Выборы-2012 в режиме Дня сурка

Декабрьские выборы, по всей видимости, станут продолжением затянувшегося «Дня сурка». Ожидать, что политический состав Госдумы изменится, не приходится. Фальсификация результатов выборов может составить 10-20%. Партия власти сохранит свое положение, но уже через год-два тем, кто находится «у руля», предстоит понять, что у любой медали есть две стороны. Прогнозы экспертов-политогов, прозвучавшие на круглом столе «Выборы-2010», слушал корреспондент «Фонтанки».

Круглый стол, посвященный выборам, проходил в рамках The Baltic PR Weekend и собрал не больше десятка слушателей. Участники обсуждения, впрочем, сочли малочисленность заинтересованных лиц вполне закономерной. «То, что количество спикеров практически равно количеству собравшихся в зале, вполне характеризует отношение нашего общества к политике и к предстоящим выборам», - заметил Игорь Минтусов, председатель совета директоров ГК «Никколо М» и модератор обсуждения. Правда, на интенсивности дискуссии скромный состав не отразился.

«День сурка». Часть следующая

В том, что выборы не повлекут за собой никаких перемен, и российское политическое пространство останется прежним и вполне однообразным , эксперты не сомневались. Состав будущей Государственной думы не изменится, и вся борьба развернется только вокруг соотношения сил. По прогнозам политолога, профессора СПбГУ Дмитрия Гавры, в нижнюю палату парламента пройдут три партии. «Планово туда попадает «Единая Россия», на съезд которой уже успел приехать премьер, а также КПРФ и ЛДПР. Под вопросом остается «Справедливая Россия» - по социологическим опросам она не проходит, но в реальности вполне может тоже оказаться у власти для того, чтобы сохранилось status quo», - считает эксперт.

Большинство голосов в думе остается за «Единой Россией» - плановые показатели, как сообщил Гавра, составляют 65-67%. Правда, фактическая поддержка этой партии населением не превышает 46-52%. Но здесь существует возможность снивелировать разницу — традиционно единороссов сильнее всего поддерживают именно в тех регионах, где самый высокий процент явки на выборы. Остальные партии от лидера значительно отстают — ЛДПР должна пройти с минимальным баллом (от 7 до 8,5%), КПРФ — наиболее сильный представитель парламентской оппозиции - набирает 12-15%. Оценивая шансы «Справедливой России», надо учитывать, что это — партия последнего дня, за которую голосуют тогда, когда отдавать голос власти не хочется, а все остальные претенденты тоже не вызывают доверия.

Правда, как отметил политолог, не следует забывать и о том, что кроме привычной, телевизионной, реальности, существует еще и Интернет. И в виртуальном пространстве картина резко отличается от той, которую дают социологические исследования. Так, среди пользователей социальных сетей «Единую Россию» поддерживает только 16%, КПРФ — все те же 12%, а ЛДПР — только 4,5%.

«Дума будет такая же, как сейчас — все те же 4 партии, - заявил кандидат политических наук Александр Кынев. - Весь вопрос в соотношении сил». По мнению этого политолога, сейчас говорить о борьбе политических партий вообще не приходится — сейчас взаимоотношения кандидатов и партий носят конструктивный характер. В политическую партию вступают не потому, что разделяют какие-либо убеждения. А исключительно ради попадания в органы власти. Поэтому происходит «электоральная миграция» - «нет ни одной партии, в которой нельзя было бы найти бывших членов всех остальных политических объединений», - отметил политолог. «Поэтому деидеологизирован и избиратель, - считает он. - Голосуют в зависимости от отношения к конкретной личности или из-за качественно проведенной рекламной кампании. Или же придерживаются протестного голосования — за любую партию, но против лидера».

«Надо исходить из того, какая задача поставлена перед «Единой Россией», - заявил президент «Центра политических технологий» Игорь Бунин. - Если президентом становится Дмитрий Медведев, то партия власти может удовлетвориться тем, что наберет 55-58% голосов, если Владимир Путин, то по логике рейтинг необходимо будет поднять до 62-65%. Но в любом случае — две трети она сохраняет». Для остальных партий эксперт отвел такие же доли, как и предыдущие ораторы — 10% - ЛДПР, 11% - КПРФ и «преодоление семипроцентного барьера» для «Справедливой России». «Правое дело» разорвали в клочья, поэтому о ней можно забыть. «Яблоку» предоставили все возможности и даже вернули Явлинского, но что-либо сделать с этой партией даже при огромных усилиях будет неимоверно сложно, больше 5% оно не перейдет», - отметил он.

К чему призывать будем?

Но, хотя результат выборов и предсказуем, сам процесс можно назвать уникальным. «Впервые партия власти не сформулировала внятную повестку обращения к избирателям, - заметил Кынев. - Наоборот, за полгода до выборов развернулась повестка антикампании под девизом «Уничтожить партию жуликов и воров», и сейчас «Единая Россия» делает все, чтобы обелить себя от этих обвинений. Но сама ни к чему не обращается. До сих пор к населению выходили с готовым решением».

«Чтобы обеспечить поддержку партии власти, используется инерционная реальность, - полагает Бунин. - Задачу решает Первый канал нашего телевидения, а также Второй канал, Четвертый и так далее. Идеология простая - «хлеба и зрелищ», с хлебом, правда, стало посложнее. Но зрелищ достаточно. Эти приемы прекрасно воздействуют на электорат, который ориентирован на Путина. Не надо забывать, что наш премьер — символическая фигура, которая притягивает к себе людей. Его воспринимают как человека. Который всех спасет, выручит, как некоего всемогущего Мальчика-с-Пальчика. Но при этом никакой внятной повестки у «Единой России» до сих пор нет».

Между тем ситуация в стране очень непроста. «По данным наших фокус-групп, - прокомментировал Гавра, - сейчас в стране появилось желание перемен, но народ пока к ним не готов». «Тренд есть, а спроса на него нет, - развел руками политолог. - Зато усиливается другая тенденция — обостряется так называемый «русский», точнее говоря - «нерусский вопрос». Выражаясь эвфемизмами, это означает, что все чаще людей интересует, что делать с иностранными мигрантами, которые не желают ассимилироваться».

«Наиболее сильно этот тренд выражен в малых и средних городах, - отметил Гавра. - Это симптом не Манежной площади, а Кондопоги, про которую все успели забыть. И ответа на эти вопросы от власти народ не получает — люди слышат только сладкие речи о толерантности. Партия власти устраняется от решения проблемы, и интересно, что во многих регионах эту нагрузку уже взяли на себя коммунисты». При этом, как отметил Кынев, в России нет ни одной партии, которая в той или иной мере не использовала бы национал-патриотическую символику, а, по мнению Бунина, сильная сторона ЛДПР заключается в том, что «Жириновский очень точно словил спрос на национализм» (но при том ни одного настоящего националиста в партию не привлек). Однако разрешения «нерусского вопроса» никто из идущих на выборы предложить населению России сейчас не способен.

До свидания, Прохоров Миша...

В общую концепцию «Дня сурка» попадает и разгром партии «Правое дело». «Помните 2007 год, когда также громили СПС? - поинтересовался Бунин. - Теперь все в точности повторилось с партией Прохорова. Все произошедшее вполне закономерно: искали кандидата, чтоб оживить «Правое дело», предложили Прохорову. Были некие договоренности, прошли переговоры с Путиным и Медведевым, договорились, что нужна сильная либеральная партия. Но шансов у «Правого дела» было немного — возможно, правда, что ее бы натянули на 7%, при большом административном ресурсе это было достижимо». Однако в августе между двумя лидерами страны был заключен договор, полагает эксперт, и от идеи «вытянуть» «Правое дело» решили отказаться — тем более, что электората для нее так и не нашли.

По мнению Бунина, Прохоров допустил сразу несколько ошибок. «Во-первых, политик — это, прежде всего, страстный человек, харизматичный. А Прохоров оценил партию как очередной бизнес-проект, политика таких вещей не прощает, - рассуждает эксперт. - Во-вторых, ситуация изменилась — сейчас недовольство властью шире и глубже, и если идешь в оппозицию, то ругать власть в целом нельзя, надо критиковать адресно, конкретных людей. Этого тоже не поняли. И вдобавок ко всему — «Правое дело» привлекло удивительно непрофессиональных политтехнологов, уже проваливших Яценюка на украинских выборах. С Прохоровым они в точности повторили все свои ошибки, допущенные в Киеве. Проект был обречен».

Будущего у Прохорова как у политика, по мнению Бунина, нет. «Он — вполне нормальный человек, - заявил эксперт. - Успешный предприниматель, который решил попробовать такой способ самореализоваться. Но это не его, и, я думаю, теперь, если у него появится потребность как-то выразить себя, он может вполне заняться благотворительностью или какой-либо другой общественной деятельностью. Но политиком он стать не сможет. В политике надо жить, когда к ней относятся как к бизнес-процессу, она не прощает».

За фальсификацию придется ответить потом

Традиционно выборы не обойдутся и без фальсификаций, предсказывают эксперты. Как считает Кынев, с помощью различных технологий можно изменить результаты выборов на 10-20% - в зависимости от того, насколько налажен контроль оппозиционных партий на избирательном участке. «Меньше 10% в нашей стране ожидать, видимо, не приходится, из-за всем известных регионов Северного Кавказа. Где по документам отмечена 98% явка избирателей», - предсказал он.

Эксперт отметил, что фальсификация бывает двух типов — в процессе голосования и на этапе подсчета голосов. И во втором случае отследить нарушения довольно просто — вбросы бюллетеней и «кривые» подсчеты происходят, в основном, на самих избирательных участках. «И в том случае, если наблюдатели ведут себя активно, перекоса удается избежать, - заверил эксперт. - А вот на этапе голосования в некоторых случаях отследить нарушения довольно трудно. Бороться с голосованием по дополнительным спискам, открепительным талонам, круизным голосованием — когда одни и те же люди ездят по разным участкам, еще можно, но есть голосование под давлением — когда от подчиненных требуют представить фотографию заполненного бюллетеня и при входе на участок стоит декан или командир части, указывающий, где нужно поставить галочку».

Но в любом случае, говорить о тотальной подделке результатов для всей страны не приходится. Самой грубой подтасовкой в истории постсоветской России считаются результаты выборов 2009 года в Мосгордуму. Там уровень фальсификации достиг 20%. И пока этот рекорд никем не побит. «Ваши знаменитые выборы в округе «Красненькая речка» (выборы экс-губернатора Валентины Матвиенко в депутаты муниципального округа — прим.ред.), - заметил Кынев, - не были такой уж фальсификацией. И против них никто серьезно не намеревался протестовать. Люди знали, что Валентина Ивановна все равно уходит и просто постарались сделать всё для того, чтобы расставание вышло максимально неприятным».

В то, что фальсификации на выборах приведут к каким-то массовым нарушениям, политологи не верят. «На всей территории постсоветского пространства было два случая массовых протестов против сфальсифицированных результатов, - пояснил Бунин. - В Грузии и на Украине. И в обеих этих бывших наших республиках была оппозиционная партия. Которая лишь немного отставала от лидера. В России сейчас просто не за кем будет пойти — вопрос, получит «Единая Россия» 50% или 65% население едва ли взбудоражит». «Эти результаты аукнутся потом — через год, через два, - добавил Кынев. - Наступает очень тяжелое время, и если фальсификация будет очевидной, то это обвинение в адрес партии власти в сложной экономической ситуации будет очень весомым. Но в ближайшее время большинство отнесется к итогам очень спокойно».

Кира Обухова,
Фонтанка.ру