Авто Недвижимость Работа Доктор Питер Афиша Plus
18+
Проекты
JPG / PNG / GIF, до 15 Мб

Я принимаю все условия Пользовательского соглашения

16:12 26.05.2019

Присяжных приговорили к кастрации

Предложение сократить число присяжных «убьет суд присяжных на корню», уверены российские правозащитники. Но бороться против Путина, озвучившего идею главы Верховного суда, они не в силах.

Присяжных приговорили к кастрации

Предложение сократить число присяжных с 12 до 5 президент озвучил на шестнадцатой минуте своего послания Федеральному собранию, где-то между заявлениями о коррупции и ценах на нефть. 

Слова Владимира Путина прозвучали буднично.

– Предлагаю укрепить роль института присяжных заседателей, расширить число составов преступлений, которые они могут рассматривать. А с учетом того, что коллегию из 12 человек не всегда просто сформировать, можно подумать о сокращении числа присяжных до пяти-семи человек, при этом обязательно сохранить полную автономию и самостоятельность присяжных при принятии решений, – заявил глава государства.

Реплика спровоцировала бурю эмоций среди правозащитников. Судья Конституционного суда в отставке, член президентского Совета по правам человека Тамара Морщакова оценила инициативу как «уничтожение суда присяжных на корню». Глава движения «За права человека» Лев Пономарев предположил, что президентские слова увеличат риск злоупотреблений в судах.





Права человека vs права Верховного суда

Недовольство правозащитников понять легко. Институт присяжных, официально введенный в России в 1991 году, до сих пор работает с горем пополам. Максимальное число вердиктов поверенные вынесли в 2010-м – и то лишь 633 по всей стране. Впрочем, уже тогда власть начала закручивать гайки: из ведения присяжных сначала вывели дела о терроризме. Потом – процессы об изнасилованиях, взяточничестве, похищениях, захвате заложников…

В начале 2015-го Совет по правам человека воззвал президента «вернуть прежние полномочия» присяжным заседателям. Владимир Путин воодушевился, велел проработать поручение Верховному суду. В этот момент и произошел знаменательный переворот, вспоминает Тамара Морщакова.

– Верховный суд обнародовал итоги своей работы летом и, по сути, перевернул идеи СПЧ с ног на голову, – отмечает юрист. – Под лозунгом «укрепления института присяжных» судьи посоветовали уменьшить их число. А еще предложили, чтобы вместе с поверенными в совещательной комнате присутствовал судья, что является немыслимым.

В общем, получилось как в хорошей антиутопии. Говорим «мир» – подразумеваем «война», говорим «черное» – подразумеваем «белое».

Морщакова уверена: именно позиция Верховного суда повлияла на то, что сказал президент 3 декабря. И не сомневается – законодатели быстро внедрят предложения в жизнь, как бы ни сопротивлялось юридическое сообщество.

Управляемый институт

– Чем так опасно сокращение числа присяжных? – спросила «Фонтанка» правозащитницу.

– Психологически доказано, что чем меньше группа, тем сложнее ей достигнуть объективного решения. Маленький коллектив сильнее доверяется лидеру – человеку, через которого идет больший объем информации. Какой выбор могут сделать 5 – 7 присяжных? Четырьмя голосами осудить человека за преступление? Вы думаете, присяжных трудно обработать, учитывая, что правоохранительные органы ведут в их отношении оперативно-разыскную деятельность? И это не конспиративные догадки, а вполне официальная информация, публикуемая в научных журналах.

Тамара Морщакова считает, что уменьшить состав присяжных возможно, но тогда нужно изменить механизм голосования. К решению заседатели должны будут приходить единогласно (сейчас присяжные имеют право поименно голосовать «за» или «против» доказательств обвинения), считает правовед.

– Институт присяжных есть способ сделать бессмысленным тот фальсификат, который гонят в суды правоохранительные органы, – рассуждает Морщакова. – Это один из редких способов избежать недоверия к судам со стороны общества. Я знаю присяжных, в том числе петербуржцев, – разумных, добрых, честных, порядочных людей,  – оправдавших невиновных. Помню случай, когда присяжные облегчили наказание матери. Она защищала детей и нанесла смертельные ранения своему мужу. А таких историй по всей стране – сотни.

Несолидная реплика

Известный петербургский адвокат Сулик Бородатый, представлявший интересы экс-губернатора Владимира Яковлева и авторитетного политика Юрия Шутова, оценил реплику президента как «несолидную».

– Это несолидно. Говорить о затратности суда присяжных? А зачем тогда вообще было этот огород городить?

В словах Тамары Морщаковой Бородатый, впрочем, тоже по-другому расставляет акценты:

– Я бы сказал, что послание президента не приведет, но может привести к уничтожению суда присяжных. Многие инициативы кажутся странными и таковыми остаются, а потом затухают. Другие находят себе путь.

Итоги деятельности присяжных в России подводить пока рано, но положительные моменты уже есть, добавляет Бородатый:

– По крайней мере, не может быть заранее запрограммированного обвинительного приговора. Сейчас люди начинают забывать, что в советское время оправдательный приговор по уголовному делу был нонсенсом.

«Нам не доказали, что убивал именно он»

– Суд присяжных воспитывает человека и гражданское общество. Он дает почувствовать, что ты можешь что-то сделать, на что-то повлиять. Не так, как раньше в «Известиях» и «Правде» писали»: «Ты – частичка общества», – а по-настоящему.

Так описывает свой опыт петербургский инженер Сергей Кириллов. В 2006 году он был одним из заседателей в «деле таджикской девочки» – Хуршеды Султоновой. Группа подростков напала на нее, ее отца и старшего брата, Хуршеда умерла от 11 ножевых раненый. Присяжные посчитали недоказанной вину основного фигуранта Романа Казакова, которому инкриминировалось убийство, и оправдали его в этой части обвинения. Вердикт вызвал большой резонанс в обществе, которое задалось вопросом: «А нужен ли вообще такой мягкотелый суд присяжных?» 

– Никакого оправдательного вердикта не было – был вердикт о недоказанности убийства, – уточняет Кириллов. – Мы не говорили, что Казаков не убивал. Но нам не доказали, что убивал именно он. А проблема качества доказательств – одна из основных проблем российского правосудия. После окончания процесса был прессинг – многие знакомые перестали мне руку подавать. Но я себя больше уважать стал. 

После «дела Хуршеды» Кириллов вступил в «Клуб присяжных» и хорошо разобрался в теоретической части вопроса. Послание президента Федеральному собранию «надо осмыслить», полагает он, при этом не забывая пословицу: «Лучшее – враг хорошего».

– Да, присяжные – дело затратное. Им нужно платить за пропущенные на обычной работе дни. Но не думаю, что это до такой степени дорого, чтобы государство не могло себе этого позволить. Одна госпожа Васильева могла из своих капиталов покрыть годовое содержание присяжных в таком городе, как Москва. Затратна еще материально-техническая часть, оборудование специальных комнат, установка видеоэкранов в судах. Но это тоже не С-400, подешевле будет.

«Судьи получают по шее за любой оправдательный приговор»

Негативные настроения Тамары Морщаковой не полностью разделил и Леонид Никитинский, член Совета по правам человека, секретарь Союза журналистов России, бывший старшина гильдии судебных репортеров.

– Победа Верховного суда? Категорически так не думаю. Скорее я сказал бы, что правозащитники выиграли, учитывая, что президент предложил расширить число уголовных составов, по которым можно задействовать присяжных. Мы продолжим бороться и настаивать на том, чтобы по тем делам, где сегодня собирают 12 заседателей, и дальше собирались 12. Сколько собирать по новым составам – еще можно подумать.

Организовывать работу присяжных – действительно, сложная процедура в России, добавляет Никитинский. Этому способствуют сами судьи, стоящие на позиции государственного обвинения, уверен он.

– Суды получают по шее за любой оправдательный приговор, в том числе провозглашенный после вердикта присяжных. Тем не менее присяжные продолжают работать и выносить яркие вердикты. Вспоминается, например, коллегия заседателей, оправдавших людей, обвиненных в терроризме. Это доказало, что провокации невозможны, что спецслужбы не всесильны и не надо лепить дела как попало.

«Их приходит по 50. И это счастье»

Совершенно позитивно отреагировала на заявление Владимира Путина глава Санкт-Петербургского городского суда Валентина Епифанова:

– Предложение хорошее. И как человек, и как судья, руководитель, я его поддерживаю. Суд присяжных – дорогое удовольствие. Больше их будет или меньше, это не повлияет на результат. Он будет абсолютно тем же, люди будут решать те же вопросы. Им даже легче будет договориться между собой, услышать друг друга.

По словам Епифановой, Санкт-Петербургский городской суд рассматривает больше 40% дел с участием присяжных. И отобрать заседателей – очень затруднительно.

– Мы рассылаем повестки для 300 человек, а приходят 50 – 70. И это радость. Потому что в летний период, бывает, приходит и меньше. Предложение Владимира Путина значительно упростит работу суда. Все нормально будет, – заверила «Фонтанку» Епифанова. 

Софья Вертипорох, «Фонтанка.ру»


© Фонтанка.Ру

Наши партнёры

СМИ2

Lentainform

Загрузка...

24СМИ. Агрегатор