Авто Недвижимость Работа Доктор Питер Афиша Plus
18+
Проекты
JPG / PNG / GIF, до 15 Мб

Я принимаю все условия Пользовательского соглашения

05:57 27.05.2019

Диана Гурцкая: «А я до слез наговорилась с тишиной»

В семье рождается долгожданный ребенок, и вдруг выясняется, что он - не простой, что у него ограниченные возможности. Например, полное отсутствие зрения. Что делать? Как растить его? На эти вопросы мы попросили ответить заслуженную артистку России, члена Общественной палаты РФ Диану Гурцкая, которая за свою небольшую жизнь пережила столько драм и бед, что и на сто жизней много будет.

Диана Гурцкая: «А я до слез наговорилась с тишиной»

В семье рождается долгожданный ребенок, и вдруг выясняется, что он – не простой, что у него ограниченные возможности. Например, полное отсутствие зрения. Что делать? Как растить его? На эти вопросы мы попросили ответить заслуженную артистку России, члена Общественной палаты РФ Диану Гурцкая, которая за свою небольшую жизнь пережила столько драм и бед, что и на сто жизней много будет.

– Что делать? Прежде всего – любить! Любить и принимать ребенка таким, какой он есть. Понимаете, в чем дело... Конечно, когда я – такая – родилась в моей семье, для моих мамы и папы это, конечно же, была трагедия... И, конечно же, наверное, сразу появились вопросы: почему? за что? Но ведь это жизнь, что суждено — то суждено, и от этого уже никуда не уйти. Но, с другой стороны, мои родители радовались, что я просто появилась в этой жизни, на этом свете. Какая бы ситуация ни была, какой бы я ни оказалась, я – их ребенок. И они меня любили, воспитали. И та теплая атмосфера, то отношение к жизни, какое у меня есть, чем я сейчас живу, — это дали они, мои мама с папой. Это их заслуга огромная. Конечно, потом были и врачи, и педагоги, но главное — это их любовь. Потому что ничего и ничто не может помочь, кроме любви, кроме согревания сердца душой... И та большая любовь родительская поможет этому ребенку жить, расти, стать полноценным человеком.

- Но вот, предположим, родители погоревали, смирились и продолжают любить своего ребенка. Но ведь хочется, чтобы он не чувствовал себя скованным, ущербным...

– А в этом, кстати, тоже очень многое зависит от семьи. Потому что первая реакция родителей: "Мы будем защищать его от всего, оберегать, сажать дома, кормить с рук..." Понятно, что каждая нормальная, думающая мама бережет свое дитя. Но! Не надо создавать резервацию для ребенка. Ни в коем случае этого нельзя допускать! Надо адаптировать ребенка к той жизни, в которой он живет. Не бояться выводить его в свет, не бояться показать его всем окружающим — родственникам и друзьям. Чтобы этот ребенок чувствовал, что его любят.





Меня в детстве в "резервации" никто никогда не закрывал. Я всегда была самой первой среди своих друзей-сверстников, любила ездить, гулять, играть. И я тоже падала, как и все остальные дети, и у меня так же, как у всех, были замазаны коленки зеленкой. Но никто не думал, что я падаю, потому что я – незрячий ребенок. Упала и упала, нормально. Меня приучали всю жизнь, что я – такая же, как все. Если ты ребенку говоришь: «Ты ничем не отличаешься от других», – ребенок потом не будет бояться. А если родители постоянно в панике: «Боже мой, если я его отпущу в школу или на улицу, там над ним будут издеваться!» — это не адаптирование... Потом ведь все равно придет время выходить на улицу, и тогда будет очень тяжело.

- Диана, а вы эти детские фестивали «Белая трость» придумали и уже с успехом несколько провели — в память о своем детстве? Где вы были девочкой талантливой, и вам надо было как-то прорываться вперед...

– Знаете, на свете очень много талантливых людей. Кто-то стихи пишет, кто-то поет, у кого-то актерское мастерство, кто-то играет на фортепиано или на других инструментах... Я хочу, чтобы им хоть чуточку стало легче...

В мое время это было чуть-чуть по-другому... Был силен стереотип: человек с ограниченной возможностью ничего не сможет! У них, мол, там свой мир какой-то... Мне было очень трудно. Потому что никто не верил, что из меня кто-то получится. Когда мы в очередной раз с братом (который и стал моим продюсером) приходили и заявляли о себе — кто-то на нас смотрел даже с иронией. Рвение и желание жить и доказать всем, что мы такие же, как и все, — вот это мне помогло. И, конечно, спасибо Господу Богу, потому что я ничего не смогла бы сделать, если бы не помощь Бога. И, конечно же, мой брат и моя семья — все делалось для того, чтобы я чего-то достигла в этой жизни. Начиная со школы и до сегодняшнего дня. Брат, который поверил в меня, себя не пожалел и не жалеет до сих пор, чтобы мне помогать... И мы вместе — бок о бок — уже сколько лет.

И первый человек из шоу-бизнеса, который обратил на меня внимание, — Игорь Николаев. На конкурсе, где я участвовала, – «Ялта-Москва-Транзит» – меня наградили, специальный приз жюри придумали Игорь Николаев и Лариса Долина. Они придумали специальный приз жюри, чтобы меня не обидеть. Я ведь там не получила ни первое, ни пятое место. А Игорь Николаев поверил, что из меня может что-то выйти. Это многое значит – такой мэтр, Моцарт нашей эстрады, оказался рядом.

- Есть такая поговорка русская — под лежачий камень вода не течет. Когда человек упорный, трудолюбивый, ему такие особенные случаи судьба и подбрасывает. Как та ваша встреча с Ирмой Сохадзе, когда вы маленькой девочкой спели с ней вместе. Или вы думаете, что это само собой происходит?

– Конечно же — спасибо Богу! Да, та счастливая встреча с Ирмой... я даже не преполагала, что это может произойти. Потом встреча с Игорем Николавевым, который утвердил меня в моей мечте – этим заниматься... Это божье благоволение... Но опять же — я этого очень хотела. Я рвалась! Я не жалела себя! Я не знала грань! Я круглосуточно думала о том, как бы мне выйти на сцену. Я так хотела попасть в эту сказку, в это волшебство.

Возвращаясь к фестивалю... Там очень талантливые ребята. Читающие, поющие. Я хочу, чтобы теперь у них все получалось. У меня от концерта до концерта всегда такое счастье. Сейчас эти дети поют с такими звездами, как Лариса Долина, Дима Билан, Сережа Лазарев, Надежда Бабкина, Зара, Сергей Безруков... Когда я Игоря Николаева увидела первый раз и когда он мне сказал «я тебе помогу!» – я неделями не спала. А теперь вот такие малыши и ставят номер, например, с Сашей Олешко или Еленой Малышевой. Конечно, для них это огромное начало. История, о которой они тоже будут рассказывать в своей жизни. Вот чего мы добиваемся: чтобы не было этих ограничений. Мы сегодня говорим о равных возможностях. Вот к чему мы стремимся.

- Диана, вы всегда прекрасно выглядите, всегда стильно и красиво одеты. Как вы это делаете?

– Каждая женщина должна выглядеть красиво. И я — не исключение, ведь я же женщина. Плюс у меня есть публика, которая меня ждет, и я не могу людей подвести. Они ведь меня любят и за то, как я выгляжу. И еще у меня есть семья, где я тоже должна выглядеть красиво.

Главный мой советчик по одежде — мой брат. Он просто видит, что мне подойдет. Этот человек знает меня с детства, практически меня и воспитал. Когда я чувствую, что одежда красива и комфортна – это здорово. У меня был момент, когда я купила шикарный костюм от известного производителя, но мне в нем было совершенно некомфортно, я его всего лишь раз одела. Конечно, я общаюсь и с модельерами. У меня уже четвертый костюм от Игоря Гуляева. Когда пела на параолимпийском фестивале с Каррерасом, костюм тоже был от него. Также я работаю с Чапуриным Игорем. А самое главное платье в моей жизни — свадебное – мне сделал Валентин Юдашкин.

- А вы учитываете, что вы — брюнетка?

– Мне трудно себя обсуждать. Я понимаю, что я — брюнетка, что мне подходят определенные цвета. Конечно, по мнению человека с обычным зрением, когда я рассуждаю о модели и цвете – это несколько экстравагантно. Нужно это просто знать. Я много читаю, и что касается моды — тоже. Есть роскошные наряды, невероятные цены, но если некомфортно, я не одену. Единственное — я всегда должна стоять на каблуках, потому что я — невысокая.

- Сколько?

– Метр пятьдесят шесть.

- Скоооолько?

– Сто пятьдесят шесть сантиметров.

- А по телевизору так не кажется... Да, тут каблук нужен...

– У меня даже тапочки чуть-чуть приподнятые, и редко хожу на низком каблуке.

- Проблема многих российских женщин в том, что пока невеста — наряжается, подкрашивается, а замуж выйдет — в халате в каком-то немыслимом, в вытянутой футболке... Вы себе дома такое позволяете?

– В вытянутом – нет, я такого не люблю... Но бывает, что утром халатик накинула быстро, ребенка покормила, кофе попила... Но это не продолжается целый день. Боже упаси! Можно красивые шортики надеть джинсовые, маечку какую-нибудь с рисунком, тапочки чуть-чуть на каблучке – и нормально. Не в платье же с перьями, не ходить же дома в пышном платье, как во дворце.

- А сейчас вы в чем?

– Как описала, так и одета. Серая майка и шорты джинсовые. Волосы распущенные.

- А от чего я вас оторвала своим звонком?

– Я стала изучать с преподавателем английский язык. И мне по работе надо, и сыну смогу помочь.

- Ага, вот, значит, как учат английский язык: в маечке и шортиках... А сына своего грузинскому языку учите?

– Да, я хочу, чтобы он говорил... Но у меня тут случилась такая история... Он что-то сказал, но настолько смешно, что я рассмеялась. И он тут же закрылся. Слышит, понимает, но не говорит. Да, теперь придется эту ошибку исправлять... Я очень хочу, чтобы он знал мою родину. Это очень важно. Там у нас очень теплый, любящий народ. Сын сейчас ходит на грузинские танцы. Чтобы через культуру происходило его соприкосновение с землей, где родилась его мама.

- Вы уже столько лет живете в России. А думаете на каком языке?

– Я, когда сюда приехала, не знала русского. Хотя в моей семье все знали. Мой брат Роберт так и вообще заканчивал Тюменский государственный университет. А я не говорила, потому что одиннадцать лет училась на грузинском в тбилисском интернате и только на каникулы приезжала домой. А приехала в Москву и за год заговорила. Первое время было трудно на камеру говорить, общаться с журналистами... Мне сказали: когда ты будешь думать на русском — ты выучишь язык. Поэтому я и думаю на русском. Но и на грузинском я не могу не думать тоже. Потому что это моя родина, по которой я скучаю. У меня знаете как? У меня муж русский, сын полурусский, я живу в России, я – заслуженная артистка России, меня здесь любят. А родилась в Грузии, выросла в Грузии, много радости, боли и горя я пережила в Грузии, я пропиталась этим воздухом. Я люблю Грузию и я люблю Россию. Вот так.

- А русский язык трудный?

– Да каждый язык трудный.

- В Москве общаетесь с российскими грузинами?

– Я общаюсь со всеми. Я люблю людей. И коллег очень уважаю.

- А вы какая жена? Тихая? Покорная? Глазки в пол? Вспыльчивая? Ревнивая? Что такое «грузинская жена»?

– Ой, на этот вопрос мой муж вам сейчас ответил бы... (Смеется.)

- И что бы он сказал?

– Он бы точно сказал... А я скажу так... Я такой же человек, как и все остальные. Где-то мягкая, где-то эмоциональная, куда уж деваться — грузинская кровь! Могу иногда просто вскипетиться... А потом подумать: что же это я, зачем? Я понимаю одно: я живу ради своей семьи. А ревность? Мы уже девять лет вместе, какая уж тут ревность, сын подрастает, не до ревностей.

- Что вам муж подарил на последний день рождения?

– У меня муж вообще очень любящий, заботливый. И хороший отец. Он — опора для нас для всех. Если папа рядом — мы ничего не боимся. Он такой большой молодец! Профессор Университета дружбы народов, доктор юридических наук. И он знает, что моя слабость, — духи. Люблю просто заходить в магазин, трогать, нюхать... И конечно же, каждая женщина любит украшения. А из украшений я люблю кольца. И на день рождения он мне подарил потрясающее кольцо с изумрудом. Да дело не в этом даже... Он такой человек – любит делать какие-то неожиданные подарки. Не в смысле — золото-не золото, это не главное. Главное — внимание. Даже если он куда-то уезжает, запрячет какой-то подарок, потом звонит: открой шкафчик в комнате с левой стороны — посмотри. Я думаю, может, ему что-то нужно, забыл, открываю, а там упаковочка с духами, про которые я когда-то сказала, что мне понравился их аромат. Он такие вещи любит делать.

- А из ароматов предпочитаете цветочные, фантазийные?

– Нет. Я люблю тяжелые шлейфовые ароматы. Захожу, и чтобы все знали — Гурцкая здесь. (Смеется.)

- Я сегодня, готовясь к разговору с вами, послушала песню про маму. Пробивает...

– Мамы у меня не стало в декабре тринадцать лет назад. А была в это время запись «Песни года». Мое первое выступление в финале с песней «Ты здесь». Конечно же, я никуда не хотела ехать. Но Игорь Николаев сказал, что всё, что я могу сделать, – это посвятить маме свое выступление. Ведь большей награды, чем мой успех, для нее не могло быть. Я вышла и спела. А через несколько дней Игорь Яковлевич Крутой показал песню. Я попросила поменять текст. Так появилась песня «Мама». Потом Тигран Кеосаян снял великолепный клип. Но до этого я, готовясь к записи песни, обрыдалась...

- Да и я, не скрою, сегодня расплакалась...

– А я желаю вам, чтобы вы никогда не плакали! Чтобы у вас даже повода такого не было. Живите и радуйтесь каждому дню! Спасибо Богу за пройденный день! И за наступивший день...

Беседовала

Галина Леонтьева,

«Фонтанка.ру» (по телефону)

Гурцкая

Наши партнёры

СМИ2

Lentainform

Загрузка...

24СМИ. Агрегатор