Авто Признание & Влияние Доктор Питер Афиша Plus
18+
Проекты
JPG / PNG / GIF, до 15 Мб

Я принимаю все условия Пользовательского соглашения

14:50 11.12.2019

Это не чёрный юмор, в Минюсте не шутят

Отмена наказаний за коррупционные правонарушения, случившиеся «вследствие обстоятельств непреодолимой силы», – не смешно, а удивительно. Адвокат, бывший сенатор Константин Добрынин рассказал «Фонтанке», что сомневается в желании Минюста угодить «коррупционерам».

Это не чёрный юмор, в Минюсте не шутят

Константин Добрынин, фото - Александр Коряков/Коммерсантъ

Идея Министерства юстиции РФ вывести из-под ответственности за коррупционные правонарушения россиян «в случае, если несоблюдение ограничений и запретов, установленных в целях противодействия коррупции, вызвано объективными обстоятельствами, сделавшими невозможным соблюдение вышеуказанных запретов», выглядит странной, считает статс-секретарь, заместитель президента Федеральной палаты адвокатов Константин Добрынин.

В разговоре с «Фонтанкой» хорошо знакомый с российским законотворчеством и профессионалами в Минюсте Добрынин отказался верить в ангажированность коллег и «злой умысел» инициативы, которая может легализовать «обстоятельства непреодолимой силы» как защиту для чиновников, не желающих соблюдать закон. Бывший член Совета Федерации предлагает дождаться текста документа, тем более что широкая огласка – это тоже инструмент коррекции и приведение законодательных инициатив в удобоваримый вид.

- Константин Эдуардович, у вас как у адвоката какая первая реакция была на эту новость? Насколько громко смеялись? Или это не смешно?

– Я бы громко смеялся, если бы это исходило от каких-нибудь странноватых коллег из Государственной думы. Но это исходит от Минюста, а я как юрист не склонен воспринимать Минюст как ведомство, которое выносит заведомо смешные инициативы. Я пока отношусь к этому с удивлением. И достаточно серьёзным.


- Почему? Смущает сама декларируемая «проблема»?

– То, что известно сейчас, а я навёл справки, пока можно описать словами «удивлённое лицо». Пока мы, кроме общих фраз, не видим текста документа. И заявленная проблематика, которую хотят исправить, на данный момент вообще не очевидна. Я в прошлом законотворец и понимаю, что прежде чем разрабатывать законопроект, чтобы устранить некую пробельность какой-либо нормы в законодательстве, сначала эта пробельность должна стать очевидной. Какие регулярные и весомые нарушения происходят из-за отсутствия этой нормы? Чьи права нарушаются, что требуется немедленно разрабатывать этот законопроект? С большим трудом можно смоделировать такие гипотетические ситуации. Сегодня уже существуют универсальные обстоятельства, которые освобождают от административной или уголовной ответственности. Они все давно описаны. И их не так много. Это крайняя необходимость, физическое или психическое принуждение, это необходимая оборона, исполнение приказа или распоряжения. Это всё есть в законах России. Именно поэтому я не очень понимаю, зачем придумывать странную казуистическую опцию. Надо помнить, что вина является обязательным условием для ответственности. Если нет вины, это значит казус. Но в коррупционных правонарушениях вина может быть только умышленной.

- Минюст устно сегодня попытался пояснить, что имелось в виду. Например, по словам представителей ведомства, не всегда имеется объективная возможность принимать меры по предотвращению и урегулированию конфликта интересов в моногородах, закрытых административно-территориальных образованиях, отдельных районах Крайнего Севера. Еще речь идет о том, что не всегда бывшие члены семьи государственного служащего соглашаются представлять сведения о доходах и расходах общих детей. А также имеются случаи, когда несоблюдение антикоррупционных запретов, ограничений, требований и неисполнение обязанностей связано с длительным тяжелым заболеванием.

– Все эти примеры – это не примеры обстоятельств непреодолимой силы, это обстоятельства, исключающие ответственность деяния должностного лица за коррупционные проявления, и их перечень может быть огромен. Называть это непреодолимой силой – грубая юридическая ошибка. И этими примерами невозможно обосновать пробельность нормы и необходимость разработки данного законопроекта. Всё уже и так есть в законе. Поэтому и хочется видеть текст данного законопроекта, иначе все это диковато выглядит.

- Но должен же быть хоть какой-то убедительный пример «обстоятельств непреодолимой силы».

– Да, и у нас есть ФЗ о противодействии коррупции, который предусматривает самую разную ответственность, от дисциплинарной до уголовной, за совершение коррупционных действий и в случае несоблюдения запретов и требований. Там есть запрет различным категориям лиц открывать счета и вклады, хранить денежные средства или ценные бумаги в иностранных банках. Допустим, некое лицо имеет некий вклад в банке. Лицо обязано закрыть этот счёт. Допустим, там эпидемия или землетрясение, тогда он не сможет выполнить требование закона чисто физически. Это можно назвать обстоятельствами непреодолимой силы. Но это уже не требуется, потому что в данном случае будет отсутствие умысла на это правонарушение! Опять упираемся в мысль про выдуманность, надуманность проблемы.

- До 8 февраля заявлено общественное обсуждение текста проекта нормативного правового акта. Это всё официально вносится под вывеской «Во исполнение Национального плана противодействия коррупции на 2018–2020 годы, утвержденного указом президента…». Это такой чёрный юмор, да? Как вообще во власти с чёрным юмором? Вы же там были и работали внутри системы.


– В Министерстве юстиции не шутят. Это не чёрный юмор. Очевидно, у них есть некое поручение, которое они формально обязаны отработать. Но они не посмотрели, что с точки зрения уже уголовного закона все эти случаи так или иначе предусмотрены. Возможно, я ошибаюсь, но тогда нужно послушать их.

- Есть ощущение, что это беда с кадрами. Возможно, степень компетенции авторов – это проблема?

– К сожалению, мы даже не видим текста. Обсуждая абстракцию, мы пытаемся проецировать свои мысли о том, как это могло быть. Давайте подождем. Может быть, мы увидим норму. Пока с точки зрения восприятия это кажется странным и излишним.

- Вы исключаете, что Минюст таким образом пытается защитить коррупционеров?

– Я исключаю, потому что это выглядит абсурдным.

- Для многих мы уже давно живем в абсурде.

– Это уже очень философский вопрос.

- На этом фоне Россия в рейтинге коррумпированных стран опустилась на уровень Папуа – Новой Гвинеи и Ирана (https://www.fontanka.ru/2019/01/29/050/). 138-е место из 180. Минус три места за год. Новая законодательная инициатива ускорит падение?

– Она вообще, мне кажется, к этому не имеет никакого отношения. Пока.

- Для простого человека уже имеет. Он это увязывает.

– Да, я понимаю, о чем вы говорите, с точки зрения общественного восприятия это может выглядеть и уже выглядит очень странно и, мягко говоря, глуповато. Я могу успокоить общество только тем, что хорошо, что при помощи журналистов подобные вещи начинают активно обсуждаться профессиональным сообществом. И не остаются незамеченными. И есть огромный шанс, что при глубоком обсуждении коллегами-юристами подобных инициатив некоторые из них вообще не станут законопроектами. Либо приобретут действительно корректный удобоваримый вид.

- Некоторых коллег ещё успокаивает, что и США за год потеряли сразу три места и выпали из двадцатки самых чистых на руку. Не мы ли их за собой-то тащим? Может, это они нас топят?

– Меня мало заботит, на каком месте в рейтинге находятся США. Я бы рекомендовал вашим коллегам нашим местом в рейтинге озаботиться. Большая проблема нашей страны заключается в том, что мы очень мало занимаемся своими внутренними проблемами и любим заниматься внешними. Когда мы поймем, что самая правильная внешняя политика –  это экономика, и что наши внутренние проблемы нас должны интересовать гораздо больше, чем то, что происходит в США, Сирии или Венесуэле, вот тогда у нас все начнет налаживаться. 

- Вы верите, что в России можно победить коррупцию, в широком смысле этого слова? Останется ли тогда Россия вообще? Если начинать эту войну и вести её до победного конца. Сомали, которое находится на последнем месте коррупционного рейтинга Transparency International, не получится?

– С точки зрения научных исследований есть обоснование, что коррупция –  это некая смазка экономики. Я бы очень не хотел, чтобы вот это научное мнение подтверждалось опытом нашей страны. Я считаю, что Россия абсолютно может жить вне коррупции. И ничего от этого не рухнет. Наоборот, страна может стать успешной, богатой и современной.

- После «вынужденной коррупции» ждём «вынужденного изнасилования» и «вынужденного мошенничества»? 

– Я думаю, что до этого не дойдет. Хотя, конечно, абсурдность некоторых вещей в последнее время зашкаливает. 

- Не жалеете в этой связи, что покинули власть? Сейчас там точно интереснее, чем раньше.

– У меня интересная профессия, и я рад, что себя в ней нашел, вне власти я нахожусь более трех лет и очень счастлив.

Николай Нелюбин, специально для «Фонтанки.ру»

Читайте также
Яндекс.Рекомендации

Жильё в Санкт-Петербурге

    Работа в Санкт-Петербурге

      Наши партнёры

      СМИ2

      Lentainform

      Загрузка...

      24СМИ. Агрегатор