Урок русского

Tweet

День Победы в Риге стал прекрасным примером провала государственной политики в области работы с молодежью. Можно сказать, что «на вахту памяти» встало новое поколение латвийцев. Это примечательный пример того, как запреты и ограничения в конце концов работают против самих «ограничителей». За празднованием 9 мая в столице Латвии наблюдал корреспондент «Фонтанки».

Лет 10 назад у памятника освободителям Риги от немецко-фашистских захватчиков 9 мая собирались небольшие группки ветеранов, они несли свои грустные тюльпанчики к бронзовым монументам.

Последние годы к памятнику приходят десятки тысяч человек. Только одной агитлитературы в этот раз ушло (и только у одной партии) 40 тысяч экземпляров на русском языке и 10 тысяч на латышском. Ковер цветов у монумента покрыл площадь более футбольного поля. Концерт, организованный целиком на деньги частных лиц и взносы партий социал-демократического крыла, начался в 10 утра и закончился в 23:00 праздничным салютом. По самым скромным данным, в течение дня у монумента побывало более 120 тысяч человек, то есть практически каждый пятый рижанин.

В этом году основная нагрузка по организации пала на молодежные ассоциации социал-демократов. И молодежь отлично справилась с поставленной задачей. Новая молодежь – для нее уже нет языковых барьеров, возведенных латышскими националистами, но появилась совершенно четкая национальная и идеологическая база.

Языковой капкан

Ошибка латвийских, национально ориентированных политиков была в том, что они надеялись, выучив русскоязычных детей латышскому языку, сделать из них своего рода «славянских латышей», вполне лояльных существующей национальной идее. То есть с ярко выраженной национальной составляющей и с четким правым уклоном.

Скандальная история с принудительным переводом русских школ на латышский язык привела к парадоксальному результату — у русскоязычной молодежи, в том числе и из чувства протеста, возникла тяга к самостоятельному изучению русской истории, языка, культуры.

В конечном счете в последние годы эта новая молодежь, окончив школы и получив гражданство Латвии, не испытывая никакого страха перед государством — так как отлично говорит на латышском языке и всевозможные комиссии по проверке знания латышского языка ее не пугают, стала заявлять о себе как политическая сила.

И неудивительно, что, отправляясь в Европу, к работающим там родителям, к друзьям, она увидела привлекательность социал-демократических идей, которые, по словам видного общественного деятеля и политика Бориса Цилевича, сейчас властью целенаправленно дискредитируются.

Но уже поздно. Левые идеи стали набирать вес и в латышской среде, и разразившийся кризис заставил многих латышей задуматься о том, что идеи, завезенные 20 лет назад с Уолл-стрита, не являются истиной в последней инстанции. Национальный вопрос пересекся с социальной напряженностью и экономическим кризисом. Время изменило вектор общественных интересов.

Вопросы символов

Праздник начался со вполне ожидаемого скандала. Сотрудники полиции, которая несла в этот день дежурство в усиленном режиме, задержали национал-большевиков - Владимира Линдермана, Алину Лебедеву и Вячеслава Высоцкого. Затем было задержано еще несколько человек - за использование запрещенной символики - советских флагов.

Задержанных поместили в автобус, а флаги изъяли. Парадокс латвийского законодательства — с российскими флагами, в том числе флагом ВМФ, ходить можно, а вот с флагом СССР — нельзя. Правда, запрет не распространяется на просто красное полотнище без серпа и молота.

Линдерман вернулся с товарищами к монументу Победы, добавив, что собирается отстаивать права на использование в Латвии советской символики через судебные инстанции, так как «...нигде в Европе, кроме Латвии и еще одной страны Балтии, не запрещено использование этой символики".

Полиция задержала и представителей правого Союза национальных сил отечества, которые собирались возложить к монументу Победы венок из колючей проволоки. Позже к монументу протолкнулись две активистки ультраправого Латвийского Национального фронта — они возложили к монументу несколько экземпляров своей газеты и белые гвоздики.

Также возле памятника Победы были замечены члены ультраправых организаций, которые снимали происходящее, акцентируя внимание на нарушениях, и демонстрируя их полиции, однако, по словам Бориса Цилевича, «...полиция реагирует на это без особого энтузиазма и старается отфутболить таких стукачей...».

Другая Латвия

Вообще-то на празднике не чувствовалось пропасти между полицией и празднующими. Полиция следила за порядком, но если бы не форма, то ее вряд ли можно было бы отличить от других, фланирующих по парку людей. Внешние патрули были более всего озабочены недопущением возможных провокаций и, как было сказано, даже задержали группу ультраправых.

В помощь полиции организаторы мобилизовали сотрудников частных охранных фирм. На празднике разбили свои палатки торговцы, которые организовали продажу безалкогольных напитков, горячего чая, кофе и закусок. Разумеется, чувствовалось в воздухе присутствие запрещенного алкоголя, однако никто этим не бравировал. В воздухе реяли российские знамена, андреевские флаги, со сцены выступали фольклорные коллективы Латвии, Белоруссии, России, Болгарии и других стран. Сновали с телекамерами журналисты, в том числе европейских СМИ. И тонны цветов буквально лились на руки ветеранов, которые шли со своими боевыми наградами в окружении молодежи. Многие плакали и смеялись одновременно. Правнуки вернули им Победу.

Как сказала «Фонтанке» один из организаторов мероприятия, лидер молодежного движения «Нам по пути» Светлана Савицкая «... мы просто хотели вернуть нашим бабушкам и дедушкам их праздник. Не дать переписать историю... Это было общее желание, ребята сами звонили, писали, что хотят помочь, мы собрались и сделали это...».

Политические уроки

Евросоюз идет на выборы. Эти выборы совпадают с мощнейшим кризисом, и поэтому трудно не согласиться с прогнозом сопредседателя объединения Центр Согласия Нилом Ушаковым, который в беседе с «Фонтанкой» прогнозирует на выборах успехи социал-демократических партий. Позиционируя и себя как социал-демократическую силу, он видит в этом основу для консолидации латвийского общества, уход от межнационального раскола.

Но, как представляется со стороны, главное — это очередная демонстрация того факта, что все, что предпринимают власти в плане запрещения и давления, рано или поздно оборачивается против них же. День Победы в Латвии стал символом русскоязычной общины этой страны, дав общий ориентир молодежи. Никакие политические силы не смогли бы использовать молодежь в своих интересах, если бы у самой молодежи не было бы внутреннего протеста против существующего порядка вещей.

Но и было бы неправильным считать это молодежное движение однозначно пророссийским — в политическом смысле. Московским политикам обольщаться не стоит. Это европейские русские, причем даже не по крови, а именно по культуре, которые хотят идти своей собственной дорогой и умеют бороться за свои цели.

Константин Ранкс Рига