Брендан Перри в «ГлавClub»: Одиночное плавание (фото)

8 апреля 2010, 19:36 1 038

Пластинку «Ark», которая выйдет только в начале июня, британский музыкант Брендан Перри представил на концерте в петербургском «ГлавClub». Острого интереса новый виток в творчестве Перри – а сейчас он возвращается к звуку и идеям Dead Can Dance, своего знаменитого дуэта с Лизой Джеррард, – не вызвал. Поклонников набралось едва на половину зала.

В дуэте Dead Can Dance Брендан Перри, казалось, существовал на вторых ролях, и его задачей было – создавать достойное обрамление сиятельному контральто Лизы Джеррард. Однако ему удалось выдумать уникальный звуковой мир, из которого легко вынимаются любые неземные тембры, саунд-конструктор, которым он управлял единолично. Составленная на основе библиотеки сэмплов, лишенная сыгранных вживую элементов, нынешняя пластинка представляет собой сплошной soundscape, «звуковой ландшафт». В этой рукотворной среде Перри ведет себя как демиург и одновременно как мыслитель. По собственному признанию музыканта в развернутой аннотации к диску, «Ark» содержит ни больше ни меньше «наблюдения за состоянием человечества». Сложно придумать более размытую характеристику своему творчеству – и одновременно самую очевидную.

Но для концертов тура в поддержку нового альбома музыканты Перри всё же понадобились. Программа состояла из нового материала менее чем наполовину. Перри и его бэнд в изобилии играли песни времен сотрудничества с Лизой Джеррард, песни со старого альбома «Eye of a Hunter», а также кавер на «Dream Letter» Тима Бакли. Начался концерт со старой «Arcane» – следующая «Love on the Vine» выглядела ее сестрой-близнецом, хотя написана недавно и даже не успела войти в альбом. Здесь Перри во время пропевания красивого пассажа единственный раз совершил рискованную вылазку на октаву выше; надо сказать, в его голосе нет ничего выдающегося, это умеренно бархатистый, немного бесхарактерный мужской голос. Но на петербургском концерте он звучал достойно: гладко, с умело расставленными акцентами. Группа тоже звучала ровно и сдержанно, лишь раз позволив себе громогласное tutti в финале «Dream Letter». Монотонные четыре четверти, исправно отбиваемые ударником Дэном Грессоном, однажды сменились на раздумчивый вальс «Medusa» – размышления на тему окаменелых чувств в размере шесть восьмых. И женским вокалом (басистка Рейчел Хэйден) Перри воспользовался лишь раз – на «The Carnival is Over» с альбома «Into the Labyrinth» (1993), далее предпочитая синтезаторные хоры на повышенных тонах. Эстетика отказа, тембровый аскетизм или нарочитая старомодность саунда на альбоме слушаются как концепция – в живом исполнении от этого, бывает, сводит скулы.

Закончилось выступление эмблематичной для музыканта песней «Voyage of Bran», отсылающей к мифическому ирландскому путешественнику Брану. Бран отправился на поиски иного мира, но заснул, услышав невероятно прекрасную музыку. Исследователем гипнотических миров, вероятно, чувствует себя и Брендан Перри. Ему необходимо дойти до самых глубин подсознания, чтобы выловить там образы идеального мира – а потом транслировать их в мир неидеальный, иной раз поражаясь, как блекнут его драгоценности в беспощадном дневном свете.