Авто Признание & Влияние Фонтанка-500 Книги «Фонтанки» Доктор Питер Афиша Plus
18+
Проекты
JPG / PNG / GIF, до 15 Мб

Я принимаю все условия Пользовательского соглашения

19:36 25.01.2020

Культурный развод в «сумасшедшем доме»

Владелец компании "Мегастар", которая фигурирует в уголовном деле о мошенничестве при организации петербургских праздников, стал еще и персонажем семейного скандала: бывшая жена утверждает, что он разлучил её с детьми, пользуясь сомнительными методами. Поддельные нотариальные бланки, подписи загадочного происхождения, походы к колдунам и выводы психиатров - к такому арсеналу, если верить документам, организатор культурных праздников бизнесмен Владимир Волков прибегал в быту.

Культурный развод в «сумасшедшем доме»

Владелец компании "Мегастар", которая фигурирует в уголовном деле о мошенничестве при организации петербургских праздников, стал еще и персонажем семейного скандала: бывшая жена утверждает, что он разлучил её с детьми, пользуясь сомнительными методами. Поддельные нотариальные бланки, подписи загадочного происхождения, походы к колдунам и выводы психиатров – к такому арсеналу, если верить документам, организатор культурных праздников бизнесмен Владимир Волков прибегал в быту. 

Сначала об этих событиях "Фонтанке" рассказала Олеся Волкова: бывший муж, говорила она, тайно увёз детей за границу – в Латвию, а её  саму попытался упрятать в психбольницу. Женщина нервно сжимала пальцы, в красивых прозрачных глазах виднелись слёзы, но в голосе слышался металл. Истории о краденых детях так набили оскомину, что сомнения у журналистов вызывает тот, кто первым пожаловался. Поэтому в тот момент мы слушали мадам Волкову без сострадания.

Упомянутый «злодей-муж» – крупный предприниматель, известный в Петербурге человек, совладелец и глава компании "Мегастар" Владимир Волков. На днях нам пришлось вспомнить разговор с его супругой, потому что фирма "Мегастар" оказалась в центре уголовного дела о мошенничестве в особо крупных размерах при организации районных праздников

"Фонтанка" обратилась к господину Волкову с просьбой рассказать его версию событий в семье. Выяснилось, что он действительно находится в Латвии с детьми. Он прислал комментарий по электронной почте.


"К несчастью, моя бывшая жена – наркоманка и психически больной человек, – написал он (орфография и пунктуация сохранены). – Для меня это трагедия. Но это документально подтвержденные факты. Она ушла из дома, бросила семью, малолетних детей. Как позже выяснилось, она попала в руки мошенников – банды, состоящей из оборотней в погонах и уголовников. Пользуясь ее неадекватным состоянием, они действуют от ее имени. Их цель – завладеть моим имуществом, отнять бизнес. Сейчас идет процесс в суде, где также от ее имени действуют профессиональные мошенники. Уверен, что эта "фактура" – не что иное, как попытка очернить меня, опорочить мою репутацию и, таким образом, оказать давление на суд".

Сейчас действительно "идёт процесс в суде" – о том, с кем должны жить дети. Во время заседания представители Волкова пытались поставить под сомнение психическое здоровье его бывшей жены: они представили справку из испанского Института нейропсихиатрических исследований. В августе 2013 года семья отдыхала на Канарских островах – Олеся, дети и их бабушка, мать Владимира Волкова. И вот 23 августа психиатр этой клиники якобы выдал справку о том, что, со слов бабушки детей, их мать "ведёт себя раздражительно и агрессивно" и часто уходит из дому "в неизвестном направлении", и порекомендовал "сопроводить мать на психиатрическое освидетельствование".

Адвокаты Олеси Волковой обратились с запросом в испанский Институт нейропсихиатрических исследований, и его директор по медицинской помощи сообщила: "госпожа Волкова Олеся Николаевна… никогда не была пациентом клиники", а упомянутая выше справка "полностью сфальсифицирована и не была выпущена клиникой".

Канарская доверенность

Наверное, всем этим событиям предшествовало нечто в отношениях между супругами. На это "Фонтанке" очень прозрачно намекали люди из окружения Владимира Волкова, которые согласились побеседовать неофициально. Но личные дела пусть остаются делами личными.

Сама история, как утверждает Олеся, началась в августе прошлого года, как раз тогда, когда они с детьми и свекровью отдыхали на Канарских островах. То есть Олеся не знала, что начинается какая-то история, она просто подписала доверенность, в которой ни слова не поняла.

– Муж оставался в Петербурге, но часто звонил, – рассказывает она. – Он позвонил 14 августа и сказал, что я должна подписать доверенность на имя нашего знакомого юриста из Латвии, Алексея Свиба. Объяснил, что это нужно для покупки дома в Прибалтике, там, мол, требуют согласия жены.


Она отправилась к нотариусу, там её встретил партнёр мужа, живущий на Тенерифе. Бумага была на испанском языке. Партнёр в общих чертах передал содержание.

– Он не стал читать мне текст полностью, только спросил: "Вы же знаете, о чём тут речь?" – продолжает Олеся. – В этом не было ничего необычного, муж и раньше обращался ко мне с такими просьбами, поэтому я подписала. Обычно речь шла только о купле-продаже недвижимости.

Тогда, говорит, ей в голову не могло прийти, как будет использована именно эта доверенность – от 14 августа. Ещё 2 недели она безмятежно отдыхала на Канарах, домой они с детьми вернулись к 1 сентября, дочке нужно было идти в школу. И Олеся не знала, что неделю назад, то есть через неделю после получения доверенности, муж подал заявление о разводе и разделе имущества.

Сумасшедший дом

После возвращения домой два дня всё шло, говорит Олеся, как обычно. Почти. Разве что муж дома не ночевал, а при встречах с женой казался нервным. На третий день, 2 сентября, он позвонил ей на сотовый и попросил срочно подъехать по такому-то адресу. Послал машину. Гадая, что это может означать, Олеся поехала.

– Муж встретил меня в странном состоянии, всё время говорил об опасности, а сам набирал на своём телефоне эсэмэски, – вспоминает женщина. – Вдруг появились какие-то люди в белых халатах, оказалось – "скорая", и меня куда-то повезли.

Повезли её в больницу Скворцова-Степанова. Попав в психиатрическую лечебницу, Олеся, конечно, была потрясена и вряд ли вела себя так спокойно, как нам описывала. Тем не менее врачам хватило пары дней, чтобы убедиться в том, что она психически здорова, разве что взвинчена, но это объяснимо. И 6 сентября они сообщили об этом её супругу. Видимо, он сказал медикам что-то важное, потому что Олесю оставили в стационаре ещё на 3 дня и обследовали повторно.

Двоюродная сестра Олеси, которая навещала её в клинике, рассказала "Фонтанке", что у неё на глазах санитарки пару раз перехватили передачи, которые заботливый супруг посылал любимой жене: колготки, мыло и лезвия бритвы, спрятанные в других вещах.

– Хорошо, что санитарки это вынимали, а я уносила эти вещи, – заметила женщина. – Представляете, какие бы сделали выводы врачи, если бы нашли это у Олеси в палате?

И 9 сентября Олесю благополучно выписали с диагнозом "психически здорова". 

Можно предположить, что супруг настаивал на болезни жены. Во всяком случае, психиатры беседовали с ними обоими. И в эпикризе (предоставлен "Фонтанке" самой пациенткой – Олесей Волковой – с согласием на публикацию) о ней записали: "Вела себя адекватно… Бреда и обманов восприятия выявить не удалось. В мышлении не обнаруживала структурных нарушений".

Что касается мужа-бизнесмена, то после беседы с ним врачи написали (орфография и пунктуация сохранены): "Членам комиссии сообщил, что своё мнение о психическом заболевании супруги основывал на словах знакомого врача нетрадиционной медицины, который также является специалистом в колдовстве. Сообщил, что со слов колдуна, пациентка навела на него порчу… В результате понял, что пациентка находится, по всей видимости, в сговоре со своими родственниками… и вместе они хотят его извести. В доказательство её опасности для себя привёл факт нахождения на кухне смеси гречки и пшена, что, по его мнению, является признаком колдовства, порчи или сглаза".

На выходе из больницы заботливый супруг Олесю уже не встречал. Зато, как она узнала в приёмом покое, он забрал её сумку с ключами от квартиры, деньгами и документами. К счастью, телефон остался при ней. Она позвонила двоюродной сестре, та приехала и повезла её домой.

Но в квартиру, где ещё неделю назад Олеся жила с мужем и детьми, они войти не смогли. У двери дежурил охранник, он сказал, что для того и приставлен хозяином, чтобы не подпускать к дому хозяйку. Олеся осталась без вещей, без денег, без документов.

Она дозвонилась до мужа. Тот бросил в телефон, что уехал за границу и увёз детей, которых она больше не увидит. Единственное, что она смогла понять, – это что дети в Риге. Там у её мужа был вид на жительство.

Развод и раздел

Олесе пришлось жить у родных. Домохозяйка с 9-летним стажем, она должна была искать работу. Устроилась на зарплату 30 тысяч рублей. 

Не представляя, где искать детей, она кидалась то в кризисные центры, то в полицию, то в органы опеки – безрезультатно. Методично обзванивала школы и детские сады Латвии, пока не нашла своих детей. Понимая, где они находятся, всё равно не могла поехать к ним, потому что загранпаспорта, как она говорит, супруг её тоже предусмотрительно лишил.

В начале октября её ждал новый сюрприз: 4-го числа её уведомили, что за день до того суд удовлетворил иск мужа о разводе и разделе имущества. Так она узнала, что у них, оказывается, шёл бракоразводный процесс. Она кинулась в суд – смотреть дело, чтобы выяснить, как её вообще развели без её ведома. Оказалось – по доверенности. По той самой доверенности, которую она подписывала на Тенерифе. В суде её представлял юрист из Латвии Алексей Свиб. От её имени, "в интересах Волковой Олеси Николаевны", он подписал и её согласие на то, чтобы дети жили с отцом.

Интересно, что в суд Владимир Волков представил ещё и брачный договор, по которому личное имущество и деньги каждого из супругов, даже нажитые совместно, должны после развода оставаться у владельца, разделу они не подлежат. Миллионер Волков благородно не претендовал на собственность жены-домохозяйки, которая 9 лет сидела с детьми. "Женой", подписавшей бумагу, тоже был юрист Свиб. Впрочем, этот документ забыли заверить у нотариуса, и суд его не принял к рассмотрению.

Поэтому при разводе честно делили пополам имущество Волкова, нажитое им в браке с Волковой. Всё то имущество, которое истец сам указал в заявлении. А именно – один автомобиль "Мерседес". Это, получалось, всё, что нажил предприниматель за 9 лет супружества. Суд обязал его выплатить бывшей жене половину стоимости "Мерседеса" – 1,2 миллиона рублей.

По оценкам Олеси Волковой и по документам, которые она недавно представила в суд, их общее с бывшим мужем имущество оценивается в сумму около 200 миллионов рублей. Но во время бракоразводного процесса сказать об этом было некому. Потому что юрист Свиб – как представитель Волковой О.Н. – написал заявление, в котором ответчица просит рассмотреть дело без неё.

Олеся попыталась оспорить решение суда о разводе и разделе "Мерседеса" – и проиграла. Всё было законно, у Свиба действительно имелась доверенность. Правда, подписывая бумагу без перевода, Олеся, повторим с её слов, была уверена, что речь идёт только о недвижимости.

Уже после решения о разводе она увидела в деле полный перевод доверенности. Оказывается, составитель документа предусмотрительно включил в него на испанском языке не только пункты "распоряжаться недвижимым имуществом" и подобные, но и такой: "Представлять интересы в судах, прокуратурах, магистратурах…", словом – во всех мыслимых инстанциях.

Пазл сложился: 14 августа Владимир Волков попросил у жены доверенность на имя Свиба,  21 августа подал на развод, 2 сентября озаботился психическим здоровьем супруги, в октябре выиграл бракоразводный процесс, оставив жену без детей и великодушно пожертвовав ей полмерседеса.

Доверенность

В конце октября Олеся Волкова обратилась в латвийское консульство с запросом: почему её несовершеннолетние дети находятся за границей без её согласия? Ответ поверг её в ступор: есть, сказали ей, согласие, вы его собственноручно подписали 13 сентября. Документ заверен нотариусом Ивановой.

Выходило, что через 3 дня после того, как муж, судя по её словам, сообщил по телефону, что дети за границей и она их больше не увидит, женщина побежала нотариально одобрять поступок супруга.

Олеся обратилась к нотариусу – и получила ответ из трёх строчек: "Сообщаю, что нотариусом Ивановой Л.Н. согласие от Вашего имени от 13 сентября 2013 года на бланке 78 ВЛ 408518 не удостоверялось".

В начале марта ответ на запрос Олеси Волковой дала и Нотариальная палата: "Нотариальный бланк 78 ВЛ 408518 нотариусу Ивановой Л.Н. не выдавался, нотариального действия по удостоверению от Вашего имени согласия на выезд несовершеннолетних детей… с отцом Волковым В.М. не совершалось. Сообщаем, что указанный нотариальный бланк выдавался другому нотариусу и на нём было оформлено нотариальное действие по удостоверению доверенности от иного лица". Таким образом, заключала Нотариальная палата, "оформленное от Вашего имени согласие на выезд несовершеннолетних детей… является поддельным".

Олеся отдала документ специалистам-почерковедам – они сделали однозначный вывод: "Рукописная запись "Волкова Олеся Николаевна"… в средней части бланка 78 ВЛ 408518… была выполнена НЕ Волковой Олесей Николаевной, а другим лицом". То же самое специалисты написали и об автографе внизу бланка.

Суд и дело

Минувшей осенью Олеся Волкова подала иск об определении места жительства детей – и выиграла: суд постановил, что дочка и сыновья должны жить с мамой. Адвокаты Владимира Волкова подали апелляцию. Она рассматривается до сих пор: заседания откладываются, потому что Волков упорно не привозит детей в Петербург, хотя судья на этом настаивает. На заседании 20 декабря его защитники представили справку о том, что дети болеют и поэтому приехать не могут.

К февралю Олеся наконец восстановила загранпаспорт и получила латвийскую визу. И сразу поехала в Ригу. Дочку она нашла в школе. Подруга, которая ездила вместе с ней, сняла на видео, как ребёнок бросился к маме. Встретиться со старшим сыном Олесе не удалось: администрация детского сада сообщила, что это категорически запрещено отцом. Увидеть младшего сына, которому 3 года, она, конечно, тоже не смогла, потому что ребёнок дома – под бдительным присмотром бабушки. Обращение в полицию не помогло, там, говорит Олеся, просто развели руками.

В Риге она получила справку о том, что в течение всего декабря, то есть и 20-го числа, её дети школу и детский сад не пропускали. Получалось, что не было никаких болезней, медицинским справкам, представленным Волковым, можно верить так же, как упомянутому нотариальному бланку? Адвокаты Владимира Волкова в суде объявили: дескать, в школе пропусков не отметили потому, что 20 декабря были уже каникулы. Но каникулы в Латвии начинались 23-го.

Пока суд по ходатайству адвокатов Владимира Волкова назначил психолого-педагогическую экспертизу, чтобы выяснить, с кем из родителей детям будет лучше. Правда, непонятно, как быть с тем, что маму они не видели больше полугода.

Ирина Тумакова, "Фонтанка.ру"

Читайте также
Яндекс.Рекомендации

Жильё в Санкт-Петербурге

    Работа в Санкт-Петербурге

      Наши партнёры

      СМИ2

      Lentainform

      Загрузка...

      24СМИ. Агрегатор