Контрастное искусство блокады
Всего один спектакль — по дневникам и письмам
Уникальный спектакль лауреата «Золотой маски» даст новый взгляд на блокадные дневники. В преддверии одной из самых скорбных дат в истории нашей страны — дня начала Великой Отечественной войны, — петербуржцы увидят пронзительную постановку о свободе и силе искусства, о презрении к смерти, о мужестве, стойкости и любви.

Это постановка о блокаде — точнее, о торжестве жизни посреди ее ледяного ада. Жизни единственной и желанной — безудержной, как весенняя капель с крыш, смешливой, как желтое море мать-и-мачехи, искрящейся, как льдинка на варежке, будоражащей, как теплое апрельское солнце. Или как стакан кипятка с кусочком сахара. В той жизни были поводы для счастья.

Дневники артистов блокадной поры откроют страницы истории с новой стороны: покажут, из чего в страшной повседневности ленинградцы – и артисты, и зрители – по крупицам собирали надежду.

Для участников — Ирины Мазуркевич, Николая Бурова, Ксении Раппопорт, Максима Леонидова, Михаила Морозова, Павла Григорьева — этот опыт стал особенным.
18/06/21
На сцене Санкт-Петербургского театра музыкальной комедии Творческий бренд Dance Open при поддержке Комитета по культуре Санкт-Петербурга представляет спектакль Руслана Кудашова «Музы сопротивления: Хрупкий голос непреклонного города».

Тот самый спектакль, участникам которого в ноябре 2020-го зрители аплодировали стоя.

Снова — единственный показ.

Спектакль — посвящение артистам и зрителям блокадного Ленинграда.

Спектакль — напутствие нам сегодняшним.

Спектакль, который невозможно пропустить.
У героев этой постановки не было оружия. По разным причинам все они — артисты балета, оперы, драмы и оперетты, поэты, писатели, музыканты — не эвакуировались из Ленинграда в 41-м. Не успели. Не захотели. Не смогли. Остались здесь. Почти три года в осажденном городе — израненном, изможденном и голодном — они не просто выживали, а жили, работали и вселяли надежду в тех, кто умирал в замерзших квартирах, и в тех, кто вел страшные бои под Ленинградом и разорвал фашистское кольцо.
Легкомысленное, красочное, танцующее канкан на фоне голода и неутихающих бомбардировок — искусство блокадного Ленинграда выглядело парадоксально и отчаянно. Но для многих именно оно оказалось спасительной искрой, которая не дала угаснуть, замерзнуть, сгинуть.

Зрители ходили в театры и на концерты, даже когда не были уверены, что опухшие от голода ноги донесут их обратно домой. Они не трогались с места, даже если во время спектакля в городе начинался обстрел.

Ленинградские артисты выходили на сцену, даже когда дома лежал покойник. Даже если очень стыдно и страшно было, играя «сытую» романтическую роль, открывать на сцене обтянутые кожей кости.

Искусство объединяло — оно было нужно и тем, и другим как воздух, как хлеб, как доказательство того, что жизнь продолжается.

Где брал силы Ленинград? Многие не перестают повторять, что это загадка. Но мы можем спросить: голоса непобедимого города звучат со страниц дневников, из воспоминаний, писем.
Зав. режиссерским управлением Виктор Смирнов на крыше театра. 1942 г. / Елка 1942г. / Дирижер А.А. Логинов1942 г.
Спектакль Руслана Кудашова состоит из подлинных человеческих историй. Их герои пели и танцевали в оперетте, ставили оперу и балет, играли симфонические концерты, записывали радиопередачи, работали в библиотеках, охраняли и спасали музейные ценности, плели маскировочные сети, дежурили на крышах в бригадах МПВО.

Блокадная доля была одна на всех. Но их песня творила чудеса — сродни тем удивительным моментам, когда вдруг грозовые тучи прорезает не вспышка снаряда, а луч солнца. Из таких мгновений складывается счастье.
Поэтому спектакль — о счастье, которое парадоксальным образом возможно, когда ничто к этому не располагает. О силе. О любви.
Голосам знаменитых артистов той эпохи со сцены дадут прозвучать наши современники, сегодня олицетворяющие петербургский театр: Ирина Мазуркевич, Николай Буров, Ксения Раппопорт, Максим Леонидов, Михаил Морозов, Павел Григорьев.
У актеров, участвующих в этой постановке, — свои семейные истории, связанные с блокадой. Воспоминания, которые им передали родители, бабушки и дедушки, сокровенны: о них не говорят громко, но они — часть мироощущения, понимания хрупкости и одновременно героической стойкости человеческого существования. Сегодня эти истории они доверили нам.
О Блокаде от первого лица: история одной семьи. Рассказывают актеры спектакля
«Зимой 42-го мы с сестрой всю семью потеряли, остались одни, такие несчастные, такие жалкие, голодные… только о еде говорили и думали. Но вот шли мы как-то мимо театра, смотрим, люди туда заходят, и вдруг решили тоже зайти. Стоял лютый мороз, дома темно, холодно, есть нечего. Что мы теряем? Хоть погреемся. Зашли, сели. Погреться, правда, не удалось, было холодно, но хоть светло. Поднялся занавес, и вдруг исхудавшие, продрогшие и жалкие артисты на сцене пели и танцевали. Мы были так благодарны им и очень тронуты тем, что такие же несчастные, как мы, а нас отвлекали и развлекали. Мы забыли о своих горестях. Ложась в холодные кровати в темноте, мы в первый раз не говорили и не думали о еде, а делились впечатлениями».
(23 мая 1942. Из письма неизвестной девушки)
Мы в первый раз |
Не все увидят эту ночь, оборвалось столько жизней в один этот день, и сколько людей лишилось крова. Город стоит тоже израненный, но прекрасный… как он дорог сердцу, еще дороже, чем был. Строгое великолепие дворцов и площадей… а улицы, улицы такие чистые, как никогда, – ни одного окурка, ни бумажонки. Правда, нет папирос и нет нужды в бумаге, нечего заворачивать, да и все, что способно гореть, идет на растопки и не может быть брошено на улице. Мы очень устали, не хочется шевелиться, хочется так сидеть и дышать… мы счастливы, что можем дышать… Что-то ждет завтра?
(1 мая 1943. Из дневника Наталии Сахновской)
Улицы такие чистые, |
Днем начался очень интенсивный обстрел. Мы были в большом волнении, состоится ли концерт. Когда подошло время начинать готовиться к выступлениям, мы прорываемся к Саду отдыха, но нас туда не пустили и загнали в бомбоубежище Пушкинского театра. Тревожно бился метроном по радио, предупреждая, что опасность еще не миновала, взволнованно бились наши сердца: успеем ли подготовиться? Уж время начинать, соберутся ли зрители? Состоится ли концерт? Затих метроном… Отбой? Отбой! Наконец-то! Однажды блокадный ребенок на вопрос, какую музыку он больше всего любит, ответил: «Отбой воздушной тревоги». Да! Хоть это и не музыка, конечно, но она ласкает слух и невольно вырывается вздох облегчения.
(Июль 1943. Из дневника Наталии Сахновской)
На вопрос о любимой музыке ребенок ответил: |
Зачем говорить о Блокаде сегодня: интервью актеров и режиссера спектакля
Почему сегодня нужно смотреть этот спектакль, почему вообще важно вспоминать о блокаде? Как о ней говорить, когда сказано уже так много? Ответы на эти вопросы дают артисты, принявшие решение играть в постановке.
Проект «Музы сопротивления: Хрупкий голос непреклонного города». Трейлер
Материал подготовлен в партнерстве с Dance Open

Благодарим Санкт-Петербургский театр музыкальной комедии за предоставленные уникальные исторические фотографии.

Благодарим Баира Иринчеева, директора «Военного музея Карельского перешейка», и Егора Шилова, составителя сборника «Танцуя под обстрелами. Дневники артистов Кировского театра 1941-1944 г.г. из осажденного Ленинграда» (издательство «Военный музей Карельского перешейка», Выборг 2019), за возможность публикации фрагментов книги, а также ссылку на ее скачивание.


Автор: Алина Циопа
Редактор / корректор: Елена Виноградова
Координатор: Елена Рожнова
Исторические фотографии: Санкт-Петербургcкий государственный театр музыкальной комедии
Фотограф: Владимир Черенков (фотографии предоставлены компанией Dance Open)
Иллюстрации: freepik.com
Дизайнер: Екатерина Елизарова

Спецпроекты «Фонтанки.ру»