное: он в этом смысле и героев-то своих ни во что не ставит (разве только в положения разной степени сложности). Однако на сей раз Содерберг, кажется, вовсе забывает о каких-то там людях, рассевшихся по другую сторону экрана – это обстоятельство не вызвало бы ни удивления, ни досады, если бы речь не шла о жанровом кино, априори рассчитанным на самую что ни на есть массовую аудиторию. Но «Нокаут» оказался во всех возможных смыслах «кино не для всех» – не для всех поклонников Стивена Содерберга, не для всех любителей боевиков и далеко не для всех тех, кто искренне считал себя членом обеих компаний.

Ксения Друговейко, «Фонтанка.ру»

Фото: knockout-movie.ru