Вольная попытка создания хронографа жизни ленинградцев в последний месяц войны

Вольная попытка создания хронографа жизни ленинградцев

в последний месяц войны

29 ДНЕЙ ДО ПОБЕДЫ: |

Ночью в городе на Неве столбики термометра опускались до –3, днем воздух прогревался до +4,5 градусов.

Этим утром спецпоездом из Москвы в Ленинград прибыла супруга премьер-министра Великобритании Клементина Черчилль. Она же — председатель созданного в октябре 1941 года «Фонда помощи России» Британского Красного Креста и Ордена св. Иоанна Иерусалимского. За годы войны возглавляемый госпожой Черчилль фонд оказал неоценимую помощь нашей стране — в суммарном денежном эквиваленте она составила более 8 миллионов фунтов стерлингов. На эти деньги были закуплены и поставлены в СССР оборудование для советских госпиталей, медицинская аппаратура (в том числе свыше 600 рентгеновских аппаратов), хирургические инструменты, медикаменты и многое другое.
Рекламный постер Фонда г-жи Черчилль (ru.wikipedia.org)
Черчилль на Московском вокзале; (archives.gov.ua)
На Московском вокзале госпожу Черчилль встречали зам. председателя городского Совета депутатов трудящихся Евгения Федорова, секретарь исполкома Ленгорсовета Алексей Бубнов, О. М. Попкова, председатель городского Комитета Красного Креста Лидия Левитская, комендант города полковник Георгий Денисов, корреспонденты. Выступая перед встречающими, госпожа Черчилль, в частности, сказала:
«Мне доставляет великую радость находиться здесь, в Ленинграде. Я считаю ваш город священным городом, потому что много жизней было положено здесь во время великой обороны Ленинграда. Героизм и преданность жителей вашего города вызывают восхищение во всем мире... Мы — я и мои спутники — надеемся посетить здесь госпитали и приобрести много друзей. Да здравствует Ленинград, да здравствует дружба между нашими двумя странами!»
Первая леди зажала юбилей
Визит госпожи Черчилль в СССР формально был приурочен к открытию двух гражданских больниц в Ростове-на-Дону, обустройство которых также проводилось на средства возглавляемого ею Фонда. Знакомство с Советским Союзом началось для первой леди Великобритании вечером 31 марта, когда самолет королевских ВВС совершил посадку на военном аэродроме в Крыму. Так что свой юбилей (60-летие), пришедшийся на следующий день, госпожа Черчилль встречала не на берегах Туманного Альбиона, в компании родных и близких, а в полуразрушенной Ялте, в окружении высокопоставленных советских чиновников и военных. 2 апреля Клементина Черчилль и сопровождающие ее лица (в частности, госпожа Мабель Джонсон, секретарь Фонда) прилетели в Москву, где их разместили в одном из лучших представительских особняков столицы.
заметка в газете «Известия» от 05.04.1945 (ru.wikipedia.org)
4 апреля нарком иностранных дел СССР Вячеслав Молотов и его супруга Полина Жемчужина-Молотова дали завтрак в честь госпожи Черчилль, а 7 апреля ее принял тов. Сталин. На следующий после встречи с Вождем день Клементина Черчилль отправилась в ознакомительную поездку по СССР, начав с Ленинграда. Для этих целей в ее распоряжение предоставили люксовый пассажирский поезд, закрепили за ней персональный автомобиль, охрану, обслуживающий персонал и подготовили внушительный продуктовый запас.
Ставим Ильича по центру
Готовясь вместе со всей советской страной масштабно отметить грядущее 75-летие Ленина, ленинградские власти взялись в том числе приводить в порядок многочисленные скульптурные изображения вождя мирового пролетариата. В частности, на днях начались работы по освобождению памятника Ленину у Финляндского вокзала. В 1941 году монумент защитили обшивкой и мешками с песком, а затем соорудили второй деревянный кожух, поверх которого сделали земляную насыпь. Для укрытия памятника тогда потребовалось 50 ж/д платформ. И вот теперь настал черед высвободить четырехметровую фигуру вождя.
Памятник В.И. Ленину у Финляндского вокзала в Ленинграде, укрытый защитным сооружением. 1942 г. (ru.wikipedia.org)
Снятие с памятника защитного сооружения. Апрель 1945 г. (ru.wikipedia.org)
«Памятник Ленину на Финляндском вокзале, сооруженный по проекту арх. В. А. Щуко и скульптора С. А. Евсеева, хорошо известен ленинградцам, — писала 9-го апреля «Смена». – Кто не помнит величественной фигуры Ильича, стоящего на башне броневика с призывно поднятой рукой. Осенью 1941 памятник был тщательно укрыт досками, обсыпан землей и песком. Укрытия предохранили его  десятки вражеских снарядов и бомб разрывались на площади, но ни одна из них не причинила памятнику вреда. На днях начались работы по снятию с него защитного покрова. Значительная часть памятника, в том числе четырехметровая фигура Ильича, уже освобождена. К середине апреля  как раз к годовщине того исторического дня, когда Ленин выступал здесь, — памятник будет полностью приведен в порядок».
Примечательно, что в данном случае речь шла не только об освобождении памятника Ленину от защитных укрытий, но и о предстоящей реконструкции всего комплекса площади у Финляндского вокзала, на которой установлен монумент.

«Площадь будет одной из самых больших в городе, размером свыше 5 гектаров, — сообщал в те дни ЛенТАСС. — Малоэтажные здания, прилегающие к аллее Ленина, сносятся. Памятник Владимиру Ильичу переносится в центр площади. Посреди площади разбивается сквер, окаймленный аллеями из клена и липы. Сквер закончится у набережной Невы широкими лестницами… Слом одноэтажных частей здания вокзала и мелких построек, к нему прилегающих, начнется после 1 мая».

плакат художника Шмаринова, 1941 г. (ru.wikipedia.org)
Как война выселила из Эрмитажа революцию
В этот день «Ленинградская правда» информировала читателей о ходе ремонтно-восстановительных работ в Зимнем дворце:
«У здания Зимнего дворца возведены строительные леса. Залы и галереи этого исторического здания сильно пострадали от вражеских обстрелов и бомбежек. В беседе с корреспондентом ЛенТАСС директор Государственного Эрмитажа академик И. А. Орбели сообщил: «Зимний дворец сейчас полностью передан в ведение Государственного Эрмитажа. Через несколько месяцев он вновь должен принять ценнейшее собрание памятников искусства и культуры».
Возвращение эрмитажных коллекций. Разгрузка ящиков на Иорданском подъезде Зимнего дворца. Фотография 1945 г. (архив ОИРПА ГЭ.)
«Восстановление Эрмитажа»,рисунок Николая Кочергина,1945 г.
В 1920 году часть залов и помещений первого и второго этажей Зимнего дворца была передана под основанный годом ранее Государственный музей революции РСФСР, находившийся в ведении Наркомпроса. Музею революции ставились следующие задачи: собирание, хранение и экспонирование материалов по истории революционного движения в России с конца XVIII века и материалов массового рабочего и крестьянского движения с конца XIX века до завоевания и упрочения диктатуры пролетариата; собирание, хранение и экспонирование материалов о борьбе трудящихся СССР за окончательную победу социализма. Музей состоял из девяти отделов, а также имел несколько филиалов (кабинеты Ленина и Кирова в Смольном, «Шалаш» и «Сарай» Ленина в Разливе, «Комнаты» Николая I Эрмитаже и т. п.).

Государственный Эрмитаж и Музей революции совместно просуществовали в здании Зимнего дворца вплоть до начала войны. В блокаду в подвалах Эрмитажа были оборудованы двенадцать бомбоубежищ, в которых до 1942 года постоянно проживали около двух тысяч человек. В дворцовых помещениях также была укрыта часть неэвакуированной эрмитажной коллекции и культурные ценности из пригородных дворцов и учреждений Ленинграда.

За годы войны Зимний дворец серьезно пострадал от обстрелов артиллерии и бомбардировок Люфтваффе. Были повреждены Малый тронный (Петровский) зал, разрушена часть Гербового зала и перекрытия Растреллиевской галереи, нанесён ущерб Иорданской лестнице. В дневниках Веры Инбер (запись от 25 марта 1944 года) упоминается статья из «Ленинградской правды», где рассказывалось о картах, найденных у пленных немецких артиллеристов. На них город был расчерчен не только на квадраты, но и на отдельные объекты, подлежащие уничтожению. В их числе — Эрмитаж, обозначенный как «объект №9»...

Решение о скорейшем восстановлении всех зданий Эрмитажного комплекса было принято на уровне правительства в августе 1944 года. Воспользовавшись этим обстоятельством, директор Эрмитажа, академик Иосиф Орбели направил письмо первому секретарю Ленинградского обкома и горкома партии Алексею Кузнецову. В нем академик в частности ходатайствовал о предоставлении Эрмитажу в исключительное распоряжение всех помещений Зимнего дворца, которые до войны занимал Музей революции. В качестве своего рода компенсации Орбели заявлял о готовности отказаться от здания одного из Эрмитажных филиалов. (В данном случае речь идет о Музее декоративно-прикладного искусства при бывшем училище Штиглица, который с начала 1920-х являлся филиалом Эрмитажа).

7 ноября 1944 года Зимний дворец был частично открыт для посещения, а 6 января 1945 года решением Ленгорисполкома ходатайство Орбели было удовлетворено: Государственному Эрмитажу возвращались залы, ранее занимаемые Музеем революции. С этого времени экспонаты «революционного» музея начали потихонечку перемещать на временное хранение в Петропавловскую крепость и на чердаки Мраморного дворца. Там они находились вплоть до 1957 года, когда обновленный Музей революции наконец обзавелся собственным зданием — соединенными в единый комплекс особняками Кшесинской и Бранта.

Неделю спустя в развитие эрмитажной темы «Ленинградская правда» напишет:
«Скоро будет возвращено несколько сот тысяч экспонатов Эрмитажа, сохранявшиеся в дни войны в глубоком тылу. В парадных комнатах Зимнего дворца, которые теперь переданы Эрмитажу, откроется новый отдел, где будет размещено около ста тысяч предметов, отображающих историю развития русской культуры и искусства».
Навстречу Первомаю
Ленинградские газеты продолжают писать о подготовке к первомайским праздникам:
«На заводе «Светлана» широко развернулось предмайское социалистическое соревнование. Воодушевленные победами Красной армии светлановцы обязались выполнить апрельскую программу на 105 %, наладить выпуск трех новых изделий, а также нового стекла «Нонекс», значительно увеличить выпуск приемно-усилительных ламп...»
Был завод-орденоносец, стал — «Европа Сити»
Досрочно выполнить апрельскую программу обязался и коллектив ленинградского завода «Электрик»: «...Рабочие решили салютовать Красной армии армии-победительнице новыми трудовыми успехами и дать к 1 мая сверхплановой продукции на 30 000 руб.».
Ист. — «На страже Родины», 9 апреля 1945 г.
Методы повышения рабочей сознательности. 1930 г. Фото Семёна Магазинера.(history.gradpetra.net)
Куликов К.П. – слесарь-сверловщик завода "Электрик", выполнивший программу второго года Сталинской пятилетки за 2 месяца и 4 дня. Март 1947 г. (history.gradpetra.net)
Завод «Электрик» (первоначальное название — Завод электромеханических изделий) в 1892 году основал подданный Швейцарии Луи Эдуард Антон Дюфлон. С 1896 года предприятие находилось во владении торгового дома «Дюфлон, Константинович, Дизерен и К», и до революции его основной продукцией являлось электрооборудование (электрические машины, насосы, вентиляторы, лебедки, прожекторы), в основном поставляемое для российского флота.

18 января 1919 года завод был национализирован и несколько раз сменил название. С 1925 года — это Ленинградский государственный завод «Электрик» имени А. К. Скороходова, вскоре перепрофилированный на выпуск электросварочных аппаратов. В годы войны на «Электрике» выпускали сварочное оборудование для ремонта военной техники, изготавливали стабилизаторы для реактивных снарядов «Катюш» и корпуса для мин. За трудовой вклад в дело Победы завод награждён орденом Трудового Красного Знамени (1947).

В марте 1971 года «Электрик» в очередной раз переименовали. На сей раз в Ленинградский ордена Трудового Красного Знамени завод «Электрик» имени Н. М. Шверника (этот видный большевик, дослужившийся до поста председателя Президиума Верховного Совета СССР, до революции проработал на заводе почти восемь лет). К тому времени «Электрик» экспортировал свою продукцию в три десятка зарубежных государств, а внутри страны производимое им сварочное оборудование поставлялось на ВАЗ, КамАЗ, Красноярский, Тульский, Таганрогский комбайновые заводы... Филиал «Электрика» в пос. Кикерино Ленинградской области занимался производством товаров народного потребления (электроплиток).

После развала СССР все производство завода перенесли на кикеринскую площадку, где оно в дальнейшем и развалилось. Начиная с 2008 года корпуса и здания завода на проспекте Медиков и улице Академика Павлова взялись сносить. Постепенно, шаг за шагом, в этом престижнейшем месте Петроградской стороны разрушили целый квартал, на месте которого ныне много чего понастроили. Например, элитный жилой комплекс «Европа Сити».
Если «а» сменить на «у», то звучит вполне по-русски
9 апреля в Государственном театре оперы и балета им. С. М. Кирова избран и начал работу художественный совет, первое заседание которого было посвящено утверждению трехлетнего перспективного репертуарного плана. С основным докладом тогда выступил художественный руководитель и главный дирижер театра Борис Хайкин.
«Театр должен поставить на своей сцене крупнейшие произведения русских классиков, западноевропейских композиторов и советских авторов, показать зрителю незаслуженно забытые классические произведения».
Афиша открытия нового сезона 1944–1945 годов (фото с сайта: www.mariinsky.ru)
Б. Хайкин, снимок 1945 года (фото с сайта: www.mariinsky.ru)
 Обозначая приоритеты, Борис Эммануилович заявил, что в обозримом будущем театр планирует возобновить спектакли «Евгений Онегин», «Орлеанская дева», «Пиковая дама», «Лебединое озеро» и «Сказка о царе Салтане».
Лауреат Сталинских премий, дирижер и музыкальный педагог Борис Эммануилович Хайкин (1904–1978) возглавил Ленинградский театр оперы и балета им. С. М. Кирова (ныне — Мариинский) в 1943 году, продолжив параллельно преподавать в Ленинградской консерватории. Хайкин приступил к обязанностям музыкального руководителя в непростой для труппы период: три сезона театр провел в эвакуации в Молотове (ныне Пермь), и вот теперь перед ним встала задача восстановления репертуара в Ленинграде.

Официально театр открылся премьерой оперы «Иван Сусанин» 1 сентября 1944 года (правда, накануне для строительной команды пограничных войск НКВД, занимавшейся восстановлением театрального здания, эксклюзивно показали балет «Спящая красавица»). 1944-й завершился постановкой «Травиаты», а к маю 1945-го была готова к показу новая версия «Евгения Онегина».

В Кировском Борис Эммануилович прослужил до 1954 года, а затем был вынужден оставить пост руководителя театра. По одной из версий, тогда еврея Хайкина отстранили от работы на волне кампании по борьбе с космополитизмом, которая в Ленинграде усиливалась еще и общей атмосферой преследований по т. н. «ленинградскому делу». Существует исторический анекдот, согласно которому некие партийные деятели предложили Хайкину сменить фамилию. «Я готов поменять только одну букву — вторую, — якобы ответил на это предложение Хайкин. — Тогда она будет звучать очень по-русски». Из Ленинграда Хайкин перебрался в Москву, где занял должность дирижера в Большом театре. Такой вот, типичный по тем временам, пример организованной, систематической «утечки» мозгов, интеллекта и талантов из Ленинграда в столицу.
Песни и пляски... «народов Лубянки»
Накануне в Ленинград прибыл на гастроли Ансамбль песни и пляски железнодорожных войск НКВД СССР. Газеты сообщали, что в городе на Неве ансамбль пробудет 10 дней и выступит с театральной программой «Города-герои».
Ансамбль НКВД на сцене, фото — Владислав Микоша, 1938 г.
Текст подготовил: Игорь Шушарин.
Верстка и дизайн: Светлана Григошина.
Фото из  открытых источников и личного архива автора.

09.04.2020

ПОДЕЛИТЕСЬ С ДРУЗЬЯМИ В СОЦСЕТЯХ: