Театральное здание, построенное в 1882 году в Демидовском саду, начиная с сезона 1906–1907 годов арендовала для своего театра В. Ф. Комиссаржевская. Мейерхольд был приглашён режиссёром. Здесь он осуществил феномен символистского спектакля, находя сценические образы невидимых, нематериальных, инфернальных сущностей. Спектакли по пьесам М. Метерлинка, А. Блока, Л. Андреева, Ф. Ведекинда выражали не «объективную» реальность, а воображение героев, мир души, а не прозу жизни. Поэт и философ искусства Максимилиан Волошин назвал это «театр как сновидение». Мейерхольд разработал визуально-пластический метод «театра-барельефа», поэтически-остраненный способ игры артистов. Он сотрудничал с художниками-новаторами Н. Сапуновым, С. Судейкиным, Н. Ульяновым, В. Денисовым. Мейерхольд впоследствии считал, что «счастливые планы "Балаганчика"» определили его режиссёрский метод. В постановке драмы А. Блока соединялись в игровом противопоставлении эстетические планы – обыденная реальность, мистическая символика и господствующая над всем стихия поэтической театральности в марионеточном стиле.

А в 1918 году Мейерхольд вернулся в это здание, чтобы основать здесь «Рабочий театр 2-го Коломенского района» и поставил пьесы «Ткачи» Гауптмана, «Нора» Ибсена и «Жорж Данден» Мольера.

Территория Демидовского сада в советское время была передана Ленинградскому институту физической культуры. Парад этого института в 1939 году стал последней постановкой Мейерхольда.

В 1906 году Мейерхольд жил по соседству с театром В. Ф. Комиссаржевской, в котором работал. В семье Мейерхольда: его жена Ольга Михайловна Мунт (даты жизни полностью совпадают с датами жизни Мейерхольда, 1874–1940, в браке с 1896 по 1922 год) и три их дочери: Мария, Ирина, Татьяна.

Квартира Мейерхольда в 1907–1909 годах. Параллельно с постановкой спектаклей Мейерхольд во все периоды творчества занимался театральной педагогикой, разрабатывал её принципы, отличавшиеся от казённой школы. Режиссёрскому театру нужны свои актёры. Едва начав работу в императорских театрах, Мейерхольд открывает Студию в 1908–1909 годах и делает акцент в воспитании актёра на музыкальном и пластическом воспитании, на развитии чувства ритма. Здесь впервые появился новаторский курс М. Ф. Гнесина по восприятию артистом словесного текста как мелодической и ритмической фактуры.

«Домашняя» студия помещалась в квартире, в которой Мейерхольд жил в это время.

Наряду с постановкой классической и современной драмы и оперы, Мейерхольд стремился к созданию «художественного балагана». Первый опыт состоялся в «Театральном клубе» (прообразе нынешнего «Дома актёра»), собиравшем коллег, где режиссёр создал группу, названную «Лукоморье», на сцену вышли воспитанники его Студии. Были показаны две программы миниатюр, среди них – «Последний из Уэшеров», «Петрушка», «Честь и месть», «Блэк энд Уайт». Оформили эти маленькие спектакли Мстислав Добужинский и Иван Билибин.

Первая постановка Мейерхольда в Александринском театре вышла 30 сентября 1908 года («У царских врат» Кнута Гамсуна), последняя – 8 апреля 1918 года («Пётр Хлебник» Льва Толстого), а всего – двадцать режиссёрских работ. Он ставил здесь и пьесы современных авторов, в частности Фёдора Сологуба, Зинаиды Гиппиус, Бернарда Шоу, Дмитрия Мережковского, Генрика Ибсена. Но у него была цельная программа: освоение режиссёрским театром художественного богатства «подлинно театральных эпох», преодоление литературности, иллюстративности, плоского жизнеподобия богатой театральностью. Он черпал эстетику и принципы актёрской игры из эпох театра Мольера («Дон Жуан», 1910), испанского барокко («Стойкий принц», 1915), русского романтизма («Два брата» и «Маскарад» М. Лермонтова, 1915 и 1917). Как философская трагедия, выявляющая «тайный мистицизм русской души», в стиле романтического двоемирия была осуществлена «Гроза» Александра Островского (1916). Трагическим гротеском в традиции гофманианы была наполнена трилогия Александра Сухово-Кобылина («Свадьба Кречинского», «Дело», «Смерть Тарелкина», 1917). Художником многих постановок был Александр Головин. Концепция «театрального традиционализма» не была реконструкцией старых форм, по смыслу и художественной конструкции спектакли принадлежали современности и воспринимались как авангардные. Например, «Маскарад», вышедший накануне Февральской революции, был наполнен предощущением грандиозной катастрофы, нависшей над роскошным имперским карнавальным миром.

После революции (с 21 июня 1918 года) в здании театра проходили первые занятия Инструкторских курсов по обучению мастерству сценических постановок, созданных по инициативе Мейерхольда.

Мейерхольд был принят на работу Дирекцией Императорских театров для постановки как драматических, так и музыкальных спектаклей. В Мариинском театре с осени 1909 по осень 1918 года он поставил восемь опер. Это был не популярный, лёгкий для восприятия, стандартный итальянский и французский репертуар, но выдающиеся музыкальные произведения с философским, мифологическим и трагедийным содержанием и – это принципиально! – с либретто, основанными на большой литературе: «Тристан и Изольда» Вагнера, «Борис Годунов» Мусоргского, «Орфей» Глюка, «Электра» Штрауса, «Каменный гость» Даргомыжского, «Снегурочка» Римского-Корсакова, «Соловей» Стравинского и «Фенелла» Обера, а также балет на музыку Глинки «Арагонская хота». Мейерхольд преодолевал мелодраматическую оперную рутину. Поставив первой оперу Вагнера, он стал развивать его концепцию «музыкальной драмы», идею синтеза искусств (музыки и драмы), выражение программности в опере. Режиссура была основана на понимании оперного спектакля как синтетического произведения, в котором художественное решение действия было столь же значимо, как звучание музыки. Задачей режиссуры стало выразить сущность музыки в действии и визуальных образах спектаклей, найти специфический стиль каждого произведения. В Мариинском театре также игрались некоторые спектакли драматической труппы Александринского театра, в частности поставленные Мейерхольдом «Пигмалион» Шоу, «Два брата» Лермонтова, апофеоз к политической сатире «Торжество держав» (в связи с началом Первой мировой войны).

Прежде всего в историю вошла поставленная здесь в 1935 году Мейерхольдом опера Чайковского «Пиковая дама». Режиссёр приблизил произведение к пушкинскому первоисточнику – философскому, внутренне связанному с идеями романтизма, с мотивами роковой игры, противоборства героя с судьбой. Мейерхольд отказался от банального мелодраматического либретто. Германн воспринимался как герой романтической литературы (как Жюльен Сорель), в нём обнаруживались черты гамлетизма и психологический слом, свойственный персонажам Достоевского. Новаторством были отмечены отношения музыки и сценического действия в спектакле: действие не иллюстрировало музыку, а как бы готовило развитие оркестровых и вокальных тем, дополняло их настроение.

Ещё раньше Мейерхольд был связан с Михайловским театром как с одной из императорских сцен. В 1908 году он осуществил здесь постановку «Саломеи» Оскара Уайльда в сотрудничестве с художником Львом Бакстом, композитором Александром Глазуновым, хореографом Михаилом Фокиным, с Идой Рубинштейн в заглавной роли, но за две недели до премьеры она была запрещена (позже в зале Дворянского собрания состоялся лишь показ одной сцены – «танца семи покрывал»).

Широко понимая жанровые возможности и традиции театра, Мейерхольд интересовался клоунадой, гротеском и гиньолем. В сезоне 1908–1909 годов он сотрудничал с частной труппой, выступавшей в этом стиле в Литейном театре и названной Grand Guignol. Мейерхольд написал для неё инсценировку «Короли воздуха и дама из ложи» (по роману датского прозаика Г. Банга), изображающую закулисную жизнь цирка, перевёл и адаптировал японскую пьесу «Теракойя» Такэдо Идзумо, которую сейчас мы бы отнесли к жанру исторического триллера.

Здесь в Художественном бюро Надежды Добычиной (вошедшем в историю как выставочное пространство новаторских направлений русской живописи) прошли первые занятия Студии Вс. Мейерхольда, вскоре переместившиеся в Зал А. И. Павловой на ул. Троицкой (сейчас Рубинштейна), а затем на Бородинскую ул.

В Зале А. И. Павловой (сдававшемся для театральных начинаний) в 1913 году прошёл первый год работы Студии Вс. Мейерхольда, с 1914 года переехавшей на Бородинскую ул. (и вошедшей в историю как «Студия на Бородинской»). Воспитание актёра велось на богатом опыте различных эпох и национальных традиций театра. Сам Мейерхольд вёл класс «Движение на сцене», Вл. Соловьёв преподавал технику итальянской комедии дель арте, М. Гнесин – «музыкальное чтение в драме». В этом же доме (в квартире 8) находилась в течение этого года редакция журнала, издаваемого Студией, – «Любовь к трём апельсинам».

Концертный зал был арендован для занятий Студии Вс. Мейерхольда с 1914 по 1917 год. Обучение актёров было нацелено на их участие в спектаклях современного режиссёрского театра, использующего разнообразные виды театральной условности, художественные языки и стили, европейские и восточные. Преподавались традиционные техники игры, такие как итальянская импровизационная комедия, пантомима, и в то же время шли эксперименты (например, этюдное исполнение «конспекта» пьесы – в таком занятии участвовал теоретик итальянского футуризма Филиппо Томмазо Маринетти). В классе Мейерхольда актёры приобретали телесную выразительность, сценичность, умение обыгрывать сценическое пространство и реквизит, здесь были разработаны упражнения, впоследствии вошедшие в биомеханическую школу. Классы речевой подготовки и углублённого музыкального воспитания внедряли в сознание актёров чувство ритма сценического существования, мелодики речи. Студию посещали молодые артисты Александринского театра. В открытый для публики вечер Студии (три показа в феврале и марте 1914 года) входили этюды, пантомимы, интермедии, сочинённые самостоятельно студийцами или являвшиеся вариациями на темы классической драматургии.

Квартира Мейерхольда в 1915 году. Здесь также проходили заседания редакции журнала Студии Мейерхольда «Любовь к трём апельсинам».

«Башня» (в такой архитектурной форме была построена квартира Вячеслава Иванова) с 1905 по 1912 год стала своеобразным клубом творческой интеллигенции Петербурга. На еженедельных ночных собраниях по средам авторы здесь впервые читали свои произведения, проходили их обсуждения и дискуссии на философские темы. Как писал Николай Бердяев, "образовалась утонченная культурная лаборатория, место встречи разных идейных течений. Мистический анархизм, мистический реализм, символизм, оккультизм, неохристианство – все эти течения обозначились на средах, имели своих представителей. Это была сфера культуры, литературы, но с уклоном к предельному». В 1910 году с участниками этих собраний Мейерхольд поставил любительский спектакль «Поклонение кресту» по пьесе Педро Кальдерона. В сегодняшних понятиях можно отнести эту постановку к перформансам, в то же время с ориентацией на стиль испанского барокко. Художником спектакля был Сергей Судейкин, роли исполнили литераторы: Михаил Кузмин, Владимир Пяст, Владимир Княжнин и др. Этот опыт стал частью реализации программы «театрального традиционализма». Для публичного показа пьеса была цензурой не разрешена (в силу религиозного содержания), Мейерхольд повторил постановку на территории Финляндии летом 1912 года в дачном посёлке Териоки (теперь Зеленогорск) с участием профессиональных артистов.

Аудиторию училища арендовали для концертов, спектаклей, дискуссий, съездов партий. Здесь Мейерхольд неоднократно читал лекции, в 1912 году в составе бальмонтовского вечера показал постановку его драмы «Три расцвета». В 1914 году на трёх конференциях (Conference) авторы журнала «Любовь к трём апельсинам» подробно изложили идеи нового театра, который рождался под руководством Мейерхольда. В апреле 1914 года тут прошли блоковские спектакли с участием студийцев Бородинской – премьера «Незнакомки» и третья мейерхольдовская версия «Балаганчика» (после постановок в Театре Комиссаржевской и в Минске). В этом зале в 1918 году была организована читка пьесы Владимира Маяковского «Мистерия-буфф» для набора актёров к участию в постановке Всеволода Мейерхольда.

Здесь в 1910 году открылся театр-кабаре «Дом интермедий». В программу первого цикла вошла пантомима «Шарф Коломбины», поставленная Мейерхольдом по новой пьесе Артура Шницлера с музыкой Эрнста Донаньи в декорациях Николая Сапунова. Пантомимический спектакль сочетал разные типы театрального движения: традиционную пластику комедии дель арте, танец, классическую пантомиму и мизансцены драматического театра. Константин Станиславский назвал эту постановку «маленьким шедевром Мейерхольда», оценив сочетание драматизма и игровой стихии. Во вторую программу «Дома интермедий» вошла стилизованная под старинное представление комическая пьеса Евгения Зноско-Боровского «Обращённый принц» в гротескной постановке Мейерхольда с декорациями Сергея Судейкина. В деятельности за пределом императорских театров Мейерхольд с этого времени выступал под псевдонимом Доктор Дапертутто (персонаж новеллы Гофмана «История о потерянном отражении»).

В ноябре 1911 года в программу «Ломоносовского вечера», посвящённого культуре XVIII века, была включена пантомима «Арлекин – ходатай свадеб», поставленная Мейерхольдом по сценарию В. Соловьёва с созданной им группой пантомимы, овладевавшей техникой сценической игры сommedia dell'arte. Эта пантомима исполнялась позднее в квартире Фёдора Сологуба и Анастасии Чеботаревской, известной как «Салон на Разъезжей», где устраивались приёмы и маскарады (Разъезжая ул., 31).

В этом частном особняке проходили музыкальные вечера, здесь выступали Шаляпин и Кшесинская, а Мейерхольд в 1912 году показал пантомиму «Влюблённые» в исполнении своих учеников.

Здесь Мейерхольд жил в первой половине 1910-х годов. На доме установлена мемориальная доска (единственная в Петербурге, посвящённая Мейерхольду).

По приглашению дочери основателя театра – Анастасии (по сцене Астры) Сувориной, ученицы Мейерхольда, он поставил здесь в 1913 году мелодраму французских авторов Филиппа Нозьера и Шарля Мюллера «Севильский кабачок» и в 1914 «Мадемуазель Фифи» Ги де Мопассана в её переводах, впоследствии проходил с ней новые роли (Адриенну Лекуврер и др.). В 1916–1917 годах Мейерхольд являлся заведующим художественной частью театра.

Адрес редакции журнала «Любовь к трём апельсинам» в 1915–1917 годах.

Здесь Мейерхольд жил в 1916–1917 годах.

Художественное бюро Добычиной (переехавшее с наб. Мойки). В подвале в 1916 году было открыто артистическое кабаре «Привал комедиантов». Залы расписаны художниками Борисом Григорьевым, Александром Яковлевым, театральное пространство – Сергеем Судейкиным. Мейерхольд должен был руководить художественной частью под псевдонимом Доктор Дапертутто. Судейкин создал для него особый костюм. Здесь Мейерхольд поставил вторую версию спектакля «Шарф Коломбины» (1916).

Мейерхольд был первым русским театральным режиссёром, который обратился к творчеству в кино. Он обогатил молодое искусство опережающими время идеями монтажа, образности, сценарной драматургии, способа актёрской игры, светового решения. Киностудия, с которой он сотрудничал, «П. Тиман и Ф. Рейнгардт», была в Москве. В Петрограде фильмы «Портрет Дориана Грея» (1916) и «Сильный человек» (1917), которые он поставил и в которых играл как актёр, шли в кинотеатрах «Сплендид Палас», «Форум» и др. и имели большой успех.

В этом помещении в 1918 году шла поставленная Мейерхольдом пьеса Владимира Маяковского «Мистерия-буфф» (художник Казимир Малевич), единственный спектакль режиссёра, определённо относящийся к эстетике футуризма с изменёнными измерениями пространства и времени.

В 1925 году здесь проходили гастроли Государственного Театра имени Мейерхольда.

С ноября 1918 года Мейерхольд являлся заместителем заведующего Театральным отделом Наркомата просвещения. Здесь он разрабатывал и проводил в жизнь программу развития театра в новом социалистическом обществе. В отличие от других идеологов культуры (включая Луначарского), категория «народности» театра для Мейерхольда была связана не с тематикой произведений, а с эстетикой – новый площадной театр, воплощающий идеи Пушкина («драма родилась на площади как увеселение народное») и в то же время испытавший импульсы футуризма, освобождающие искусство от устоявшихся в XIX веке форм жизнеподобия и разговорности.

По соседству с ТЕО Наркомпроса в бывшем Запасном доме Зимнего дворца (Дворцовая наб., 30, вход со двора) располагалась контора Курсов по обучению мастерству сценических постановок.

Здесь в 1919 году располагались «Инструкторские курсы по обучению мастерству сценических постановок», которыми Мейерхольд руководил. Это был первый в мире опыт специального образования режиссёров и театральных художников. В методике преподавания соединялись идеи театрального традиционализма, площадного театра (актуальные для нового общества), стремление к функциональности и научно-технологический подход, предсказывающий рождение конструктивизма как театрального метода.

Мейерхольд неоднократно выступал здесь с лекциями, участвовал в дискуссиях. Например, 23 сентября 1925 года он сделал важный для театроведческой теории доклад о системе и приёмах актёрской игры. Театроведы, работавшие в институте (А. Гвоздев, С. Мокульский, А. Пиотровский, А. Слонимский и др.), последовательно изучали творчество режиссёра, выпустили рецензии практически на все его спектакли и книги о его театре. Уникальной можно считать книгу, составленную из статей об одном спектакле, рассмотренном в разных дискурсах, – «"Ревизор" в Театре имени Вс. Мейерхольда» (1927).

После ликвидации в 1938 году в Москве его театра, объявленного «чужим» для советского народа, Мейерхольд был переведён на работу режиссёром Оперного театра имени К. С. Станиславского (в Москве). Летом 1939 года он был направлен в Ленинград для постановки парада Ленинградского института физической культуры имени П. Ф. Лесгафта на Всесоюзном празднике физкультурников. Выступление состоялось на Дворцовой пл. 6 июля 1939 года (и в Москве на Красной площади 18 июля 1939 года).

Когда Мейерхольд находился в Ленинграде и репетировал парад Ленинградского института физической культуры имени П. Ф. Лесгафта для Всесоюзного праздника физкультурников, 20 июня 1939 года в этой квартире он был арестован, этапирован в Бутырскую тюрьму в Москве, обвинён в создании троцкистского антисоветского объединения деятелей культуры, в шпионаже в пользу Японии и Литвы, расстрелян 2 февраля 1940 года. Посмертно реабилитирован в 1955 году.

Открыт 12 мая 2023 года. Скульптор Алексей Архипов создал памятник по мотивам портрета режиссёра, созданного художником Борисом Григорьевым в 1916 году.