ФСБ предупреждает

Закон об ФСБ рассматривается сегодня Госдумой в третьем чтении. Это означает, что вскоре служба сможет объявлять гражданину официальное предостережение за отдельные наши поступки и помыслы. Нервничать не стоит. Во-первых, бессмысленно - хоть перенервничай, они сделают по-своему. Во-вторых, бесполезно - хоть за каждый «чих» введут предостережение, нам «фиолетово». Потому что это все уже давно было и закончилось смехом, липой, ничем.

Текст закона таков: нам всем грозят предупреждения «о недопустимости действий, вызывающих возникновение причин и создающих условия для совершения преступлений, дознание и предварительное следствие по которым отнесено законодательством РФ к ведению органов ФСБ, при отсутствии оснований для привлечения к уголовной ответственности». Если дочитали, то не вздумайте перечитывать. Писано не для того, чтобы было понятно. А чтобы нами было понято - ФСБ теперь может вызвать и строго предупредить. Любого и за все - экстремизм, контрабанду, шпионаж, отмывание, укрывание.

Притом не обязательно уже быть шпионом Гадюкиным и ночами стрелять из ракетницы, указывая самолетам-разведчикам расположение наших секретных производств (вернее - зданий, где на месте этих производств арендуют помещения предприниматели с рынков). Достаточно будет иметь недавнее высшее техническое образование и корешиться с иностранцами. Притом не обязательно уже быть нормальным контрабандистом и иметь в кармане таможню, «окно» на границе и ворочать сотнями тонн грузов. Достаточно будет иметь лишние пару блоков сигарет, перевозимых через границу.

Ирония не на пустом месте. Все эти предупреждения в системе КГБ и МВД были. В МВД они рухнули к 1986 году, а ГэБе дотянуло с ними до 1991-го. Это была титаническая липа. Не хохот, а гогот стоял неимоверный. Исполнители называли всю эту ахинею «предупрежденками».

Делалось в Ленинграде это так: у каждого оперативника госбезопасности и милиции был сверху спущенный конкретный профилактический план. Заключался он в том, что каждый опер должен был несколько раз в квартал (разы зависели от степени адекватности и чувства юмора штабных бездельников) вынести предупреждение тому гражданину, который, согласно полученной криво информации, замышляет преступление. Причем каждый оперативник должен был предупредить будущего злодея в зависимости от своей линии работы. Так, в отделах по борьбе с хищениями социалистической собственности предупреждали вероятных расхитителей, контрразведчики - потенциальных болтунов и одновременно носителей гостайн. Мрачнее всего дело обстояло в отделе по раскрытию убийств - им нужно было выявить гипотетического киллера. А веселее всех жила пятая служба КГБ, денно и нощно изводящая антисоветскую агитацию и пропаганду.

«Пятерка» могла вызвать любого из двухсот миллионов советских взрослых граждан, устно доказать, что он рассказывал анекдот про Брежнева (любой же рассказывал), и вынести «предупрежденку».

Лично я своими руками натягивал «предупрежденки» по линии уголовного розыска. Когда на меня наседало начальство, укоряя (всегда матом), что мы срываем план по профилактике, я лепил эту ересь так: например, вечером вынимал пьяного задержанного из дежурной части, зная, что его доставили из общаги. И начинал ему компостировать мозг: мол, вы пили в компании? девки были? кто-нибудь приглянулся? ты ее пытался обнять? а если бы нажрался, то потянул бы в соседнюю комнату? а она ведь, теоретически, могла быть против? значит, теоретически, все это со стороны могло выглядеть как изнасилование? У парня шла кругом голова от этого бреда, и он отвечал: «Чего по пьянке не бывает».

- Вот! - восклицал я. - Значит, был умысел на изнасилование, но теперь я тебе все разъяснил, и ты от него добровольно отказался. Правда?

 В подобной ситуации нормальный человек должен ответить односложно: «Ты что, дурак?» Но так отвечали редко, и человек испуганно соглашался: «Правда». После чего гражданин подписывал протокол о предостережении и с ужасом исчезал. Наверное, он потом рассказывал приятелям: «Знал, что козлы, но чтоб такие рогатые…»

 А опер довольно регистрировал этот сюрреализм и отправлял его в отчетность. То есть именно туда, куда мысленно послал его предупрежденный. Эти «предупрежденки» собирались с каждого отделения милиции, и статистика радовала глаз на самом партийном верху. Наверху чувствовали: профилактика шагает семимильными шагами - миллионы тружеников убережены от падения.

 В КГБ происходило то же самое. Им Андропов еще в начале 1980-х заявил: «Уголовное дело в отношении антисоветского человека - это брак. Вы должны переубеждать заблудшего». Разница лишь в том, что менты ваяли это, прикалываясь и жутким почерком, а чекисты - дотошно и с пафосом. А многие из них еще и верили в эффективность (говорят, кое-кто верит до сих пор - вот бы интервью взять).

 Омерзительность ситуации заключалась в том, что эти «предупрежденки» регистрировались в информационном центре. И до гроба человек мог иметь запись: «предупрежден о вреде перехода госграницы», «предупрежден о вреде серийных убийств». Но если в милиции тренировались на гопниках, которые если бы и узнали, то им было бы все равно (при их шести судимостях и все «за огурцы»), то в КГБ лепили на нормальных людях. А потом их не пускали на основании этого в загранкомандировки, не давали защищать диссертации и так далее.

 После развала СССР про этот чудодейственный алгоритм борьбы с преступностью подзабыли. Сегодня кто-то, очевидно, чистил шкаф на Лубянке, и с антресолей вывалилась папка. Долбанула по кумполу, распахнулась, и ребята, озабоченные показателями (вследствие их полного отсутствия), воскликнули: «Эврика!»

 Отчего не страшно? А ничего нам не будет. При поездке в Болгарию или куда еще нам их визы ни к чему. И так далее.Коллега с «Эхо Москвы» Матвей Гонопольский заявил, что если его придут предупреждать, то он с «лестницы спустит» (цитата). Но это невежливо. Интеллигентнее все же спросить с такого ревнителя: «Такой буржуазный, а все дурак?»

 Евгений Вышенков,

заместитель директора АЖУРа