Авто Признание & Влияние Фонтанка-500 Книги «Фонтанки» Доктор Питер Афиша Plus
18+
Проекты
JPG / PNG / GIF, до 15 Мб

Я принимаю все условия Пользовательского соглашения

03:04 24.01.2020

Россиянин сменил пол, его лишили родительских прав. ЕСПЧ впервые рассматривает дело трансгендера, у которого есть сын и дочь

Европейский суд по правам человека впервые в своей практике принял к рассмотрению дело о лишении трансгендера родительских прав. Жалобу подала россиянка, которая до смены пола состояла в браке и воспитывала двоих детей, сообщает в понедельник, 16 декабря, «Коммерсант».

Жалоба от имени женщины и обоих несовершеннолетних детей была подана в сентябре 2019 года и принята к рассмотрению всего через два месяца, рассказала изданию юрист Проекта правовой помощи трансгендерным людям Татьяна Глушкова. Заявительница родилась в 1972 году мужчиной. В 2008 году, еще будучи мужчиной, она вступила в брак, в котором в 2009 году родился сын, а в 2012 году – дочь. В 2015 году брак распался, и отец детей стал женщиной. Ещё через 2 года мать детей через суд добилась ограничения родительских прав для бывшего отца. Бывшая супруга посчитала, что информация о трансгендерном переходе отца может «нанести непоправимый вред психическому здоровью и нравственности детей», а также спровоцировать издевательства в школе. При этом мать детей сослалась на знаменитый «закон Милонова» о запрете так называемой гей-пропаганды.

В своей жалобе в ЕСПЧ биологический отец мальчика и девочки, а ныне женщина указывает на предвзятость судебно-психиатрической, сексологической и психологической экспертизы, выводы которой легли в решение об ограничении родительских прав. Эксперты института Сербского указали, что в России научных исследований по заявленной проблематике не существует, иностранным экспертам они не доверяют, а трансгендерный переход отца окажет негативное влияние на детей.

«Экспертиза была проведена безобразно. Два дня подряд меня мурыжили типовыми тестами и пространными интервью. Причем даже не затронули несколько тем, важных для суда. В частности, не спросили, как требовалось, о моем «воспитательном стиле» – в итоговом документе на этот вопрос суда просто не было ответа», – рассказала сама заявительница «Коммерсанту».


 


Суд, рассматривавший вопрос об ограничении родительских прав, дал на проведение альтернативного исследования двое суток. Юристы трансгендера не смогли уложиться в этот срок, и Люблинский районный суд Москвы удовлетворил заявление матери детей. В то же время суд отметил, что «по мере взросления детей и изменения уровня их психического развития» вопрос о контактах бывшего отца с ними может быть пересмотрен.

Апелляция в Мосгорсуде, несмотря на выводы психиатра, завкафедрой медицинской психологии Казанского государственного медицинского университета Владимира Менделевича о том, что «нет никаких научных оснований утверждать, что воспитание родителем-трансгендером может привести к изменению половой идентификации и сексуальной ориентации детей», оставила в силе решение об ограничении родительских прав. После чего трансгендерный отец и обратился в ЕСПЧ.

По словам юриста заявителя, решение в Страсбурге может быть вынесено в течение года, «так как все понимают, что вопросы воссоединения детей и родителей необходимо решать как можно скорее». В свою очередь партнер коллегии адвокатов Pen & Paper Екатерина Тягай отмечает, что статья Семейного кодекса об ограничении родительских прав требует отбирать ребенка у родителя лишь в тех случаях, когда оставление ребенка с ним опасно, «а в рассматриваемом случае заявительница с детьми не проживает, и такие обстоятельства фактически отсутствуют». По мнению Тягай, формулировки Люблинского суда об ограничении родительских прав размыты, что не отменяет риска полного лишения родительских прав заявителем, ведь в законе указано: если ограниченный в правах родитель не изменит своего опасного для ребенка поведения, то через шесть месяцев органы опеки обязаны предъявить иск о лишении родительских прав.

«Если говорить простыми словами, суд решил: детям опасно знать, что в жизни бывает такая ситуация, с которой столкнулся один из их родителей, и поэтому целесообразно изолировать их и от родителя, и от информации,— говорит не без возмущения Екатерина Тягай. – Видимо, должен следовать вывод о том, что проще, а значит, лучше – ограничить родителя в его правах и лишить детей общения с одним из родителей, чем выстроить грамотную и корректную поддержку при таком общении».

Читайте также
Яндекс.Рекомендации

Жильё в Санкт-Петербурге

    Работа в Санкт-Петербурге

      Наши партнёры

      СМИ2

      Lentainform

      Загрузка...

      24СМИ. Агрегатор