Путин — правитель выжженной земли

В своей предыдущей колонке я предположил, что Путин станет теперь пожизненным президентом, но после завершения своего земного срока вряд ли сумеет передать власть преемнику с целью сохранения авторитарного режима. Раскол элит и смена поколений с большой долей вероятности обусловят демократизацию общества примерно в 2020-х годах.

Многие полагают, что это – пессимистический вариант развития событий. Всякий человек, помнящий Брежнева, не очень стремится к тому, чтобы наблюдать, как национальный лидер стареет, теряет адекватность, утрачивает способность общаться с массами и произносить речи без бумажки. Я же, напротив, полагаю, что это – оптимистический вариант развития событий. И вовсе не потому, что являюсь сторонником теории суверенной демократии Владислава Суркова (мне она как раз совершенно не нравится). Просто при полном нежелании Путина делиться с обществом хоть малой долей своей власти более быстрый вариант распада нынешнего политического режима несет в себе серьезные угрозы. Он может привести нас, скорее, к обновленному авторитаризму, нежели к демократизации.

В политическом плане вокруг Путина – выжженная земля. Нет никаких самостоятельных авторитетов. Партии, парламент, правительство пользуются поддержкой лишь в той мере, в какой они опираются на авторитет национального лидера. Крупный бизнес, свободная пресса, внесистемная оппозиция существуют лишь в той мере, в какой национальный лидер позволяет им существовать. Армия, церковь и профсоюзы – силы, которые во многих странах являются самостоятельными авторитетами, не зависящими от власти, – в современной России намеренно дистанцируются от политики, превращаясь в обыкновенных лоббистов, стремящихся получить свою долю общественного пирога через «приемную» Путина.

И вот представим себе, что в этой ситуации развивается экономический кризис, более серьезный, чем тот, который имел место в 2008 –2009 годах. Авторитет Путина постепенно снижается, поскольку на самом-то деле он не чудотворец. И не сможет накормить страну в случае очередного резкого падения цен на нефть. Произойдет ли в этом случае демократизация России?

Вероятность благополучного выхода из политического кризиса в этой ситуации не слишком велика, поскольку все реальные силы, способные подхватить власть, окажутся дискредитированы своей принадлежностью к старому режиму. Может, конечно, найтись какой-нибудь новый Ельцин, вовремя соскочивший с путинской колесницы для того, чтобы возглавить оппозицию, но в ситуации выжженной земли ему будет гораздо труднее утвердиться в политике, чем в ситуации, которая имела место при горбачевской перестройке.

Отсутствие авторитетов в среде элит дополнится проблемой серьезных материальных трудностей, испытываемых широкими массами. В этой ситуации трудно представить себе механизм демократизации общества. Зато очень легко понять, с какой радостью страна отдаст себя в руки нового авторитарного лидера, способного поразить ее яркими речами или какими-то псевдогероическими свершениями. Подобный лидер в условиях «выжженной земли» может появиться откуда угодно. И он не будет связан никакими ограничителями власти, как в том гипотетическом случае, когда новый режим устанавливают расколотые элиты.

Конечно, с позиций сегодняшнего Кремля такого рода вариант развития событий представляется маловероятным. Легко пережив кризис 2008–2009 годов, Кремль решил, что ему теперь сам черт не брат. Именно с этим, думается, связан тот довольно циничный способ возвращения президентской власти Путину, который был оглашен на недавнем съезде «Единой России».

Однако помимо непосредственного воздействия кризиса на политическую ситуацию в стране, существует еще и воздействие косвенное. И с этой проблемой в грядущее путинское 12-летие Кремль столкнется наверняка.

Даже при самом благоприятном развитии событий в экономике Путин не сможет столь быстро повышать реальные доходы населения, как это было при двух его первых президентских сроках. Ведь в 2000–2008 годах быстрый экономический рост имел место на фоне воспоминаний о «лихих 90-х», когда ВВП только снижался. Значительный контраст между этими двумя эпохами формировал представление о Путине-чудотворце, благодаря личным заслугам которого страна изменилась кардинальным образом. Но в 2012–2024 годах рост реальных доходов населения будет медленным даже в том случае, если острая стадия кризиса окажется пройдена сравнительно быстро. Ведь сравнивать-то мы будем не с уходящими в историю 90-ми, а с «благословенным» периодом первых двух сроков.

Путину надо будет и впрямь оказаться чудотворцем, чтобы не утратить свою харизму в подобной ситуации. Особенно с учетом того, что он по совершенно объективным причинам уже никогда не будет тем молодым энергичным лидером, который так нравился многим в начале 2000-х годов.

Впрочем, нам всем будет лучше, пожалуй, если Путин и впрямь окажется чудотворцем. Если он дотянет свою слабеющую харизму до конца правления и политический режим мягко сменится в соответствии со сценарием, описанным в моей предыдущей колонке. Поскольку если правитель выжженной земли будет быстро терять поддержку населения, но при этом фанатично держаться за власть, нас могут ждать весьма печальные последствия.

Дмитрий Травин