Анна Шумилова: «Будем стараться соответствовать высокому архитектурному стилю» (фото)

6 июня 2011, 07:00 1 389

Фонд Rizzordi Art Foundation уже несколько лет поддерживает молодых художников в России и русских художников за границей. В конце мая у фонда появилась собственная выставочная площадка – огромный лофт в бывших производственных помещениях пивзавода им. Степана Разина. О далеко идущих планах RAF «Фонтанке» рассказала президент фонда Анна Шумилова.

– Расскажите историю появления Rizzordi Art Foundation. Кто был инициатором?

– Главная фигура фонда – это Виталий Рицци. Получив образование в Великобритании, узнав об актуальном искусстве не понаслышке, он вернулся в Петербург. Здесь он понял, что ситуация с современным искусством в России неоднозначная, и решил исправлять ее. Наш фонд был зарегистрирован в конце 2009 года. Виталий Рицци, учредитель фонда, дал нам творческий импульс, и мы развиваем его идеи. Людей, работающих в нашей команде, немного, но все они – профессионалы в сфере искусства. Команда увеличится, как только лофт заработает в полную силу.

– А как фонд получил такое название?

– Название – это аббревиатура от Рицци и Орджоникидзе, Орджоникидзе – это его родная сестра. Когда Виталий организовал фонд, ей было 16 лет. Сейчас она повзрослела и принимает активное участие в поддержке и развитии фонда. А я занимаюсь всей выставочной политикой.

– Какие цели и задачи у RAF?

– Поддерживать молодых талантливых художников, находить новые имена, давать художникам возможность заявить о себе, выставиться. Для того чтобы о художнике больше узнали, мы печатаем каталоги к выставкам, стараемся широко освещать мероприятия. Собственно, у фонда есть две генеральные линии развития. Первая – это актуальное искусство сегодняшнего дня, поддержка молодых талантливых художников в России и просвещение зрителей. За несколько лет мы стали партнером I Уральской индустриальной биеннале, делали там параллельную программу. На Всероссийской премии Кандинского RAF удачно представил два проекта Глеба Косорукова: «Концессия» и «Сто стахановцев». Работы Косорукова мы показывали и в Киеве на «Гоголь-фесте». Мы привозим актуальное искусство из-за рубежа, делаем некоммерческие выставочные проекты для того, чтобы поставить современное российское искусство в общемировой контекст. Вторая линия – это выставки шедевров XX века из коллекций музеев и фонда. Фонд был партнером Фестиваля русского искусства в Каннах, и одной из подобных выставок стал показ работ Эдуарда Зеленина во Франции. Зеленин – шестидесятник, относился к кругу таких художников-эмигрантов, как Целков, Рабин, Кабаков, Шемякин. Кстати, Зеленин был учителем Шемякина, он первым уехал во Францию, а скончался в 2002 году в Париже. Часть творческого наследия Зеленина принадлежит, в том числе, и RAF. Мы уже показывали его выставку во Франции, планируем привезти ее в Петербург для экспонирования в Русском музее. Также собираемся делать выставку художника Ильи Шенкера, который эмигрировал в Нью-Йорк. Пока, слава богу, он жив-здоров, но ему почти 90 лет, и мы не знаем, сможет ли он сам приехать в Северную столицу.

– Открытие своей выставочной площадки – это важный шаг для фонда?

– Да, разумеется. 21 мая мы наконец открыли свой лофт. Площадка находится на территории Пивоваренного завода Степана Разина. RAF занимает два последних этажа солодовни общей площадью 4 тысячи квадратных метров. Такая большая площадь позволит нам проводить крупные проекты мирового уровня – как некоммерческие, так и галерейные. Важно, чтобы художники смогли не только заявить о себе, но и продать свои работы. Тем не менее первое мероприятие в лофте – это некоммерческий фестиваль уличного искусства «Космос как…».

– Почему вы решили посвятить свой первый проект в лофте RAF стрит-арту?

– Граффити и стрит-арт – это неотъемлемая часть лофтов. Всегда можно увидеть на заброшенных объектах граффити. То есть первые люди, проникающие в подобные здания, – это люди стрит-культуры, хип-хопа. И мы, учитывая этот факт, постарались показать на фестивале весь срез уличной культуры: и граффити, и городская скульптура, и видеоарт, и инсталляции, и уличная музыка, и танец. Выставка продлится до 12 июня. Вход на нее мы сделали свободным.

– А что дальше?

– В «Ночь актуального искусства» с 17 на 18 июня мы откроем проект «Total Contemporary», построенный по типу арт-ярмарки, которой так не хватает Петербургу. В нашем лофте будет выставка, которая представит десять галерей, занимающихся продажами и продвижением современных петербургских художников, а также петербургский филиал Государственного центра современного искусства. Они покажут самое актуальное и интересное искусство Петербурга. Мы же выставим новый фотопроект Глеба Косорукова и живопись Лены Головиной. Культурная инициатива «Total Contemporary» направлена на развитие петербургского арт-рынка и поддержку деятельности галерей. Потом нам придется уйти на некую реконструкцию, чтобы открыться уже в полном объеме к концу 2011 года с большим и малым выставочными залами, кинозалом, мастерскими художников, лекторием (поскольку мы собираемся проводить лекции, мастер-классы с участием как российских игроков арт-рынка, так и европейских художников). У нас будет и медиатека, и библиотека, и кафе. Такие наши планы. После реконструкции в этом пространстве, конечно, многое изменится, но не принципиально, потому что мы решили сохранить то, что имеем, и не делать из лофта безликую галерею или офисный центр. Наше здание – это памятник промышленной архитектуры, работа архитектора Юргенса XIX века, и мы будем стараться соответствовать высокому архитектурному стилю своим наполнением.

– Получается структура, похожая на московские арт-центры – «Винзавод», да и тот же «Гараж»…

– Структура похожая – у всех. Но мы не будем сдавать наши помещения, а будем делать свой собственный проект своей кураторской группой, иногда при помощи европейских кураторов. У нас достаточно своих успешных проектов, и с другими институциями нам интересней работать как с партнерами, нежели сдавать помещения в аренду. Учредитель фонда специально открывает этот лофт, чтобы как-то изменить художественную ситуацию на рынке Петербурга, ему самому интересно быть полноценным участником процесса. Пока что мы настроены только на партнерское сотрудничество. Например, с Французским институтом, с Институтом Гете. Если какая-то музейная организация захочет провести свой выставочный проект в нашем помещении, то мы пойдем навстречу, только если это будет мероприятие нашего формата, соответствующее нашей миссии.

– В чем, по-вашему, преимущество лофта перед другими выставочными площадками?

– Во-первых, гораздо проще проводить какие-либо монтажные и демонтажные работы, чем в здании в центре города. Во-вторых, поскольку в прошлом лофт, как правило, завод или фабрика, то низкая арендная ставка. Арендатор может взять огромную территорию с высокими потолками, с уже проведенной электрической заводской мощностью. И, в-третьих, я думаю, что именно объем выставочного пространства выделяет лофт из массы обычных галерей. Площадь лофта может составлять и 5, и 10 тысяч квадратных метров. Понятно, что масштабные инсталляции лучше показывать на такой территории.

– Лофт RAF будет работать круглогодично? Если да, то будет ли решен вопрос с отоплением? Вот выставку видеоарта в пространстве «Ткачи», на бывшей ткацкой фабрике, было очень холодно смотреть.

– Да, знаю, я была на этой выставке. Думаю, что мы будем работать круглый год: проблема с отоплением у нас решена. У нас будет работать много людей, и мы не можем допустить, чтобы они заболели.