Авто Недвижимость Работа Признание & Влияние Доктор Питер Афиша Plus
18+
Проекты
JPG / PNG / GIF, до 15 Мб

Я принимаю все условия Пользовательского соглашения

18:20 16.10.2019

Особое мнение / Андрей Заостровцев

все авторы
11.11.2015 16:10

Допинг-трест

Раскручивающаяся история с повальным «допингованием» российских легкоатлетов предоставляет прекрасный шанс взглянуть на нее под разными углами зрения: она предстает и как глобальная, и как локальная (в смысле - российская) политико-экономическая проблема.

Начнем с общего, а потом перейдем к частному. Ни для кого не секрет, что большой спорт – это большой бизнес, где, вопреки завету основателя современных Олимпиад Пьера Кубертена, важно не участие, а важна победа. Участие же без побед может вести к банкротству. А для побед нужны… Что? Правильно, инвестиции.

Допинг: стоит ли легализировать рисковую инвестицию?

Соревнуются, как мы знаем, люди с людьми. А следовательно, равные с равными. Ведущие атлеты имеют примерно одинаковый уровень подготовки. Поэтому любая мелочь может иметь значение для успеха. Многие из них и не предусмотришь. Недоспал, перенервничал, не в настроении и т.п. И в результате возникает сильнейший стимул исключить такого рода случайности (точнее, сделать их влияние несущественным) за счет мощного, все перекрывающего фактора. Догадались какого.

И если в командных игровых видах спорта физическая готовность еще далеко не все (как говорил в юности футбольный тренер: «Футбол вам – это не математика, тут творить надо!»), то там, где присутствуют лишь два понятия – старт и финиш, – она почти все. Ну а тело человеческое в любом случае имеет свой предел выносливости. Расширить его можно только за счет внешнего воздействия. 

Получаемые благодаря допингу преимущества сочли несправедливыми. И запретили. В результате расцвела теневая экономика: настоящая допинговая индустрия. С ростом доходов спортсменов риски приема допинга становились все более и более оправданными. В ответ развивалась и антидопинговая индустрия: с целью повысить риски инвестиций в допинг. Ситуация стала очень напоминать бесконечную борьбу снаряда и брони. Тем не менее, если допинг употребляется, значит, в среднем, это окупается. 

И действительно, взвесив поток чистых доходов спортсмена за период карьеры и риски «попасться», легко убедиться, что овчинка стоит выделки. Пример Лэнса Армстронга (семикратного победителя самой престижной велогонки – Тур-де-Франс) красноречиво об этом свидетельствует. Да, он лишился рекламных контрактов, и президент гонки Тур-де-Франс требовал вернуть призовые (вернул знаменитый велосипедист их или нет – выяснить не удалось), но заработанное состояние явно не потерял. Полагаю, стоит ему сейчас объявить о намерении написать книгу – издатели встанут в длинную очередь. И он разом отобьет все убытки. 

Более того, допинговый скандал продлевает период славы. И если Армстронга помнили бы и так, то всяких там разовых (да и не только разовых) победителей легкоатлетических чемпионатов мира и Олимпиад забывают буквально на следующий день (если, конечно, это не суперзнаменитости типа Болта или Фелпса). Ну вот скажите, кому из нас о чем-то говорила фамилия Савиновой еще недели две назад? А, тем не менее, она чемпионка мира 2011 г. и лондонской Олимпиады в беге на 800 м. Теперь же в связи со скандалом выплыла из забвения. И даже можно утверждать, что некоторые больше прославятся на допинговом скандале, чем на пике спортивных достижений. 

Армстронг после разоблачений заявил: «Без допинга Тур-де-Франс выиграть невозможно». И тем самым указал на единственно возможное решение проблемы. Какое? Наплевать на все и легализировать допинг. Если спортсмены и наносят им вред здоровью, то он не больше, чем вред от тренировок. Они сознательно во взрослом возрасте идут на это, и стоит оставить их в покое. Однако надо четко осознавать, что против этого выступит мощнейшее лобби в лице разоблачителей. Они ведь потеряют работу, а многие фирмы – заказы. Так что допинговые скандалы гарантированы на много лет вперед, несмотря на огромную экономию средств, которую дала бы легализация.

Допингование по-русски

Россия, как всегда и везде, живет своим особым укладом. И область «допингования» – отнюдь не исключение из этого правила. Первое, на что стоит обратить внимание, – это на государственную постановку дела. Сколько бы ни отпирались наши высокопоставленные чиновники (а что им еще остается?), каждый, кто имеет хоть какое-нибудь представление о современной России, понимает, что организовать такой огромный допинг-трест в этой стране без ведома государства невозможно. 

Иначе придется допустить абсурд: там, где власти отлавливают любого протестующего одиночного пикетчика или автора неугодного им резкого высказывания в Интернете, вдруг без каких-либо проблем на базе государственных структур растет и крепнет целая никому не ведомая фармакологическая отрасль, беззастенчиво обрабатывающая национальное достояние в лице ведущих спортсменов. Да с такой частной инициативой, будь государство хоть чуточку против, к ним и на ближайшие сто километров никого не допустили бы.

А для чего государству это надо? Начнем с того, что в автократическом государстве победы спортсменов на международных соревнованиях высокого ранга – это предмет личного потребления автократа. Причем куда круче, чем яхты, дворцы и пр. Яхту и дворец может построить каждый автократ, а вот победа по числу медалей на Олимпиаде – это  уникальный продукт. 

Да и народ на это ведется. Конечно, до «крымнаша» по своему эффекту далеко, но тем не менее. Живет себе Ваня с семьей в убогой квартирке на окраине грязного промцентра где-нибудь на Урале, до среднего американца ему, как до Луны. А тут наш делает американского чемпиона на какой-нибудь дистанции. И Ваня начинает тоже ощущать себя в чем-то возвысившимся над Америкой. Ничего, что цены растут, зарплата не прибавляется, а сыну для учебы вдруг ноутбук потребовался, на который денег в семейном бюджете совсем нет. Зато как мы ее!

Ну, чтобы на такой государственной задаче руки не погреть – такого в России не бывает. Сами же допинг спортсменам пихаем, сами же потом их этим шантажируем и за сокрытие деньги вымогаем. Очень советую почитать разошедшуюся по Интернету историю  с российской марафонкой Шобуховой. Да и сумма взятки восхищает. Аж 450 тыс. евро! Другому бы до конца жизни хватило. Обязательства взяточник не выполнил, но вернул только 300 тысяч, а 150 тысяч – это, наверное, как объяснял Остап Бендер Кисе Воробьянинову, за конспирацию. 

В принципе, допинг-скандал России сейчас даже кстати. Ну кто из потребителей зомби-TV не согласится с тем, что это очередной заговор против России. Объяснят красочно и доходчиво. С обычными причитаниями и завываниями. Ведь это тоже подчеркивает особость России: так бы мы всех сделали в силу своей исключительности, но нас в результате боятся и находят способы расправы. Да еще и месть это нам за нашу независимую политику. Чтобы с нами ни случилось, все истолкуем себе на пользу. 

Позиция вечно обиженных – это особый сорт национальной гордости великороссов. В этой связи вспоминается одна история с Диогеном. Как-то он прибыл на Олимпиаду (обратите внимание!). И, заметив в толпе богато одетых родосских юношей, воскликнул со смехом: «Это спесь!» Затем философ столкнулся с лакедемонянами в поношенной и неопрятной одежде. «Это тоже спесь, но иного рода», — сказал он.

Андрей Заостровцев