18+
Проекты
Фото JPG / GIF, до 15 мегабайт.
Я принимаю все условия Пользовательского соглашения
Введите цифры с изображения:
15:16 26.09.2018

Особое мнение / Андрей Заостровцев

все авторы
29.12.2011 17:11

Конституционный держите шаг!

Далее так и хочется продолжить по классику Серебряного века: «Неугомонный не дремлет враг». Андрей Илларионов в своей программной статье «Декабрьские тезисы для граждан России» (автор явно Ильича вспоминал) предложил созыв Учредительного собрания.

Далее так и хочется продолжить по классику Серебряного века: «Неугомонный не дремлет враг». Андрей Илларионов в своей программной статье  «Декабрьские тезисы для граждан России» (автор явно Ильича вспоминал)  предложил созыв Учредительного собрания.

Впрочем, не он здесь первый. Вероятно, в определении абсолютного первенства в этом вопросе могу ошибаться, но лично мне запомнились предложения о радикальной конституционной реформе известного политолога Лилии Швецовой в «Новой газете»  от 19.12 (а она, в свою очередь, ссылается на Игоря Клямкина и Михаила Краснова).  Не  будем, однако, углубляться в поиски того, кто первым сказал «мяу». Рассмотрим идею по существу.

К истокам

Самое сильное в предложении о созыве Учредительного собрания № 2 для выработки новой конституции – это попытка «восстановить связь времен» через возвращение к идее создания небывалого в России правового уклада общественной жизни, реализация которой, как хорошо известно, провалилась в результате коммунистического переворота. В  том, что она была не пустышкой, а имела массовую опору в лице тогдашних «рассерженных горожан», свидетельствует хотя бы тот факт, что в защиту Учредительного собрания в Петрограде 5 января 1918 г. прошла 60-тысячная демонстрация. В относительном измерении по числу участников – это значительно больше, чем количество собравшихся на площади Сахарова в Москве 24.12.2011.

Поскольку в те времена товарищ Чуров еще не родился, то выборы в это собрание выиграли, как мы знаем, эсеры (ирония истории – тоже аббревиатура СР!), а мирную демонстрацию большевикам потребовалось беспощадно расстрелять.  С тех пор часто вспоминали о жертвах 9 января, но никак не 5 января. Однако  мыслящие головы сохранили память о несостоявшемся повороте к цивилизации в истории страны и донесли ее до далеких потомков.

Второе. Предложение Илларионова (будем ссылаться на него как на наиболее известного выразителя идеи) неизбежно исходит из того, что нынешнее российское государство находится как бы вне закона и должно быть низложено. Вроде как самодержавие в 1917 г. Или даже как немецкий рейх в 1945 г. Яснее выражаясь, им подразумевается, что российская власть своего Нюрнберга достойна.

Рациональное зерно идеи новых конституционалистов заключается в том, что нельзя, согласно известной поговорке, влить новое вино в старые мехи. Прописанная в действующей конституции суперпрезидентская власть почти со 100%-й вероятностью вырождается в диктатуру, кто бы ею ни завладел. Даже покойный Вацлав Гавел, обладая полномочиями президента России,  мог бы не удержаться от искушения стать самодержцем.

В нынешней Конституции РФ зияет столько дыр, что, конечно, исходя лишь из этого, проще начать с чистого листа. Чего стоит хотя бы только то, что в ней не описан порядок формирования законодательной власти, особенно верхней палаты Законодательного собрания в лице Совета Федерации. Факт, который с легкостью позволял вертеть правилами его формирования, без нарушения если не духа, то буквы основного закона.

Российская государственность действительно нуждается в учреждении заново, если иметь в виду задачи обеспечения верховенства права, защищенности прав личности и собственности. Ибо современное российское государство – это, скорее, «вор в законе», чем слуга закона (см. на эту тему мою предыдущую публикацию на «Фонтанке» «Над пропастью во лжи»).

Третье. Разработка проекта конституции, пропаганда созыва Учредительного собрания ради его доработки и в конечном счете принятия нового основного закона страны может стать объединяющей идеей всех противостоящих нынешнему политическому режиму сил. При благоприятных обстоятельствах, если этот режим проявит слабость и не пойдет по пути большевиков образца 1918 г., оппозиция сможет начать практическую работу в этом направлении, создавая нечто вроде параллельного государства (и опять в чем-то повторение пройденного: 1917 г. – Петросовет и Временное правительство). 

Не удивлюсь, если скоро лозунгом оппозиции станет призыв с известного нам по Блоку протянутого от здания к зданию плаката «Вся власть Учредительному собранию!». Хотя буду надеяться, что слово «вся» будет убрано.  Учредительное собрание -  это, образно выражаясь, пьеса из одного акта. Принимает конституцию – и все! Далее остается лишь в истории.

Однако конституционное строительство в России – это проход через поле, утыканное мощными минами. И каждая из них может разорвать тот субъект, ради которого оно ведется. Не будем давать нормативных оценок (хорошо - плохо) последствий этого разрыва. Просто отметим ряд относящихся к предмету нашего разговора обстоятельств.

Работа на разрыв

Не факт, что Россия не разлетится на кусочки и без каких-либо попыток радикального государственного переустройства. Просто по случаю краха властной вертикали. Таковые попытки, разумеется, за ним последуют, но сейчас речь о другом.
   
Вообразите, что вам поручили написать Конституцию России. Легче всего получится про права и свободы граждан (собственно говоря, и то, что уже есть, сойдет). А вот как быть с федеративным ее устройством? Что потребуют для себя Кавказ, Татарстан, Якутия да и просто Дальний Восток? Известно, что ему выгоднее торговать с Китаем, Кореей, Японией, чем с европейской Россией. И даже зерно завозить из Канады, а не из Краснодарского края.

Этническая и территориальная гетерогенность страны ставят перед новыми конституционалистами неразрешимые проблемы. Представьте, что финнов и египтян нужно объединить под одним основным законом. Нонсенс? Правильно. И даже у европейцев с единой конституцией ничего не получилось.  А в российском случае разрывы заметно серьезнее, чем в ЕС.

Нельзя скроить конституцию для императорского (в смысле - имперского) пингвина. К тому же оппозиция если не глупа, то непременно возьмет в союзники тенденции к сепаратизму региональных элит («Берите суверенитета столько, сколько сможете проглотить»). Пока нефть стоит дорого, они предпочитают внешнюю лояльность, так как кормятся из рук Москвы. Ну а если вдруг этот ресурс у Москвы начнет иссякать, то тут они могут взять сторону оппозиции в ее противостоянии Кремлю.

Россия неоднородна и в социальном, и в ценностном плане. Приводить показатели разрывов в доходах и накопленном богатстве (да еще надо бы в международном сравнении это проделать) пока не будем. Удовлетворимся тем, что они – одни из самых высоких в современном мире.

Конституции – это письменные оформления так называемых «общественных договоров», которые, прежде чем стать бумагой, присутствуют в мыслях людей. А у нас – кто за частную собственность, кто – за социализм. Кто за Столыпина, кто – за Сталина. И вот попробуйте, найдите тут общий знаменатель.

Таким образом, с учетом всего вышесказанного получится, что усилия новых конституционалистов, независимо от их замысла, высвободят всю ту энергию разрыва, которая накопилась за годы путинской стабильности. Повторяю, что она все равно, так или иначе, найдет себе выход, но провозглашение курса на новое государство российское откроет ей направление главного удара. Им станет центральная власть как центр силы, скрепляющий остатки бывшей советской империи.

Андрей Заостровцев