Небойша Павкович
Узник патриотизма
Рассказ из застенка
20 лет назад, 24 марта 1999 года, в рамках операции «Милосердный ангел» силами НАТО начались т. н. «гуманитарные» бомбардировки ныне несуществующей на карте Европы страны Югославии. Она же — Союзная Республика Югославия (СРЮ). На тот момент командующим Третьей армией сухопутных войск СРЮ являлся генерал-полковник Небойша Павкович (Небојша Павковић), впоследствии осужденный Гаагским трибуналом и ныне продолжающий отбывать наказание в одной из тюрем на территории Финляндии.

72-летний отставной югославский генерал согласился эксклюзивно изложить для читателей «Фонтанки» свой взгляд на события двадцатилетней давности.

Генерал-полковник Небойша Павкович тесно работал с бывшим президентом Сербии Слободаном Милошевичем. Однако во время массовых акций протеста, повлекших отставку Милошевича (октябрь 2000 года), он перешел на сторону демонстрантов, отказавшись применить против них силу, а в апреле 2005 года добровольно приехал в Гаагу и сдался Международному трибуналу для бывшей Югославии (МТБЮ).

Гаагский трибунал обвинил Павковича и еще нескольких представителей военного и политического руководства Союзной Республики Югославии в организации массовых депортаций и убийств косовских албанцев в 1998–1999 гг. В феврале 2009 года трибунал осудил Павковича на 22 года тюремного заключения за нарушения законов и обычаев войны и преступления против человечности. 25 августа 2014 года Павкович, а вместе с ним генерал в отставке Радивое Милетич (Радивоје Милетић; бывший замначальника штаба армии боснийских сербов; осужден к 18 годам) были переведены из тюрьмы одной из стран ЕС для продолжения отбытия наказания в одну из тюрем Финляндии.
Небойша Павкович в финской тюрьме
фото А.Жукова
Финская тюрьма
фото А.Жукова
Радивое Милетич в финской тюрьме
фото А.Жукова
Последние несколько лет бывших югославских генералов в тюрьме регулярно навещает наш читатель Александр Жуков, ныне проживающий в Финляндии. Со слов Александра, в настоящее время Милетич болен раком, серьезные проблемы со здоровьем и у Павковича. Однако оба генерала по-прежнему выглядят подтянутыми и бодрыми: Небойша Павкович продолжает писать мемуары (в 2017 году в Сербии, тиражом всего в 500 экземпляров, была выпущена книга, посвященная Третьей армии, написанная Павковичем в тюрьме), занимается живописью, Радивое Милетич тоже взялся за воспоминания.
Александр Жуков: «Я очень много разговаривал с ними. Практически обо всём. И хотя именно этого вопроса, стандартного, «о мечте» не задавал, доподлинно знаю, что заветная мечта этих двух воинов — умереть на Родине.»
фото А.Жукова
фото А.Жукова
фото А.Жукова
В преддверии даты — 20-летия начала натовских бомбардировок — через Александра мы связались с Небойшей Павковичем и попросили его дать свою оценку тех событий. К нашей просьбе Павкович отнесся со всей серьезностью и педантичностью («чувствуется боевая выправка»). Так что итогового текста мы ждали от него более четырех месяцев.

Переданный Павковичем текст — большой, сложный, с избыточной, на первый взгляд, фактурой. И вообще — «не для девочек» (уж простите, феминистки). Но! Это слова и взгляд человека непосредственно из гущи событий. Более того — человека, реально влиявшего на события. Потому — либо сверните эту страницу, либо — приготовьтесь к неспешному, вдумчивому прочтению.

Далее слово предоставляется бывшему генерал-полковнику, командующему Третьей армией СРЮ Небойше Павковичу (повествование ведется от первого лица; авторский стиль изложения максимально сохранен). Напоминаем, что точка зрения редакции не всегда совпадает с мнением автора.
Небойша Павкович: «Третья армия не потерпела поражения в сражениях»
Принято считать, что пик сепаратизма и террористических устремлений албанцев Косово и Метохии (Космета) пришелся на 1998 год. Однако всё началось гораздо раньше — обстановка в этом регионе бывшей Югославии стала накаляться уже в начале 90-х, когда было создано так называемое параллельное государство — с теневым политическим руководством, службами безопасности, экономическими институциями и т. п. Сепаратистам недоставало лишь военной компоненты. Но уже в июле 1990 года была провозглашена так называемая Республика Косово и принято решение о формировании воинских подразделений и полицейских сил.

В середине 1991 года сепаратисты начали нелегальную переброску оружия, боеприпасов и военного обмундирования на территорию автономной республики. Одновременно начались террористические акции, направленные против полиции, а также против албанцев, лояльно относящихся к сербскому государству. Первые серьезные теракты были осуществлены в 1993 году. В их ходе было убито и ранено много полицейских. Но только 11 ноября 1994 года так называемая Освободительная армия Косово (ОАК) выступила с официальным заявлением, гласившим, что убийства полицейских и гражданского населения совершаются по приказу ее командования, равно как и все предыдущие убийства «предателей и оккупантов» в Косово также были совершены подразделениями ОАК. Заявление это заканчивалось призывом: «Долой оккупантов и предателей! Свобода народу!».

В 1997 году в Албании произошел вооруженный бунт, в ходе которого атакам подверглись казармы и другие объекты албанской армии. Бунтовщики захватили 650 000 единиц огнестрельного оружия, 1,6 миллиарда патронов, 20 000 тонн взрывчатки. Весь этот арсенал был переброшен в Косово и Метохию. Более того: в январе того же 1997-го ОАК опять выступила с официальным заявлением. В нем говорилось: «Мы еще раз призываем сербских оккупантов вывести, пока не поздно, свои военно-полицейские силы с территории Косово и Метохии. В противном случае мы усилим противодействие, которое принесет много бед вам и вашим служащим». Угрозы были также направлены ведущим странам международного сообщества, включая США: «Международные центры принятия решений, а также США понесут ответственность за последствия».
фото предоставлено Небойшей Павковичем
фото предоставлено Небойшей Павковичем
фото предоставлено Небойшей Павковичем
В конце 1997 года в общине Србица впервые появились полностью обмундированные солдаты ОАК. Фактически это событие стало началом вооруженных действий шиптаров (так в Сербии называют косовских албанцев, название считается политически некорректным.Прим. пер.). Только в течение 1997 года ОАК осуществила 150 террористических акций. В январе 1998 года специальный посланник США на Балканах Роберт Гелбард заявил: «ОАК должна серьезно задуматься над своими действиями, потому что США могут включить ее в число террористических организаций». Однако это заявление не возымело никакого эффекта — в январе 1998 года ОАК осуществила 33 акции, в ходе которых были убиты 11, ранены 16 и похищены 26 гражданских лиц.

В феврале 1998-го в селе Ликошаны неподалеку от Србицы, в месте, известном под названием «Шесть дубов», ОАК атаковала полицию, убив двух человек. Штаб МВД отреагировал на это преступление, и в ходе ответной акции уничтожил 20 террористов. Подразделения МВД также провели акцию в селе Преказе, в ходе которой был уничтожен известный террорист Адем Яшари.

Начались вооруженные стычки и на государственной границе. Первое боестолкновение Армии Югославии и ОАК случилось 23 мая 1998 года во время деблокировки дорог, ведущих к погранзаставам. Это стало последствием насыщения террористических подразделений оружием и боеприпасами, переправленными из Албании после упомянутых выше событий. Действия террористов поддержала и албанская армия, что привело к фактическому нападению на нашу страну.

Вот всего лишь несколько примеров:

  • 14 апреля на заставе Морина наши пограничники предотвратили проникновение 50–60 террористов на территорию Космета;
  • 23 апреля в районе заставы Кошаре такую же попытку предприняли 150–200 террористов
  • 18 июля в районе заставы Джеравица в боях со стороны противника приняли участие уже около тысячи бойцов ОАК.

Напоминаю, что при этом наши пограничники предотвратили нелегальные попытки террористов проникнуть в Косово со стороны Албании, захватив большое количество оружия, боеприпасов и обмундирования.

Тем не менее в июне и июле ОАК уже контролировала уже от 60 до 70 процентов территории Космета. Это произошло потому, что Армия Югославии не принимала участия в операциях на территории Космета, сосредоточившись на охране государственной границы, а подразделения МВД не могли противостоять нарастающей волне терроризма. ОАК удалось блокировать все важнейшие коммуникации, и тем самым парализовать жизнь автономной области.

Кроме того, Армия Югославии не участвовала в борьбе с террористами из-за обструкции, устроенной командной верхушкой, что было вызвано политическими обстоятельствами в государственной администрации того времени. Кроме того, США резко изменили свое отношение к террористической ОАК — сепаратисты из террористов превратились в союзников. Официально об этом было объявлено в июне 1998 года, когда специальный посланник президента США Ричард Холбрук посетил базу террористов в селе Юник, продемонстрировав всему миру, чью сторону приняла Америка.

Тем не менее в 1998 году Армия Югославии провела в Космете успешную антитеррористическую операцию, нанеся серьезное поражение ОАК. В то время я, будучи в должности командира Приштинского корпуса, с мая по октябрь командовал этой операцией. Я получил приказ воспрепятствовать вооруженному мятежу в зоне ответственности корпуса. К этому моменту ОАК насчитывала около 25 тысяч человек, дислоцированных более чем в 740 селах, превращенных в базы террористов. Кроме того, на территории Союзной Республики Югославии и в Космете находилось очень много разнообразных наблюдателей, журналистов и телеоператоров, а также представителей разных гуманитарных организаций. В связи с этим антитеррористическую операцию следовало провести «без излишнего шума».

К этому моменту я уже предпринял меры по защите личного состава и объектов Армии Югославии. Вскоре все подразделения покинули казармы и вышли на оперативный простор, сорвав тем самым возможность блокировать армию в казармах. Находясь на новых позициях, армия могла оперативно реагировать на действия террористов, защищая объекты в Косово.

Руководство Союзной Республики Югославии и Сербии сформировало оперативный штаб, в задачу которого входил контроль за проведением антитеррористической операции (АТО), призванной подавить терроризм и противодействовать отделению Космета. Моя идея состояла в том, чтобы в начальной фазе приступить к разблокированию всех коммуникаций в Космете, после чего приступить к уничтожению и выдавливанию ОАК. В ходе второй фазы мы осуществили 27 крупных антитеррористических операций по уничтожению баз террористов. Тогда лишь небольшая уцелевшая часть личного состава ОАК бежала в Албанию. А с учетом общего количества террористов и привлеченных к борьбе с ними сил в то время это была самая крупная АТО в Европе.

Однако в октябре 1998 года так называемое международное сообщество во главе с США начало оказывать мощное давление на президента Милошевича, требуя от него принять на территории Космета миссию ОБСЕ «для наблюдения за перемирием». После подписания соглашения между президентом Милошевичем и Холбруком подразделения полиции покинули Космет, оставив на коммуникациях всего лишь 27 автодорожных досмотровых постов, на каждом из которых было от 10 до 15 полицейских. Также и части Приштинского корпуса по приказу Генштаба вернулись в места постоянной дислокации. И только в трех пунктах остались боевые группы численностью до роты.

В Космет прибыла миссия ОБСЕ во главе с американцем Уильямом Уокером. В ее составе были разведчики и военные эксперты, которые должны были наблюдать за соблюдением перемирия. Тем не менее уже с первого дня пребывания в Космете члены этой миссии встали на службу террористам, которые, не встретив возражений, вновь заняли позиции, с которых их выбила армия. Вместо объявленного мира вновь начался террор, но на этот раз уже в присутствии иностранных наблюдателей.

Эскалация терроризма в присутствии миссии ОБСЕ была непосредственно связана с оказанием военного давления и внешними угрозами. Члены миссии ОБСЕ приступили к сбору информации о состоянии, подготовке и дислокации Армии Югославии, а лидеры сепаратистского и террористического движения открыто заявляли, что наблюдатели ОБСЕ внимательно следят за всеми передвижениями подразделений полиции и армии и не позволяют им противодействовать активности ОАК. Террористы ОАК открыто, не опасаясь присутствия наблюдателей, начали появляться не только в городах и селах, но и на важных коммуникациях, особенно в районе Падуева на севере Космета.

Хочу подчеркнуть, что террористы в присутствии наблюдателей ОБСЕ в период с 1 января по 23 марта 1999 года осуществили 632 нападения, то есть по пять акций за день, убив при этом 115 человек: 6 военнослужащих, 18 полицейских и 91 гражданское лицо, ранив при этом 25 военнослужащих и 93 полицейских, а также похитили 8 военнослужащих, 2 полицейских и 37 гражданских лиц.
предоставлено Небойшей Павковичем
Одновременно в Париже и Рамбуйе шли переговоры между СРЮ и западными странами. Их целью было якобы установление мира в Косово, однако ОАК всячески старалась спровоцировать вооруженные силы с тем, чтобы обвинить их в агрессивности. В ходе этих переговоров сепаратисты осуществили 632 террористических атаки против армии, а также 234 — против гражданских лиц. Следует подчеркнуть, что жертвами многих террористических провокаций стало и албанское население Космета. Так, 13 марта 1999 года на рынке города Падуево было активизировано самодельное взрывное устройство (СВУ), в результате чего погибли три местных жителя, 21 человек был ранен. В тот же день в Приштине в 13:20 взорвалась мина, унесшая жизни трех шиптаров, 9 человек были ранены. В Косовской Митровице также на рынке привели в действие СВУ — погибли три женщины, 45 человек были ранены. Однако наблюдательные миссии ОБСЕ и «международного сообщества» никак не отреагировали на эти кровавые акты.

На переговорах в Рамбуйе наша сторона отвергла предложенный вариант «перемирия», который предусматривал введение «демократического самоуправления» в Космете, полный вывод правительственных войск и полиции. Понятно, что этот вариант был полностью неприемлем, и был предложен для «обсуждения» с целью оправдать идущую полным ходом подготовку к агрессии против Югославии. НАТО сосредоточило у наших границ воинские подразделения и привело их в полную готовность. Из предложенного сербской стороне для «ознакомления» варианта была изъята статья о введении войск НАТО на территорию Космета и Союзной Республики Югославии. Фактически к подписанию был предложен сфальсифицированный текст, автографы под которым со стороны переговорщиков поставили помощник госсекретаря США Кристофер Хилл и австрийский посол Вольфганг Петрич. Российский посол по особым поручениям Борис Майорский, участвовавший в переговорах, подписывать соглашение отказался.
предоставлено Небойшей Павковичем
Пока Запад настаивал на подписании «соглашения», в бельгийском Монсе делегация НАТО во главе с генералом Кларком провела «плодотворные» переговоры с сепаратистами, которых представляли командиры ОАК Хашим Тачи и Рам Буя. Последний по окончании встречи заявил, что им была обещана интервенция НАТО в Косово. Началась невиданная по масштабам информационная подготовка к агрессии вооруженных сил «международного сообщества» против СРЮ.

После провала переговоров в Рамбуйе стало ясно, что в ближайшее время последует агрессия. 13 января 1999 года я вступил в командование Третьей армией, после чего приступил к формированию Запасного командного пункта в Приштине. Покидать Косово мы не собирались. Продолжились угрозы начать бомбардировки нашей страны. Пентагон пошел на открытую публикацию своих планов, в соответствии с которыми первый удар должны были нанести 80 крылатых ракет. Воздушные силы НАТО были приведены в 48-часовую готовность. В соседней Македонии спланировали операцию «Совместная гарантия», предназначенную для вывода из Космета наблюдателей ОБСЕ. Натовский план «Орлиное око» предусматривал использование боевой авиации Болгарии, Венгрии и Румынии.

Нам стало известно, что НАТО планировало введение в Косово многонациональной бригады, якобы с целью защиты представителей ОБСЕ. На деле же она должна была подготовить условия для размещения здесь на постоянной основе сил НАТО, а также способствовать расширению территории, контролируемой ОАК, и окончательному выводу подразделений нашей армии. НАТО планировало, помимо многонациональной бригады, ввести с территории Македонии от 9 до 12 бригад ОАК численностью около 15 000 бойцов, а также 3–4 бригады (4–6 тысяч штыков) ОАК с территории Албании, которые проходили там военную подготовку.

Поддержку с воздуха должны были оказать 420 воздушных судов, базирующихся в Италии, на авианосцах и вертолетоносцах, крейсирующих в Адриатическом и Средиземном морях, а также около 40 кораблей, имеющих на вооружении 160 крылатых ракет. Предполагалось закрытие воздушного пространства над Югославией южнее 44-й параллели, а также введение боевых кораблей в акваторию Адриатики.

С учетом сложившейся ситуации Третья армия получила задание предпринять все необходимые меры по защите территории, военных и гражданских объектов и населения. Обстановка накалялась. 20 марта Космет без объявления причин покинули члены наблюдательной миссии ОБСЕ. Караван из 420 автомобилей вывез 1200 наблюдателей. На «поднадзорной» территории оставалось 400 наблюдателей, помощников, переводчиков, водителей и иной персонал, в основном из числа шиптаров. После этого стало ясно, что агрессия неизбежна. Последовавшие 48 часов превратились для командования и подразделений Третьей армии в настоящую гонку со временем.

Окончательно определились силы агрессора. В Италии и на авианосце «Фош» — 430 самолетов, из них 318 боевых. В Адриатике маневрируют 14 кораблей из состава 6-го флота США и 7 ракетных фрегатов других стран НАТО. На кораблях и на базирующихся в Великобритании В-52 готовы к запуску 250 крылатых ракет. На суше готовились к атаке подразделения армий Великобритании, Италии, Франции, Германии. Только со стороны Албании готовились к нападению 28 300 солдат — 12 300 из армий НАТО, 6 000 — из армии Албании и 10 000 — из ОАК.
предоставлено Небойшей Павковичем
предоставлено Небойшей Павковичем
предоставлено Небойшей Павковичем
Третья армия в ходе подготовки к обороне установила в своей зоне около полутысячи макетов различного вооружения, несколько сот теплорефлекторов и пассивных антирадарных устройств. 22 марта 1999 года союзное правительство объявило о непосредственной опасности военных действий, после чего таможенники Македонии моментально закрыли границу, а силы противника были приведены в полную боевую готовность. В 20:45 я отдал приказ по Третьей армии о занятии боевых позиций и готовности к отражению агрессии.

24 марта в 18:09 31-й оперативный центр сообщил командованию Третьей армии о концентрации на юге Албании авиации с целью возможной атаки на позиции армии. В 20:07 по нашим позициям был нанесен удар силами авиации и крылатых ракет. Мы достойно встретили его. В том числе и по той причине, что задолго до этого части и подразделения, а также склады вооружения и боеприпасы были рассредоточены по всей зоне обороны армии.

Далее было принято решение немедленно после начала агрессии атаковать вооруженные силы ОАК, что и было сделано. Удар нашей Третьей армии был нанесен по 150-тысячной группировке, готовой при поддержке авиации агрессора ворваться на территорию Югославии по всем направлениям. Незадолго до начала агрессии командование Третьей армии было передислоцировано за границы Космета, в результате чего его удалось сохранить: прежнее место дислокации было немедленно подвергнуто атаке крылатыми ракетами и было полностью уничтожено. А ведь на нем, не будь произведена передислокация, должно было находиться все командование (960 человек!) и около 1000 единиц техники различного назначения.

За началом агрессии я наблюдал с террасы здания штаба Приштинского корпуса в Приштине. Все выглядело фантастически, как в кино. Непосредственно перед началом бомбардировок со мной по мобильному телефону связался официальный представитель НАТО, который заявил, что я могу предотвратить разгром и уничтожение нашей страны и армии, которые начнутся с минуты на минуту. Я не стал разговаривать с ним.

Первые ракеты упали не только на окраины Приштины, но и в центр города. Удар был нанесен по казармам, складам, центрам связи, по промышленному району города. При этом агрессор не считался с тем, что под ракетный обстрел попали гражданские жители Приштины, не покинувшие город. И так продолжалось до самого конца войны.

Ежедневные бомбардировки зоны обороны Третьей армии не прекращались, они велись с невероятной интенсивностью, особенно на границе с Македонией и Болгарией, отличавшейся от бомбежек других территорий Союзной Республики Югославии. С началом бомбардировок участились случаи нападения отрядов ОАК на солдат Третьей армии и на мирных жителей Космета, что значительно усложняло общее положение дел.

Однако еще накануне агрессии в штабе армии составили электронную карту, на которой обозначили все потенциальные цели противника, что значительно помогло в их постоянном перемещении. Больших жертв также удалось избежать благодаря отлично налаженной системе связи между всеми подразделениями Третьей армии. Помимо отражения ежедневных ракетных и бомбовых атак, нападений отрядов террористов из ОАК, подразделения Приштинского корпуса продолжали выполнять задачи по защите государственной границы, которую непрерывно атаковали не только банды ОАК, но и регулярные части армии Албании, а также разного рода наемники.
предоставлено Небойшей Павковичем
предоставлено Небойшей Павковичем
предоставлено Небойшей Павковичем
Поддержка с воздуха не помогла отрядам ОАК занять территорию Космета, и тогда агрессор приступил к непосредственным атакам на нашу территорию. Первая из таких операций началась в ночь с 9 на 10 апреля 1999 года в районе застав Кошаре и Морина. Прорыв агрессора начался в 4:05 утра. На фронте шириной в 3–4 километра при непрерывной поддержке авиации было задействовано от 3 до 5 тысяч террористов. Только в районе заставы Кошаре в атаку были брошены от 800 до 1000 террористов, в составе которых были наемники, спецназовцы, «зеленые береты», моджахеды и даже выходцы из Африки. Большинство их находилось под воздействием наркотических средств. В чрезвычайно сложной ситуации пограничники и солдаты подразделений Третьей армии проявили чудеса героизма, длительное время оказывая сопротивление. И только под давлением превосходящих сил противника вынужденно отступили на 200–300 метров от первой линии окопов. На помощь оборонявшимся подоспели части Третьей армии и Приштинского корпуса. Противник был остановлен, и линия фронта стабилизирована.

Вскоре наша усиленная группировка предприняла на этом участке контрнаступление, и в ходе боев наши части заняли выгодные тактические позиции уже на территории Албании, откуда началась агрессия. После этого наши подразделения не позволили противнику занять ни пяди земли Космета, отражая его атаки вплоть до 10 июня 1999 года. В ходе боев на заставе Кошаре погибли 108 наших бойцов, 6 пропали без вести. В стычках с ОАК мы максимально потеряли 61 человека.

Второе сухопутное сражение, или операция «Стрела-2», началось 26 мая 1999 года на горе Паштрик в зоне обороны одного из подразделений Приштинского корпуса. Сразу после полуночи противник начал неожиданно мощную артиллерийскую подготовку, под прикрытием которой на вершину горы, где не было наших частей, проникли небольшие группки террористов, а в пять часов утра началась атака силами примерно в тысячу человек на фронте шириной в 5–6 километров. Агрессор поставил перед собой следующую цель: захватить при поддержке частей армии Албании достаточную территорию нашей страны, чтобы создать условия для ввода через этот участок мощных сил и их прорыва в район Призрена. Огнем нашей артиллерии противник был остановлен на линии границы, но находящиеся под воздействием наркотиков террористы продолжали волна за волной атаковать наши позиции, сопровождая свои действия душераздирающими криками и воплями.

Тогда наша артиллерия точными залпами нанесла непоправимый урон агрессору: только в районе заставы «Горожуп» огонь артиллерии уничтожил несколько сотен террористов, тела которых увозили с поля боя грузовиками. Враг был выброшен с нашей территории.

Однако 27 мая около шести часов утра противник предпринял новую атаку на наши позиции. В бой устремилось около трех тысяч террористов, поддержанных огнем артиллерии и авиацией. Под давлением превосходящих сил противника мы были вынуждены отступить на вторую линию обороны. Тем не менее упорные бои на горе Паштрик продолжались. Работа нашей артиллерии по резервным позициям ОАК и армии Албании оказалась чрезвычайно плодотворной. Именно она помогла нам занять наиболее выгодные позиции и предотвратить продвижение противника вглубь нашей территории.

В ночь на 29 мая противник вновь начал атаки, причем на этот раз при поддержке стратегической авиации — наши позиции бомбили самолеты В-52, прилетавшие с военных баз в Великобритании. Применение тактики выжженной земли не помогло агрессору, и потому ковровые бомбардировки продолжились 30 мая, а 31 мая вновь произошла попытка вернуть утраченные позиции. Непрерывные атаки продолжались, бомбовые удары стратегической авиации уничтожили все окрестные села. Бои в районе горы Паштрик продолжались вплоть до 3 июня 1999 года, когда стало окончательно ясно, что операция «Стрела» провалилась. Наши потери составили 25 человек убитыми и 126 ранеными. Отдельно хотел бы подчеркнуть, что в этих боях принимали участие добровольцы из России, которые отличались невиданной храбростью и великолепной выучкой. Некоторые из них погибли в боях на отрогах горы Паштрик.

Все эти действия агрессора проходили под прикрытием утверждений о том, что наша армия, как и сама Союзная Республика Югославия, вытесняла с мест проживания албанское население. Все эти утверждения являются откровенной ложью. Задолго до описываемых событий, как только на территории Космета происходили какие-либо волнения или стычки, мирное население стремилось покинуть эти края. Непосредственно перед агрессией 1999 года жители в массовом порядке отправились из сел к родным и знакомым, либо в крупные города, либо в Албанию, Македонию, Черногорию, а то и в Сербию. Собственно говоря, во время любой войны население бежало из родных краев, и не только из-за боевых действий на суше, но и из-за бомбежек с воздуха.
предоставлено Небойшей Павковичем
предоставлено Небойшей Павковичем
предоставлено Небойшей Павковичем
С нарастанием агрессии все чаще стали подвергаться бомбардировкам объекты армии и полиции, что вызвало новый отток гражданского населения, на этот раз из городов. Например, агрессор бомбил в Космете Приштину 134 раза, Призрен — 68 раз, Ниш — 55 раз, Джаковицу — также 55 раз, Гниляны — 53 раза, Печ — 28 раз и так далее. Гражданское население пыталось покинуть территорию Космета через 4 пограничных пункта на границах с Македонией и Албанией. Армия никак не препятствовала этому, вопросами пересечения границы ведала таможенная служба и пограничная полиция. Известно, что в первые 10 дней агрессии пограничные власти Албании и Македонии не разрешали беженцам переход границы. После открытия границ наша пограничная полиция начала вести учет беженцев. И вряд ли нормальному человеку может прийти в голову, что органы власти станут учитывать изгоняемых ими людей!

И вполне логично, что мирные жители бежали от применявшихся агрессором кассетных бомб и снарядов с обедненным ураном. Кассетные бомбы во время бомбежек позиций Третьей армии противник начал применять 25 марта 1999 года. Всего за время военных действий на зону ответственности Третьей армии было сброшено около 2 000 контейнеров с кассетными бомбами самого разного типа. Боеприпасы с обедненным ураном начали применять 30 марта 1999 года по нашей бронетехнике, средствам ПВО и другим объектам в районе Призрена. Самолеты А-10 использовали 30-мм снаряды с сердечником из обедненного урана-238, полураспад которого составляет 4,7 миллиарда лет. Жертвами этих снарядов только в зоне ответственности Третьей армии стала 201 цель. Всего же против подразделений нашей армии была использована 31 000 боеприпасов с обедненным ураном. После окончания агрессии новый генеральный секретарь НАТО Джордж Робертсон заявил, что в районах Космета, прилегающих к Албании, против 112 целей применили снаряды с обедненным ураном, вне Космета — 89 целей, причем на каждую из них обрушилось от 15 до 396 кг урана.

4 июня 1999 года командование Третьей армии проинформировали о том, что государственное руководство Сербии и Союзной Республики Югославии 3 июня приняло документ о принципах достижения мирного договора, предложенный ЕС и Российской Федерацией. Этот документ значительно отличался от ранее предложенного на переговорах в Рамбуйе. Во-первых, он сохранял суверенитет и единство страны; во-вторых, предлагал честное, компромиссное решение, обеспечивающее немедленное прекращение агрессии и решение кризиса под эгидой ООН, разоружение т. н. ОАК и восстановление страны под эгидой международного сообщества; в-третьих — участие военно-технических сил ООН при соблюдении соответствующих договоров.

Я воспринял принятие этого документа не как поражение и капитуляцию армии. Третья армия не потерпела поражения в сражениях. В целом мы были согласны с тем, что мир необходим, и в первую очередь надо прекратить бомбардировки. Однако меня волновал один вопрос: что будет дальше? К тому же я не понял, почему соглашение с ЕС, ООН и НАТО должны подписать представители армии и полиции, потому что вывод армии и полиции является не военно-техническим, а государственным, политическим вопросом.

Я пришел к выводу, что в игре, названной «Военно-техническим соглашением», «подставлены» генералы армии и полиции с нашей стороны, и представители агрессора — с другой. А ведь на деле его должны были подписывать ведущие политики всех сторон, то есть руководители Сербии и Союзной Республики Югославии с нашей, и руководители ЕС или ООН — с другой стороны. А в таком виде соглашение более напоминало мне капитуляцию. Особенно разочаровал меня пункт 5 «Соглашения», гласивший, что «командующий международными силами безопасности является последней инстанцией в толковании положений данного Соглашения… Его решения обязательны для всех сторон и лиц». Кроме того, в приложении «Б» («Операция международных сил безопасности КФОР»), в пункте 3 говорится: «Ни КФОР, ни один из их служащих не несет никакой ответственности за любой ущерб, нанесенный общественному либо частному имуществу, вызванный исполнением их обязанностей по реализации данного соглашения…». Также меня не удовлетворило, что и резолюция Совета Безопасности ООН не решает проблемы разоружения террористической ОАК и не учитывает при этом факт прямого сотрудничества ее с НАТО.
предоставлено Небойшей Павковичем
предоставлено Небойшей Павковичем
предоставлено Небойшей Павковичем
Как известно, мир наступил, когда генсек НАТО Хавьер Солана сообщил о решении прекратить бомбардировки, длившиеся одиннадцать недель, после вывода югославской армии из Космета в соответствии с достигнутым соглашением. Операция, ставшая известной под названием «Милосердный ангел», стала достоянием истории.

21 июня 1999 года Третья армия в организованном порядке покинула Космет. Список пропавших без вести солдат и офицеров с полными личными данными был передан офицерам КФОР и организации Красного Креста, с требованием принять все меры для их поиска и освобождения. Вместе с личным составом Третья армия вывела из Космета 480 танков, 460 единиц другой бронетехники, 340 артиллерийских орудий, 690 зенитных орудий и ракет и так далее. Иное дело, что силы КФОР далеко не всегда придерживались согласованного плана. Не было необходимой процедуры приема-передачи территорий между силами КФОР и нашей армией. Вместо ожидаемого мирного входа международных сил на территорию Космета там воцарился хаос, обострилась преступность, в основном из-за того, что в состав сил КФОР нередко включались отряды ОАК, которые под прикрытием международного мандата терроризировали местное, в основном сербское население, а также солдат армии Союзной Республики Югославии.

Приведу только несколько примеров, когда инциденты могли перерасти в открытое противоборство с нашей армией. Так, в центре Сува-Реки террористы ОАК устроили засаду и обстреляли наше уходящее подразделение ПВО, уничтожив два автомобиля и похитив старшину и трех солдат. Также свидетели заявили, что террористы на перевале Дуле неподалеку от Сува-Реки убили трех журналистов из Македонии. Чуть позже там же террористы атаковали артиллерийскую колонну, захватив 16 военнослужащих, 2 тягача, 4 грузовика и одну автоцистерну. Все это происходило в присутствии представителей немецкого контингента КФОР, которые не предприняли никаких действий в защиту военнослужащих армии Союзной Республики Югославии.

В связи с подобными событиями я отдал приказ по Третьей армии прекратить вывод частей, пока КФОР не обеспечит безопасность их передвижения. Также я приказал привести в полную боевую готовность оставшиеся в Космете подразделения с целью отражения атак ОАК. Кстати, подразделения КФОР не прибыли на границу с Албанией, дав тем самым возможность прямой связи террористов со своими базами в этой стране.
предоставлено Небойшей Павковичем
Изучив ситуацию, я обратился с информацией к президенту Милошевичу, оповестив его о сложившейся ситуации, не позволяющей нашей стороне выполнить положения «Соглашения». Гражданское население в панике покидает территорию, террористы в присутствии и на глазах у КФОР убивают своих противников, нападают на воинские колонны; местные органы власти не функционируют; в присутствии сил ООН убито трое и похищено 20 военнослужащих, захвачено 8 автомобилей различного назначения. Также я сообщил президенту, что на территории убиты 15 гражданских лиц, 3 журналиста, похищено 9 человек. В связи с этим я принял решение прекратить вывод армии вплоть до стабилизации ситуации.

11 июня я получил информацию о том, что в 10:05 российский контингент из состава международных сил в Боснии и Герцеговине пересек границу и движется в Космет. В составе контингента — 155 военнослужащих на 15 бронетранспортерах, 14 грузовиков, 6 автоцистерн с горючим, 3 вездехода, 4 автомашины связи, 1 тягач и 1 санитарная машина. Мне было приказано встретить и сопроводить колонну в Космет и разместить ее там, где она сможет взять под защиту сербское население.

В 21:15 президент Милошевич приказал мне предпринять все меры, чтобы российская колонна прибыла в Приштину до полуночи. Я предложил ему разместить отряд на аэродроме Слатина, откуда русские смогут контролировать не только аэродром, но и Приштину с окрестностями.

В 0:45 12 июня российский контингент вошел в Космет, и уже в 1:30 русские были в центре Приштины, где их встретили 2 000 жителей. Командир российского контингента генерал-подполковник (так в тексте, генерал-лейтенант.Прим. пер.) Виктор Заварзин, прибыв в Приштину, немедленно доложил своему руководству о прибытии, после чего объявил, что ему следует немедленно вернуться назад. Вскоре его сумели убедить остаться, поскольку российское присутствие в Космете имеет стратегическое значение, и что это вопрос политических отношений между Россией и НАТО. Генерал Заварзин согласился и решил остаться на аэродроме Слатина на ночь, и при этом не отвечать на телефонные звонки.

В 2:15 российский контингент в составе усиленной десантной роты из состава 103 гвардейской бригады прибыл на аэродром Слатина и в 6:00 занял там все необходимые позиции. На следующий день туда прибыл командующий силами КФОР английский генерал Джексон и убедил Заварзина разделить ответственность за аэродром. Но вскоре политика сделала свое дело. Российский контингент, который уже насчитывал 3 600 человек, не получил собственной зоны ответственности, а был распределен между зоной «Восток» под командованием США и зоной «Запад», которой руководили немцы. Часть российского контингента осталась на аэродроме Слатина, но существенной роли сыграть уже не могла.

На территории Космета оказалась 41 700 солдат КФОР, 390 танков, 1 900 единиц бронетехники, 180 артиллерийских орудий, 90 вертолетов и 15 300 грузовых автомобилей. Что касается ОАК, то вместе с силами КФОР в Космет вошло от 3 до 5 тысяч террористов. Вместе с ними там оказалось около 10 000 вооруженных террористов. Еще тогда было принято решение создать из членов ОАК Косовский корпус обороны из 3 000 бойцов и 2 000 резервистов.
предоставлено Небойшей Павковичем
предоставлено Небойшей Павковичем
предоставлено Небойшей Павковичем
26 июня 1999 года Союзная Скупщина приняла решение о прекращении с нуля часов действия военного положения. «Победитель» был определен за «зеленым сукном» стола для переговоров. Командование Третьей армии и все ее части выполнили свой долг, и не ее вина в таком окончании войны. НАТО начало агрессию, используя 360 самолетов и вертолетов различного типа и назначения, а завершило ее, располагая уже 1 036 летательными аппаратами. Ежедневно они совершали в среднем 384 боевых вылета, 68 процентов которых приходилось на зону действия Третьей армии. На нее обрушились 140 «Томагавков», 4 662 другие ракеты, которые поразили 4 107 военных и 565 гражданских целей. Больше всего ракет поразило зону действий Приштинского корпуса — 3 523, зону Нишского корпуса — 1 449. В зоне действий Третьей армии авиация НАТО 85 раз бомбила 21 казарму, разрушила 262 и повредила 370 объектов. Общая стоимость уничтоженных и поврежденных объектов составила 3 517 396 500 динаров.

Кроме стационарных объектов, авиация противника 199 раз атаковала Третью армию на позициях, выпустив по ней 1 227 ракет. Важно подчеркнуть, что Третья армия устраивала на своих позициях ложные цели и макеты. Всего мы построили и установили на 251 ложной позиции 448 макетов различной техники. Причем эти макеты мы «оживляли» с помощью тепловых и иного рода источников излучения.

Самым важным результатом действий Третьей армии стало то, что она с успехом выполнила свою роль, при этом максимально сохранив живую силу и технику от полного уничтожения, а также защитив территориальную целостность страны, и уход армии с занимаемых позиций стал результатом политического, а не военного поражения. Третья армия — единственная в мире, выжившая в противостоянии силам НАТО. За 78 дней агрессии она потеряла 522 погибшими и 1 090 ранеными. 183 человека погибло от действий авиации, 339 — в боестолкновениях. 32 человека пропало без вести, погибло 54 добровольца.

Материальные потери Третьей армии также невелики: 13 танков, 12 БТР, 12 орудий, 22 зенитки, 1 радар, 2 миномета, 6 инженерных машин и 76 автомобилей. Если же рассчитывать по принятым стандартам, то в конвенциональной войне наши безвозвратные потери должны были составить 30 процентов от личного состава. Итог же 78-дневной агрессии можно подвести такими словами: 1999 год будет вписан золотыми словами в военную историю, навечно останется в народной памяти героизм малого народа и его лучших сынов — бойцов Третьей армии. Ну а высшую оценку действиям Третьей армии дал тогдашний президент и верховный главнокомандующий Слободан Милошевич: «Хочу выразить благодарность подразделениям и командованию Третьей армии и командиру Стратегической группировки Небойше Павковичу, отметить подразделения и командование Приштинского корпуса, который вынес на себе основную тяжесть защиты от агрессии, и его командира, генерал-подполковника Владимира Лазаревича».
Небойша Павкович, эксклюзивно для «Фонтанки.ру».
Финляндия. Март 2019 года

Перевод с сербского — Василий Соколов
Комментарий переводчика
Василий Соколов: «...Поздняя осень 2000-го. Я опять в Белграде. Не прошло и года после того, как «Милосердный ангел» покинул небо над Союзной Республикой Югославией. Еще не вокруг всех руин установлены заборы. Еще не смыты со здания бывшего посольства США оскорбительные надписи типа «Мы вам, блин, не индейцы» или «Анкл Сэм, мы … твою тетю» и так далее. Но уже стоит неподалеку от разбомбленного здания центрального телевидения каменная стела с именами погибших там журналистов с рыдающими словами: «За что?».

В воздухе некогда гостеприимного Белграда пахнет гарью. И тянет ей не только от развалин Генштаба и Министерства внутренних дел, а от попытки толпы варваров сжечь, предварительно разграбив, здание Скупщины — парламента Югославии.

Центральные магистрали столицы до боли напоминают блошиные рынки, где можно купить и продать вся и всё; еще больше они похожи на нашу питерскую «Апрашку» в ее самые бурные времена.

Мы с другом сидим в ресторане и беседуем о том, что много еще в Сербии людей, которые стремятся туда, на условный «Запад». Мой друг говорит: «Надо было России немного побомбить нас, тогда бы «они» полюбили бы вас». Мы беседуем, а за соседним столиком в своей компании расположился Зоран Джинджич: в ближайшие месяцы он станет премьер-министром и сдаст Слободана Милошевича Гааге, но через полтора года будет расстрелян на пороге здания Совмина.

Стране по имени Союзная Республика Югославия вскоре предстоит стать бывшей: криминальный вождь Черногории Мило Джуканович, бывший высокопоставленный функционер Союза коммунистов Югославии, ставший крепким мафиози, уже заменил югославский динар на марку ФРГ. Пройдет совсем немного лет, и он уведет свою маленькую страну из союза с Сербией в то самое НАТО, которое нещадно бомбило его родину...

Эти картинки с натуры — последствия войны, развязанной НАТО. Результат бомбежек 1999 года, последней, третьей, самой крупной попытки в ХХ веке уничтожить Белград. Город выжил, несмотря на полный развал страны. Но рана, нанесенная народу, вряд ли когда-нибудь заживет. В эти дни президент Вучич подвел итог минувшим двум десяткам лет: «Простим, но не забудем». Значит, вечно будет жить не до конца оправившаяся от варварской войны Сербия с незаживающей раной в сердце.»

Публикацию к печати подготовил Игорь Шушарин
Корректор: Елена Иванова
Верстка: Светлана Григошина

Просмотров: 1105