18+
Проекты
Фото JPG / GIF, до 15 мегабайт.
Я принимаю все условия Пользовательского соглашения
Введите цифры с изображения:
23:53 24.09.2018
Проект реализован на средства гранта Санкт-Петербурга

История с продолжением

В Музее театрального и музыкального искусства работает выставка «Чеховиана Льва Додина». Четыре знаменитых спектакля МДТ – Театра Европы по четырем пьесам Чехова представлены здесь предметно: декорационные макеты, костюмы, реквизит, фотографии. Выставка открылась в дни первых показов «Трех сестер» – нового чеховского спектакля Додина, что сообщило ей особенный, уникальный подтекст.

История с продолжением

В Музее театрального и музыкального искусства работает выставка «Чеховиана Льва Додина». Четыре знаменитых спектакля МДТ – Театра Европы по четырем пьесам Чехова представлены здесь предметно: декорационные макеты, костюмы, реквизит, фотографии. Выставка открылась в дни первых показов «Трех сестер» – нового чеховского спектакля Додина, что сообщило ей особенный, уникальный подтекст.



Это даже символично, что столь представительная выставка втиснута музейщиками в пространство одной комнаты Театрального музея. Сам Малый драматический, несмотря на мировую славу, многие годы ютится в тесном здании на улице Рубинштейна, что никак не сказывается на масштабе создаваемых здесь спектаклей. Четыре стены выставочного зала – четыре спектакля Льва Додина по пьесам Антона Чехова: «Вишневый сад», «Пьеса без названия», «Чайка», «Дядя Ваня». Куратор выставки – театровед Роза Садыхова – с помощью завлита театра Елены Александровой и редактора литчасти МДТ Владимира Кантора создала сопряженные инсталляции, посвященные этапам освоения Чехова режиссером и его труппой. В основе – подлинные вещи. Вот он, «многоуважаемый шкап» из «Вишневого сада» (1994), внутри любимая игрушка Раневской, а вот, на фото, и сама Раневская – Татьяна Шестакова. Словно семейные фотографии смотрят из-за стекла шкапа: Фирс – Евгений Лебедев, Петя Трофимов – Сергей Курышев, совсем еще молодой.

Актер Игорь Иванов на фоне макета декорации "Вишневого сада"
Актер Игорь Иванов на фоне макета декорации "Вишневого сада"

Сверкают зеркала на макете декорации Эдуарда Кочергина, скучают без хозяек развешанные подле платья от художницы Инны Габай. В центре комнаты – песочные часы. Вспоминается тут же, какой разнос устроила «Саду» отечественная критика, по перестроечной привычке ожидавшая от спектакля отклика сиюминутным политическим бурям. А Додин опередил время: его встреча с Чеховым означала окончательное обращение к углубленному человековедению, бесстрашному психологическому театру, препарации тайников и парадоксов человеческой души. Додина отпевали, говорили, мол, прошла его эпоха – а он просто перевернул песочные часы.

Макет декорации к "Пьесе без названия" (автор - Алексей Порай-Кошиц)
Макет декорации к "Пьесе без названия" (автор - Алексей Порай-Кошиц)


Вот «Пьеса без названия» (1997) – спектакль редкой красоты и силы, до сих пор сохраняемый в репертуаре и не утративший прежних удивительных свойств. На макете Алексея Порая-Кошица те самые мостки, что воздвигают в театре всякий раз, когда играют «Пьесу», над всамделишным бассейном. По тем временам окунуть актеров в воду было для отечественного театра страшным радикализмом, многие слышали о чем-то подобном когда-то здесь же в России, у Мейерхольда, но повторить не решались. Додин решился, и не ради формального блеска. Вода была и приспособлением, раскрепощавшим актеров для страстной и откровенной игры, и метафорой невидимых глубин человеческого сознания, и вяжущей средой для особого жанра – трагикомической феерии. Мощи и шика ей добавляло музыкальное оформление: актеры сами играли на музыкальных инструментах. Вот они, кстати, – саксофон, труба, скрипка – развешаны в следующей витрине.

Слева направо: директор Музея театрального и музыкального искусства Наталья Метелица, куратор выставки Роза Садыхова, Лев Додин, художник Алексей Порай-Кошиц
Слева направо: директор Музея театрального и музыкального искусства Наталья Метелица, куратор выставки Роза Садыхова, Лев Додин, художник Алексей Порай-Кошиц


А дальше «Чайка» (2001) – «неудобный», резкий спектакль, сдирающий с хрестоматийного текста романтический флер. И опять Додин «перевернул часы». Это сегодня российская сцена осваивает и старательно пережевывает пресловутую «метатеатральность» – бесконечный театр в театре, в котором актеры играют актеров, играющих персонажей. Додинская «Чайка» уже была довольно исчерпывающим высказыванием на тему «театра-жизни» – и, добавим, высказыванием невеселым: персонажи разыгрывали друг перед другом роли и одновременно крутили педали неподвижных велосипедов. Соревновались кто кого – и стояли на месте. Вот он, велосипед из «Чайки», красуется рядом с макетом Порая-Кошица, с фотографиями из спектакля.

Художник Алексей Порай-Кошиц и актер Сергей Курышев
Художник Алексей Порай-Кошиц и актер Сергей Курышев


А потом – образ домашнего уюта: стол для чаепития с узорной скатертью. Поблизости и макет декорации Давида Боровского. Стога сена взмыли в воздухе над верандой деревенской усадьбы. Это до сих пор аншлаговый «Дядя Ваня» (2003), столь любимая публикой печальная элегия, в которой для каждого из чеховских персонажей у Додина нашлось оправдание, каждый обрисован почти с отцовской нежностью. И этот спектакль стал началом повального тренда: и элегий мы посмотрели предостаточно, и нежности хватило. Не у всех режиссеров она сопряжена с проницательным умом и знанием жизни. В отличие от них, Лев Додин попусту нежностей не расточает. Макет и эскизы костюмов к «Трем сестрам» на выставке тоже есть. Еще есть порванная завеса из «Чайки», в которую просовывала голову Ксения Раппопорт – Нина Заречная, играя в пьесе Кости Треплева. На нее проецируют нечеткую запись репетиций «Сестер»: лицо Додина, он что-то говорит.



Посчастливилось увидеть, как сам знаменитый режиссер впервые ступил в зальчик с выставкой, с каким трепетом рассматривал каждый эскиз, фрагмент декорации, папки с рецензиями, пыльные платья, видеоэкраны с записями старых показов и репетиций. Это была встреча художника со своим прошлым, с двадцатью годами жизни и работы. Вслед за маэстро музей наполнили артисты труппы, и стало двоиться в глазах. Они на фото и видео. Они тут же рядом, смотрят и обмениваются впечатлениями – Завьялов, Иванов и Курышев, Рассказова и Неволина, Козырев и Черневич, Акимова и Дмитриев, молодой Станислав Никольский и совсем юная стажерка труппы Полина Приходько. И многие, многие, многие другие. Участники и соавторы чеховианы МДТ, додинской театральной истории.

Редактор литчасти МДТ Владимир Кантор и актриса Татьяна Рассказова
Редактор литчасти МДТ Владимир Кантор и актриса Татьяна Рассказова


На встрече в конференц-зале музея Лев Додин говорил – ярко и обаятельно, – благодарил за труд Розу Садыхову и директора музея Наталью Метелицу. Говорил о Чехове, о его прозрениях, о том, что драматург заглянул в XXI век, понял: не что-нибудь, а «человек – главная проблема». Говорил о «пессимистическом оптимизме» Чехова, который ему так близок. О силе чеховского пера: откроешь какой-нибудь рассказ, прочитаешь страницу и почувствуешь «запах лесного сырого воздуха – и весело, и страшно». В ответах на вопросы Додин коснулся и темы декоративного историзма в театре, с усмешкой подытожив: «Какие исторические костюмы в пьесах Шекспира, где все эпохи перемешаны? Нарисуйте мне эти костюмы». На забавный вопрос: «Чем сегодня может быть полезен Чехов?» – ответил веско: ничем не может быть вреден. Особенно в адекватной его таланту постановке. Еще провел параллель между чеховской и античной драматургией: и там, и там трагедия мира подана через трагедию семьи.

Наталья Метелица, Лев Додин и Роза Садыхова на встрече с журналистами
Наталья Метелица, Лев Додин и Роза Садыхова на встрече с журналистами


Автор настоящих строк в тот момент, признаться, хмыкнул: идея показалась смелой и умозрительной. И в тот же вечер, на показе новой додинской работы – «Трех сестер», имел возможность укорить себя за смешок. Об античной трагедии тут напоминали не только накал страстей и масштаб драматического конфликта, но самая сценическая форма. Художник Александр Боровский соорудил на сцене нечто вроде преддверия, пограничного пространства, что удивительно рифмуется с античным пониманием театра как пограничья рационального и метафизического. «Три сестры» сейчас только встают на ноги, расцветают, спектакль находится в стадии развития – но его значение уже понятно. И речь не только о замечательных актерских работах, неожиданных и неотразимых прочтениях чеховского текста, но о великолепном образце современного типа психологического театра. Тут важно не столько жизнеподобное изображение мелочных поведенческих реакций в тех или иных предлагаемых обстоятельствах, сколько достоверное обнажение противоречивой и острой внутренней, душевной жизни персонажей. Песочные часы вновь перевернуты, история МДТ Льва Додина продолжается.

Эскизы костюмов к "Трем сестрам" (автор - Александр Боровский)
Эскизы костюмов к "Трем сестрам" (автор - Александр Боровский)


Андрей Пронин
«Фонтанка.ру»

О других театральных событиях в Петербурге читайте в рубрике «Театры»

Наши партнёры

Lentainform

Загрузка...

24СМИ. Агрегатор

MarketGid

Загрузка...