18+
Проекты
Фото JPG / GIF, до 15 мегабайт.
Я принимаю все условия Пользовательского соглашения
Введите цифры с изображения:
12:28 19.09.2018

Глава карельской ОНК: Письмо Дадина - политический заказ

Общественные наблюдатели проверят слова оппозиционера Ильдара Дадина, который жалуется на «постоянные избиения, издевательства, унижения, оскорбления, невыносимые условия содержания”.

Глава карельской ОНК: Письмо Дадина - политический заказ

Сегежа/ИК-7/УФСИН России по Республике Карелия

Избиения, подвешивание на наручниках, окунание в унитаз и угрозы убить и закопать – описание жизни осужденного в карельской ИК-7 от Ильдара Дадина. Оппозиционер, первый в России осужденный за неоднократные нарушения правил проведения публичных мероприятий, через адвоката передал письмо с описанием своих злоключений. «Фонтанка» связалась с председателем Общественной наблюдательной комиссии (ОНК) республики Карелия и услышала в его словах скепсис.

В декабре 2015 года Ильдар Дадин стал первым, кто получил обвинительный приговор по свежеиспеченной статье 212.1 Уголового кодекса – «Неоднократное нарушение установленного порядка организации либо проведения собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования». В сентябре его этапировали из Москвы в Карелию. Исправительная колония № 7 в городе Сегежа получила второго за свою историю, после Михаила Ходорковского, медийно статусного заключенного. В отличие от Ходорковского, не подавшего в Сегеже ни одной жалобы на режим содержания, Дадин сообщил о зверствах со стороны администрации во главе с начальником учреждения, передав письмо на волю через адвоката.

Ильдар Дадин в суде:

«Фонтанка» связалась с председателем общественной наблюдательной комиссии в республике Карелия Александром Рузановым.

- Александр Владимирович, вам известно о ситуации, сложившейся в седьмой колонии, и о жалобах Ильдара Дадина?

- Я обладаю этой информацией. Первое заявление мне поступило 16 октября от его супруги Анастасии Зотовой, в котором она просит, дословно: «Прошу проверить законность водворения в ШИЗО моего супруга Дадина, который отбывает наказание в республике Карелия. Он этапирован из Москвы в Карелию в сентябре 2016 года. С этого момента мне не удалось с ним связаться. 16 октября я прибыла в колонию, чтобы получить с ним краткосрочное свидание, однако мне отказались его предоставить, мотивируя это тем, что мой муж находится в ШИЗО. Почему и на сколько, мне пояснить отказались. Прошу вас оказать поддержку и разобраться в ситуации».

После этого мы стали работать над данной проблемой. Мы сделали определенные запросы и выяснили, что за время пребывания в республике Карелия Дадин наказывался выговорами и водворением в ШИЗО. В основном причиной наказания были взаимоотношения с сотрудниками ФСИН, то есть он отказывался выходить из камеры, грубо отвечал, не выполнял требования внутреннего распорядка. 

Сегодня, именно сегодня, я получил второе письмо от супруги Дадина. Опять цитирую: «Вот уже месяц с лишним я прошу вас посетить колонию, в городе Сегежа, где находится мой муж. В колонии при вашем попустительстве происходят пытки и избиения заключенных, которым угрожают ещё более жестокими истязаниями и смертью в случае жалоб. Пытки и избиения покрывает, участвуя в них, начальник колонии, убежденный садист, достойный палачей нацистской Германии».

И так далее и в таком же духе. То есть первое письмо – две недели назад: ко мне обращается человек с конкретной просьбой – узнать причину водворения в ШИЗО, второе письмо сегодня: меня обвиняют в том, что якобы ко мне обращались очень давно с вопросами посещения колонии и так далее…

Соответственно, я ставлю под сомнение и открытое её письмо, в котором она пишет о нарушениях в колонии. Я понимаю, что это политический человек, политический заказ… Я вхожу в её положение, все мы, когда наших близких постигает беда, им сочувствуем. Хочется помочь, эмоции через край, это понятно. Но обвинять всех в тех грехах, которые непонятно откуда взялись, – я считаю, это неправильно. И недостойно. Не сотрудники ФСИН выносят приговор, и тем более не мы, члены ОНК.

- Вы или другие члены ОНК разговаривали с Ильдаром Дадиным?

– Мы с ним не общались по одной простой причине: колония находится от Петрозаводска на таком же расстоянии, как и Петербург. Выезжать туда – это минимум на сутки, чтобы провести там несколько часов. Это раз. Во вторых, обычно члены ОНК ездят либо на плановые посещения, либо тогда, когда поступают жалобы, обращения от осужденных. От Дадина ничего не поступало. Первое обращение его жены поступило 16 октября. В связи с последними событиями у нас запланировано посещение конкретно Дадина завтра. В 7 часов утра члены ОНК выезжают в данное учреждение.

- Вы часто посещаете колонию в Сегеже?

– Не часто. Могу сказать, почему всё это происходит. Потому что федеральный закон, учредивший ОНК, никак не позаботился о том, как члены ОНК будут работать. Члены ОНК делают все за свой счет в свое свободное время. Люди, которые работают и зарабатывают деньги для обеспечения своих семей, очень часто не имеют возможности в нужное время выехать. Ну, вы понимаете, такая ситуация: один может в понедельник, другой в среду, третий в пятницу. А по закону в колонию члены ОНК могут заходить только по двое. Это правильно, наверное, но в связи с этим возникают проблемы. Может, мы бы и выехали 17-го числа, 18-го числа, но просто члены НК не смогли это сделать.

- Сколько человек состоит в ОНК Карелии?

– Пять.

- И много учреждений ФСИН в республике?

– Проблема не в количестве колоний, проблема в расстояниях. У нас два учреждения находятся в Петрозаводске, а затем пошло – 150 километров, 280 километров и дальше. Поэтому эти дальние колонии посещаются достаточно редко.

- Дорога за свой счет?

– Всё за свой счет. Транспорт за свой счет, суточные за свой счет – никакой помощи ни от кого нет.

- Но раньше-то вы в седьмой колонии наверняка бывали, тем более что там содержался Михаил Ходорковский, с обстановкой знакомы…

– Нормальная колония, режим содержания – общий, но есть и строгие условия содержания. Лет восемь-десять назад там были безобразия. Был актив из числа осужденных, который принимал новоиспеченных осужденных… Были беспорядки некоторого рода. Сейчас актив ликвидирован, ситуация в корне поменялась, особенно с приходом нового руководителя. Старый начальник снят с должности, ОНК тоже приложило к этому руку. Три года как новый руководитель, и того, что написано в письме Дадина... этого нет. По крайней мере, я первый раз такое читаю. Подвешивают на наручниках... Понятно, что это политический заказ и не более того.

- Вы считаете, что такого не может быть?

– Я просто даже не знаю, где это возможно. Мне интересно, в каком месте. Практически по всему учреждению установлены видеокамеры, срок хранения записей – месяц, и за нарушение условий хранения видеозаписей, за их утрату очень строго наказывают. У каждого дежурного – нагрудный регистратор. Обычно, когда что-нибудь в колонии происходит, мы первым делом смотрим видеозаписи, на которых всё видно. У нас бывали случаи: осужденный пишет письмо, в котором заявляет об избиении. Смотрим, у него действительно ссадина большая на голове. Смотрим видеозаписи: он идет в столовую и бьется головой о косяк, сам. Такие случаи бывают.

Александр Рузанов
Александр Рузанов
Фото: Министерство внутренних дел по Республике Карелия

- Полагаете, Дадин сам себя мог избить?

– В данном случае действительно к Дадину применялась физическая сила, и ФСИН этого не скрывает. В самом начале, когда он только пришел, там произошел конфликт какой-то с сотрудником, схватил, оттолкнул, была применена физическая сила, спецсредства. Такое было, никто не отрицает.

- От осужденных из сегежской колонии часто поступают жалобы?

– С этой колонией особых проблем не было никогда. Есть другие, а с этой не было.

- Странно следующее: если Дадина избивают настолько сильно и давно, почему бездействовали адвокаты?

– Может, не было адвокатов?

- Верится с трудом. Человек первый пошел по такой статье, и без адвоката? Вы знаете, только что мне звонили, целая группа московских адвокатов собирается к нему приехать, с прессой. И письмо с жалобами появилось через адвоката. 

– Обычно, если есть нарушение, осужденный сразу пишет протест: «Я считаю, что мне незаконно объявили выговор, что меня незаконно поместили в штрафной изолятор». И это постановление о водворении в СИЗО обжалуется адвокатом. Таких документов не было, хотя адвокат его посещал.

Я до того, как 16 октября супруга обратилась, о Дадине вообще не знал. Он не обращался, специально к нему ездить смысла нет.

- Так, может, ему не давали к вам обращаться? Не дают общаться?

– Как сказать… Письма, конечно, все администрацией просматриваются. Бывали случаи, когда письма осужденных до нас не доходили. На какой стадии они пропадали – в учреждении или на Почте России, – одному богу известно. Доказательств у нас нет.

- Но ведь и в ШИЗО, и на обычном режиме осужденный имеет право обратиться с жалобой к вам или к прокурору?

– Это да. Дадут и ручку, и бумагу. Напишет и отправит. Это очень жестко контролируется. Хотя все может быть.

- Завтра во время посещения колонии будете проверять видеозаписи?

– Всё будем смотреть. Обычно такие проверки проходят комплексно. Общаемся не только с самим заявителем, но и со всем его окружением, чтобы увидеть целостную картину.

О целостной картине пребывания Ильдара Дадина в колонии председатель ОНК обещал рассказать «Фонтанке».

Беседовал Денис Коротков, «Фонтанка.ру»

Наши партнёры

Lentainform

Загрузка...

24СМИ. Агрегатор

MarketGid

Загрузка...