18+
Проекты
Фото JPG / GIF, до 15 мегабайт.
Я принимаю все условия Пользовательского соглашения
Введите цифры с изображения:
22:53 25.09.2018

Андрей Рюмин: До 2030-го Ленэнерго выделит 50 млрд на цифровизацию. Проблемы можно будет решать кликом мышки

Новый генеральный директор Ленэнерго дал первое интервью «Фонтанке» о том, как компания встает на ноги после кейса с «Таврическим», собирается перейти на единую акцию, консолидировать энергоактивы в области и каким видит цифровое будущее компании.

Андрей Рюмин: До 2030-го Ленэнерго выделит 50 млрд на цифровизацию. Проблемы можно будет решать кликом мышки

- Начнем с показателей компании. Два года назад компания «Ленэнерго» впервые вышла на прибыль, во многом благодаря финансовым вливаниям государства. В прошлом году прибыль была уже в два раза больше, чем в 2016-м. Что по этому году?

– В бизнес-плане по итогам года чистая прибыль планируется в районе 9 млрд (против 12,6 млрд в 2017-м. — Прим. ред.). Но тут надо немного углубиться в историю: докапитализация государством обеспечила чистую прибыль в 2016, 2017 годах. И я могу сказать, что прибыль в этом году тоже будет отчасти благодаря тем деньгам, которые были вложены в 2015 году в связи с критической ситуацией в Ленэнерго. 

- Когда вы пришли в компанию, тот ужас, который произошел из-за кейса с «Таврическим» и накопившихся долгов по техприсоединению, был позади. Можно ли сказать, что вы пришли на всё готовое?

– По финансовой части я с вами соглашусь, проблема была решена в 2015 году, когда из 32 млрд рублей помощи сразу были погашены кредиты на 17 млрд, а остальные 15 млрд пошли на ликвидацию просрочек по техприсоединению. Погашение банковских кредитов, безусловно, сыграло ключевую роль в стабилизации компании. Относительно техприсоединения ситуация тоже была критической: значительный объем просроченных договоров, некоторые – с очень длительным сроком неисполнения. Большая часть этой проблемы, опять же благодаря госфинансированию, была решена. Наша задача сейчас – справиться с ней до конца и перейти на плановую работу.

- На текущий момент вы довольны финансовыми показателями компании?

– По итогам первого полугодия текущего года наша прибыль выросла на 24% относительно аналогичного периода 2017 года. Ключевой показатель для электросетевой компании – это выручка. Рост выручки в первом полугодии составил 10% – также в сравнении с прошлым годом. 

- Есть какой-то рост потребления энергии? 

– Небольшой есть, на 1 – 2%. Для нас это немало. 

- Очевидно, что один из ключевых параметров для такой компании, как ваша, – это безаварийность работы и время, проведенное абонентом без электричества.

– Если сравнивать с прошлым годом, то продолжительность восстановительных работ на сетях после технологических нарушений по Петербургу сократилась с 79 до 61 минуты, по Ленобласти – со 154 до 104 минут. И мы планируем этот результат улучшать. Деньги, которые мы получаем в рамках тарифа, идут на поддержание сетевого комплекса в надлежащем состоянии, его дальнейшее развитие. Реконструкция существующих подстанций, строительство новых, внедрение современных средств защиты и автоматики – всё это направлено на повышение надежности электроснабжения.  

- Возвращаясь к техприсоединению, скажите по-честному, если мне сейчас оно потребуется, то сколько я буду ждать?

– О техприсоединении какой мощности мы говорим?

- Небольшой, частный дом или магазин, например. Не завод.

– Присоединение небольшой мощности, магазина или частного дома, в соответствии с нормативной базой — до 180 дней. По Петербургу это на 100% максимальный срок.
В Ленинградской области сроки могут смещаться в связи с отсутствием развитой электрической сети. Помимо выполнения строительно-монтажных работ нам приходится осуществлять длительные согласования с собственниками земельных участков,  владельцами электрических сетей, Гослесфондом, Росавтодором. В отдельных случаях возникающие разногласия могут быть разрешены только путем судебных разбирательств.

- В августе коллеги писали, что у Ленэнерго висит 10 000 договоров на техприсоединение. Сколько сейчас в очереди заявок?

– Даже немного больше. И львиная доля из них – более 7 тысяч – это договоры, по которым со стороны Ленэнерго все мероприятия выполнены в полном объёме, но они не закрыты по вине заявителей: отсутствует прибор учета, не готова электроустановка, не выполнены технические условия. Мы уведомляем таких заявителей о том, что со своей стороны готовы к завершению процедуры присоединения. Но расторгать не исполненные по вине заявителя договоры в судебном порядке можем только по истечении 12 и более месяцев.

- С частными домами понятно. Часто можно услышать жалобы от застройщиков многоквартирных домов, что объект на завершающей стадии, а подключения нет. Как решаете эту проблему?

– Иногда подобные ситуации возникают.  Мы провели переговоры со всеми крупными застройщиками, есть понимание, где нужно срочно принимать меры, в первую очередь направим силы именно туда. 

- Как так получается? Человек или компания делает заявку, нужно подключение, а дальше процедуру не продолжает.

– Причины могут быть разными, от банальной забывчивости до стремления оформить заявку «на всякий случай, вдруг мощность пригодится». Значительному росту спроса на техприсоединение способствует введение в последние годы целого ряда льгот для заявителей. В 2013 году были введены льготные категории до 15 кВт по ставке платы  550 рублей за техприсоединение. В 2015 году появились льготы для потребителей до 150 кВт, в октябре 2017 года введена очередная льгота для потребителей до 150 кВт. И доля льготных договоров очень высока: например, по Ленобласти это 90% всех договоров на техприсоединение. В итоге получается: подать заявку просто, 550 рублей – сумма небольшая, ответственности нет. Конечно, нам бы хотелось, чтобы эта ситуация изменилась. 

- Обращались в ЗакС или в Госдуму с таким предложением?

– Это острая проблема не только Петербурга, а всех электросетевых компаний в России, и «Россети» активно работают над ее решением.   

- Скорость техподключения сильно влияет на положение в рейтинге Doing Business Всемирного банка, на который ориентируется и президент, и правительство. Он же делается практически партизанскими методами — через тайные опросы среднего и малого бизнеса. Насколько он объективен?

– Doing Business для России считается по двум городам — по Москве и Санкт-Петербургу. Пункт «подключение к инженерии» включает только электричество, никаких других коммуникаций. Сам метод оценки я бы не назвал «партизанским» – он очень прозрачный и честный. Представители банка приезжают в компанию, запрашивают выборку абонентов из среднего и малого бизнеса, которые были подключены в последнее время, их контакты. Кого-то обзванивают, с кем-то встречаются. Спрашивают: «Вот тут написано, что электросетевая компания подключила вас за 60 дней. Соответствует действительности или нет?» Потребитель говорит либо "да", либо "нет". Все честно, и подтасовать невозможно. 

- Насколько изменилось место России в этом рейтинге за последние годы?

– В 2011 – 2012 годах, когда я работал в столичной электросетевой компании, по позиции «подключение к электросетям» Россия была на совсем далеком месте, как и по времени нахождения абонента без электропитания. Когда нам поставили задачу войти в ТОП, казалось, что это вообще просто невозможно, а сейчас мы находимся на 10-м месте в мире и надеемся еще улучшить свои позиции в рейтинге на октябрь-ноябрь. 

- За счет чего это можно сделать?

– Показателей много, к примеру, создатели рейтинга смотрят на количество действий, которые потребителю необходимо произвести для подключения. Недавно я в составе делегации «Россетей» ездил на встречу с представителями Всемирного банка. Мы показываем, что у нас не три, а две процедуры именно для категории малого и среднего бизнеса. 

- Еще одна давняя проблема Ленэнерго — потери электроэнергии. Появились ли какие-то новые варианты её решения?

– Начиная со следующего года очень большую долю инвестпрограммы мы будем направлять на установку приборов интеллектуального учета. Законопроект об интеллектуальных системах учета электроэнергии сейчас находится на рассмотрении в Госдуме.  

- Несанкционированное подключение – это действительно большая проблема для Петербурга? 

– Эта проблема существует везде, не только в Петербурге. Работа по выявлению бездоговорного потребления электроэнергии ведется постоянно, и могу сказать, что в год Ленэнерго в судебном порядке взыскивает с нарушителей сотни миллионов рублей.  

Андрей Рюмин
Андрей Рюмин
Фото: Михаил Огнев

- Что такое цифровизация, что она даст потребителям?

– Программа цифровизации была представлена президенту, она рассчитана до 2030 года. Это выход на качественно новый уровень надежности, доступности, эффективности. Умные сети требуют минимального вмешательства людей и позволяют в разы повысить надежность электроснабжения. Время отключения электроэнергии сократится максимально благодаря обеспечению 100%-ной наблюдаемости сети, возможности дистанционного мониторинга технического состояния оборудования. Диспетчер будет видеть аварию удаленно и, говоря простым языком, решать проблему кликом мышки. И  мы минимум на 30% снизим потери электроэнергии, так как на всех этапах будет вестись автоматический учет. На эту программу в Ленэнерго планируется выделение около 50 млрд рублей до 2030 года.

О консолидации, электрозаправках и суде

- Небольшой блиц по важным темам. Как вы будете выполнять задачу по консолидации энергоактивов? И касается ли она конкурентов Ленэнерго в области?

– Задача консолидации поставлена «Россетями». Первый этап — переход в городе на единую акцию. Сейчас есть пять компаний: Ленэнерго, «СПб Эс», «ПЭС», «ЦЭК», «Курортэнерго», некоторые уже без имущества, которое перешло к Ленэнерго. Были совещания в Минэнерго и Минимущества, и по плану до нового года мы должны совершить переход. В Петербурге это решит вопрос консолидации, потому что остальные сетевые компании незначительны. В Ленинградской области более серьезная задача – нужно консолидироваться с крупным игроками. Например, компанией «ЛОЭСК», которая занимает около 25% рынка. Решений может быть два — либо объединение, как в случае с Ленэнерго, когда город получил долю и представительство в совете директоров, либо выкуп компании, что может быть более интересно частному бизнесу. 

- Насколько акционеры «ЛОЭСК» к этому готовы?

– Я думаю, что этот вопрос нужно задать им. С «СПб Эс» было проще — это городская компания, произошло объединение, город получил долю в 28% в Ленэнерго и существенное представительство в совете директоров. Почему это нужно городу — понятно, зачем идти частным акционерам по такой же схеме — вопрос. Наверное, им это не очень интересно — они в любом случае будут миноритарными акционерами. Остается выкуп компании, насколько они к этому готовы, покажет цена. Процесс тяжелый, в следующем году мы будем плотно им заниматься.

- После перехода на единую акцию стоимость акций Ленэнерго вырастет?

– После перехода на единую акцию думаю, что нет. Тарифы же от этого сильно не изменятся. Но мы получим синергетический эффект от оптимизации аппарата. Например, не нужно будет несколько главных бухгалтеров и так далее.

- Какое сейчас город имеет влияние при принятии решений в компании? Есть ли с ним конфликты?

– Очень значительное. Городу принадлежит более 28% акций, шесть представителей города – в совете директоров. Помимо этого есть акционерное соглашение, по которому ключевые вопросы принимаются совместно. Разногласия иногда возникают, но они решаются в рабочем порядке. 

- А как насчет переименования Ленэнерго? Руководитель «Россетей» Павел Ливинский анонсировал возможную смену названия, а Игорь Албин выступил против.

– У «Россетей» есть 15 дочерних компаний с разными названиями: «МРСК Северо-Запад», «Ленэнерго», «МОЭСК», «Янтарьэнерго» – никакой линейности в названиях, какую бы хотела видеть головная компания. Тем не менее это именно вопрос головной компании, и со стороны Ленэнерго мы никогда не инициировали его обсуждение. Сейчас этот вопрос на повестке дня не стоит. 

-  Есть ли какие-то юридические угрозы бизнесу Ленэнерго? Например, дело компании «ТриНити» с подводным кабелем в Кронштадт.

– Это одно из самых важных дел, которым сейчас занимается наш судебный департамент. Контракт с «ТриНити» был заключен в 2014 году. В феврале 2017 года компания обратилась с иском к Ленэнерго, потребовав 400 млн рублей за выполненные работы. Это очень серьезная сумма по меркам компании. Мы с этим требованием не согласны, но первая и вторая инстанции на нашу сторону не встали. У «ТриНити» появился исполнительный лист, и мы внесли на счет суда депозит, иначе эти деньги просто были бы списаны. Совсем недавно, 30 августа,  была кассация, суд услышал наши доводы и вернул рассмотрение дела в первую инстанцию. Мы заявим требование провести повторную экспертизу. 

- Так вы можете определенно сказать — был этот кабель или его все-таки не было?

– Там сложная ситуация. Была компания «ТриНити», которая одна вела этот проект, после этого был выбран другой подрядчик, и он его закончил, так что теперь по факту кабель есть. 

- Понятно, что сейчас он есть. А до этого?

– Ответить однозначно, что было раньше, – прерогатива правоохранительных органов и экспертов. Ведь параллельно с арбитражным делом идут уголовные дела.

Андрей Рюмин
Андрей Рюмин
Фото: Михаил Огнев

- Сейчас Ленэнерго передает Ленсвету уличные светильники по всему Петербургу. Их износ составляет 80%. А приведение в нормативное состояние обойдется в 1,76 млрд рублей из бюджета города. Почему они оказались в таком плачевном состоянии, с износом 80%?

– У нас нет собственного источника средств для реконструкции этих светильников. Сейчас для этого может быть использована только городская субсидия, её получателем является городская компания «Ленсвет». Мы проводили переговоры на уровне вице-губернатора и губернатора Санкт-Петербурга, и я абсолютно согласен с предложением передать эти объекты городу.  Есть компания «Ленсвет», которая занимается освещением, а у города есть электросетевое имущество, которое мы эксплуатируем. Происходит обмен, который мы завершим до конца года, и это будет плюсом для всех. 

- Будете ли вы увеличивать сеть электрозаправок?

– Сейчас по городу и области действует 31 зарядная станция для электромобилей. Есть программа расширения сети, мы составляем её с учётом мнения автомобилистов. Безусловно, разумно ставить электрозаправки возле парковок у больших торговых и деловых центров, у наиболее оживленных магистралей, на подъездах к КАД и ЗСД. Но есть важный момент: мы можем построить много заправок, потратить много средств, а отдачи нет никакой. Мы электросетевая компания и продавать электроэнергию не можем. Нам надо найти оператора, который бы это взял на себя. Но чтобы оператору было интересно, нужен большой объем электромобилей — спрос рождает предложение. 

- Вы работали на «субботнике» «Россетей» в Дагестане, когда вся компания навалилась на проблемы этого региона. Какой результат?

– Я бы не назвал это "субботником" — все работы были нам оплачены. Это была серьезная мобилизация: 2,5 тысячи специалистов, большое количество техники. Такое объединение усилий позволило в сжатые сроки добиться очень хороших результатов. Все задачи, которые перед нами были поставлены, мы выполнили. 

- В других регионах, например в Петербурге, планируются такие наступления?

– Да, по итогам этой работы возникла идея реализовать подобный опыт у нас, в Ленэнерго: сконцентрировать силы и возможности компании для того, чтобы за определенный период времени привести в порядок наиболее проблемный район электрических сетей. Думаю, это вопрос самой ближайшей перспективы.

О карьере и родственных связях

- Если отвлечься от производственной тематики... Вы пришли из бизнеса в компанию со значительным госучастием. Для вас это новый опыт?

– На самом деле у меня постоянно чередовалось: бизнес – госкомпания – бизнес. Я начинал в «Альфа-Групп», где стажировался, когда ещё был студентом на мехмате МГУ. После компании Михаила Фридмана работал в питерской корпорации «Аэрокосмическое оборудование». Офис находился в Москве, я вёл несколько проектов, в том числе московский радиозавод «Темп», где был председателем совета директоров, а также смоленский завод «Измеритель». Потом работал в области девелопмента. 

- В чем отличие работы в Петербурге от работы в Москве? Например, все отмечают другой темп жизни.

– Да, в Петербурге несколько другой темп. Но в компании, мне кажется, темп задает генеральный директор.  

- Вас можно назвать человеком вашего шефа – Павла Ливинского?

– Ливинский как генеральный директор «Россетей» является моим непосредственным руководителем. Мы не вчера с ним познакомились. В Москве мы действительно работали вместе— он был генеральным директором Объединенной энергетической компании, я был первым заместителем, мы вместе входили в состав совета директоров Мосэнерго. Те рабочие отношения, которые сложились у нас тогда, помогают в работе сейчас.

- А как вы оказались в Объединенной энергетической компании, где он директор, а вы – заместитель?

– Мы оказались с ним в компании практически в один день. Сергей Семенович Собянин принял решение собрать все электросетевые активы, которые находились
в аренде у федеральной компании, и создать единую московскую компанию. В ОЭК были приглашены несколько менеджеров, в том числе я. А генеральным директором был назначен Ливинский.

- А с собой в Петербург вы тоже привели людей? Серьезные произошли кадровые перестановки в руководстве Ленэнерго?

– Со мной приехали трое заместителей из Москвы. Многие сотрудники выросли внутри Ленэнерго. 

- Раз уж заговорили про персоналии, то невозможно не спросить: насколько родственная связь с таким серьезным человеком, как Виктор Медведчук, которого называют кумом Путина, вам помогает?

– Виктор Владимирович является моим тестем — отцом моей супруги. Нас не связывает работа, бизнес. У нас хорошие семейные отношения. 

Андрей Рюмин
Андрей Рюмин
Фото: Михаил Огнев

- В чем принципиальная разница между работой на госбизнес и работой в частном секторе?

– Работа на госбизнес более сложная, более интересная, амбициозная. Более социально ответственная. А коммерческий сектор – это больше вопрос финансов.

- Вы хотите сказать, что, уйдя из частного бизнеса, вы проиграли?

– В какой-то период времени можно ставить перед собой задачу зарабатывать деньги, в другой – это могут быть не финансовые цели. Например, реализовать поставленные задачи.

- Какая основная задача стоит перед вами сейчас?

– Их несколько: финансовая стабильность компании, повышение надежности электроснабжения и реализация программы цифровизации сетей.

- Каким вы видите будущее Ленэнерго?

– Будущее, безусловно, за инновациями. Но, прежде чем их внедрять, необходимо решить главные проблемы, нужна отлаженная система учета, масштабная реконструкция сетей. Хочу, чтобы компания перешла на качественно новый уровень, стала настоящим лидером электросетевого бизнеса.

Беседовали Илья Казаков, Александр Горшков, «Фонтанка.ру»

Наши партнёры

Lentainform

Загрузка...

24СМИ. Агрегатор

MarketGid

Загрузка...