Авто Недвижимость Работа Арт-парк Доктор Питер Афиша Plus
18+
Проекты
JPG / PNG / GIF, до 15 Мб

Я принимаю все условия Пользовательского соглашения

11:36 26.08.2019

Особое мнение / Павел Перец

все авторы
09.04.2012 10:09

Я – вор

Вы честный человек? Вы в этом уверены? Чем это определяется? Вашими поступками? В большинстве случаев это определяется тетей Маней, главным ньюсмейкером, у которой на подхвате команда глашатаев, таких же теть и дядь. И если вам кажется, что черный PR – это только про политиков и строительные компании, то не удивляйтесь, когда выяснится, что это еще и про вас.

Вы честный человек? Вы в этом уверены? Чем это определяется? Вашими поступками? В большинстве случаев это определяется тетей Маней, главным ньюсмейкером, у которой на подхвате команда глашатаев, таких же теть и дядь. И если вам кажется, что черный PR – это только про политиков и строительные компании, то не удивляйтесь, когда выяснится, что это еще и про вас.

Щит установлен. Страна может спать спокойно. Радиолокационная станция «Воронеж» в поселке Лехтуси напоминает о моей военной профессии (радиоэлектронная борьба и радиоэлектронное поражение). Впрочем, профессией этой я так и не овладел. Зато семья моя владеет дачей, что в шести километрах отсюда. И мне очень нравится бегать с дачи на здешнее озерцо, дабы продышаться после загазованных улиц СПб.

Жить на даче пришлось стационарно. Глагол «пришлось» указывает на то, что это была вынужденная мера. Под одной из моих прошлых колонок, где я описал собственную коммуналку, один «сердобольный» читатель оставил комментарий в духе «купи квартиру». Не буду рассматривать практичность данного совета («Нет денег на метро? Купи авто!») Я как раз купил квартиру. О перипетиях дольщика я напишу отдельный текст. А пока что ограничусь фразой «пришлось жить на даче». И это не только про летний период.

Со временем выяснилось, что дачное существование не так ужасно, как может показаться на первый взгляд. Если вы, конечно, не патологический горожанин, который падает в обморок при виде туалетной кабинки, где вместо канализационной трубы бочка, а унитаз представляет собой ящик с дыркой.

Одно из главных дачных открытий: после обливаний колодезной водой кожа становится как у младенца. А ночью-то, ночью! Выходишь на улицу, глаза поднимаешь к небу, а там звезд, как веснушек на щеках у северной ирландки. Баню истопишь, пойдешь за забор, пару дубовых веников свяжешь, заваришь настой ромашки, на камни в печке его плеснешь, веником себя – хрясь, потом на улицу, из ведра ополоснешься и сидишь на скамейке, звезды считаешь. И надо сказать, невольно о вечном задумываешься и начинаешь философствовать.

Осенью дачники разъезжаются. Участок крайний, соседей и так немного, а в октябре вообще никого – не только от выхлопных газов, но и от людей отдыхаешь. Но люди тебя везде настигнут.
Ближе к заморозкам заглянул сторож. «Ты тут постоянно живешь?» – «Пока что», – отвечаю. «А то уже пять участков обнесли. Смотри, аккуратней».

Вот те новость. У меня тут и комп, и гитара Yamaha, и клавиши Roland, и еще куча того, что трезвомыслящий человек на дачу никогда не повезет. А мне это барахло и деть-то некуда. Теперь на время отлучки в город приходилось оставлять включенными свет и радио, создавая видимость присутствия кого-то в доме. Метод оказался действенным, куда надежнее замков.

В ноябре выпал снег, печка стала поддымливать, настроение ноль. Побежал в Лехтуси. Бег, он, знаете ли, мозги разгружает. Прискакал на озеро – природа, ветер, соколы над тобой кричат. Постоял, помедитировал, и обратно. Прибегаю на эмоциональном подъеме, и тут заявляется сосед. Точнее, не сосед. Он за забором, там, где уже садоводство заканчивается, грядки копает. У него на холме дом, а здесь грядки и халупа какая-то. Я, когда веники вязал, на его малину позарился, каюсь, съел дюжину ягод, был замечен и с холма гневным окриком остановлен. Ну и поделом мне. А сосед про малину помнит.

– Значит, так, – говорит, – если у меня из дома что-нибудь пропадет, у тебя будут проблемы.
- В смысле? – не понимаю я.
- Я слышал, в правлении собрание было, так вот там точно указали, что вор – это ты.

Я, признаться, опешил. Потом как-то собрался с мыслями, догнал его и задаю простой вопрос:

- Посмотрите на меня. Внимательно. Я похож на человека, который станет по дачам лазать?

Смотрит. Смущается. Тут же переходит на вы:

- Ну, понимаете, сторожиха звонила вашей матери, спрашивала, не наркоман ли вы, а она ничего толком ответить не смогла.

Мать у меня тогда болела. Отец умер буквально весной, поэтому спала она плохо, могла вообще не понять, кто звонит. И меня прорвало:

- Вы видите, что у меня на участке вкопано? Это шпалы. А сверху труба. Все вместе – турник. А рядом брусья. Я был бы мегасчастливчиком, если бы мог без ущерба для здоровья сочетать героин и турник. Пробежался – ширнулся, покачался – нюхнул.

Сосед удалился в диком смущении.

Я всегда был уверен, что мне плевать на общественное мнение. Я игнорирую критику, не вступаю в дискуссии со своими оппонентами, и всегда советовал придерживаться такой линии поведения молодым журналистам. И вот на тебе! Дачное общественное мнение оказалось похлеще заправского «тролля». Я вам честно скажу, более паршиво я себя не чувствовал никогда. Мне казалось, что в садоводстве из каждого дома на меня кто-то глядит и думает: «Вот он, вот он». Притом что почти все дома – пустые. Я готов был продать дачу, потому что понимал: это клеймо, которое прилипнет и не отлипнет уже никогда. Кумушкам ведь надо по вечерам соседям кости перемыть. А тут такая тема! Хит сезона! И ведь речь не только обо мне. Что будут думать о матери и сестре, которые поселятся тут летом?

Вора поймали через два месяца. Сторожиха, с чьей легкой руки я стал преступником (именно она ляпнула об этом на злосчастном собрании в правлении), долго извинялась, подарила каких-то солений. Конфликт исчерпан. Но дело вот в чем.

Я долго работаю с информацией. Я понимаю, как она рождается, как распространяется, а главное, какие последствия имеет. Одна дура сказала другой дуре, та – третьей, а дальше как снежный ком. Сначала ты вор, потом убийца и насильник. Что было бы, если бы вора не поймали? Вором был бы я. И ладно дачные проблемы. А представьте 1930-е годы в СССР. Живет себе человек, и вдруг: шпион, враг народа! И отныне он шпион и враг народа.

В этой связи меня крайне изумляют люди, которые не перепроверяют информацию, неважно из какого источника она поступила: предвыборный штаб Путина или ЖЖ Навального, НТВ или «Эхо Москвы». По мнению «роялистов», оппозиция всегда врет. По мнению оппозиционеров, Путин всегда врет.

Иногда кажется, что доктор Хаус глаголет истину: everybody lies. А это в свою очередь рождает кризис доверия. Если ты пишешь про «съезд крыши» у Путина на почве власти, тебя называют шпионом ЦРУ (потому что правда всегда у Путина). Если ты пишешь про бесполезность революций, тебя клеймят наймитом «ЕдРа» (потому что правда всегда у оппозиции). Собственно, гадать не о чем. Тетя Маня всегда сможет расставить приоритеты и решить, кто тут последняя сволочь. Не удивляйтесь, если ею вдруг станете вы.

Павел Перец