18+
Проекты
Фото JPG / GIF, до 15 мегабайт.
Я принимаю все условия Пользовательского соглашения
Введите цифры с изображения:
18:07 22.09.2018
Проект реализован на средства гранта Санкт-Петербурга

Иво ван Хове: «Людям нужно место, где они могли бы думать и мечтать»

В рамках ХХ юбилейного фестиваля «Балтийский дом» впервые в России выступил голландский театр «Тонелгруп Амстердам», представивший моноспектакль актрисы Халины Рейн «Человеческий голос» по пьесе Жана Кокто. «Культурная столица» поговорила с создателем спектакля и художественным руководителем театра режиссером Иво ван Хове.

Иво ван Хове: «Людям нужно место, где они могли бы думать и мечтать»

В рамках ХХ юбилейного фестиваля «Балтийский дом» впервые в России выступил голландский театр «Тонелгруп Амстердам», представивший моноспектакль актрисы Халины Рейн «Человеческий голос» по пьесе Жана Кокто. «Культурная столица» поговорила с создателем спектакля и художественным руководителем театра режиссером Иво ван Хове.

– Вы один из самых известных режиссеров Европы, ваш театр из года в год становится хедлайнером главных театральных фестивалей мира от Авиньона до Эдинбурга. У кого как не у вас спрашивать: что такое современный европейский театр?

– Признаться честно, мне было бы проще сказать, каким бы я хотел его видеть. Во-первых, современный театр должен быть созвучен зрителю – то есть говорить о времени, в котором мы живем. При этом важно не впасть в публицистику, ведь актуальные комментарии к современности – это дело телевидения и прочих медиа. В театре, конечно, нужно размышлять о нашей сегодняшней повседневной жизни, но едва ли не важнее создавать «мир мечты» – тот, в котором мы не можем жить сейчас, но к которому стремимся. Сегодня идеальный театр для меня – это театр утопии. Я думаю, что всем нам нужно что-то, чего бы мы действительно жаждали, к чему бы по-настоящему стремились, конечно, не забывая о нашей тяжелой действительности. Людям нужно место, где они могли бы думать и мечтать.

Жан Кокто. "Человеческий голос". Режиссер Иво ван Хове
Жан Кокто. "Человеческий голос". Режиссер Иво ван Хове


– Является ли таким местом «Тонелгруп Амстердам», которым вы руководите? Как вы выстраиваете художественную политику своего театра?

– Своим коллегам я всегда говорю, что мы словно играем на Олимпийских играх, только на играх, посвященных искусству. Мы хотим быть лучшими из лучших, поэтому мы постоянно работаем и никогда не останавливаемся в поиске. Для нас важно, чтобы каждая новая постановка отличалась какой-то оригинальной формой, прокладывала принципиально новые театральные пути.

Иво ван Хове
Иво ван Хове


– Но не боитесь ли вы экспериментами отпугнуть публику? Насколько вы вообще озабочены наполняемостью залов?


– Бессмысленно кричать в пустыне, где вас никто не слышит. И мне как руководителю самого большого театра в Голландии, конечно, приходится постоянно думать о привлечении новой аудитории. У нас большая по европейским меркам труппа – 22 актера. Я, конечно, понимаю, что в сравнении с размерами русских трупп это число мизерное, но для нашей страны это очень много, и нет никакого смысла ставить спектакли, если театр пуст. А что касается эксперимента, то, мне кажется, только им и можно по-настоящему заинтересовать публику. Нам, кстати, есть чем заинтересовать и русского зрителя...

"Антониони-проект". Режиссер Иво ван Хове
"Антониони-проект". Режиссер Иво ван Хове


– Вы предвосхищаете мой следующий вопрос – вы ведь готовите спектакль с интригующим названием «Русские: Платонов–Иванов»?


– Это мой любимый проект, над реализацией которого я работаю уже очень давно. В Европе Чехова ведь чаще всего ставят в одной и той же манере: показывая усталых, скучающих людей, приукрашивая героев. Мне кажется, это штамп и ошибка. «Три сестры» и «Вишневый сад» повлияли на меня еще в молодости. Эти пьесы, на мой взгляд, – очень жесткий рассказ о провинциалах – но не таких, «в которых всё прекрасно», а о людях, наполненных злобой и чувством разочарования, неудовлетворенностью. Чеховские герои, как мне кажется, ничуть не пассивны, напротив, они крайне активны в борьбе против самих себя и друг против друга. Мы до сих пор продолжаем работать над спектаклем. Как раз завтра я встречаюсь с драматургом, который соединил в одну пьесу «Платонова» и «Иванова». К настоящему времени готова только часть спектакля – сцена вечера у Лебедевых, на котором встречаются все герои обеих чеховских пьес.

Жан Кокто. "Человеческий голос". Режиссер Иво ван Хове
Жан Кокто. "Человеческий голос". Режиссер Иво ван Хове


– Кто кроме Чехова повлиял на вас, кто ваши авторитеты в широком смысле этого слова?


– Как на режиссера больше всего на меня повлиял Фасбиндер. В детстве меня поразили отношения между его героями. Он показывал зависимость людей друг от друга, как люди хотят расстаться, но не могут это сделать. Мой авторитет номер два – это Патрис Шеро. Я вырос на его постановках, я воспитан его способом работы с актером. Еще один очень важный для меня человек – это Петер Штайн, но только в его ранний период, сейчас он довольно сильно изменился. Я научился у него, так сказать, академической работе с пьесой – анализировать, читать между строк. Я ведь достаточно старомоден – смотрю на текст и стараюсь понять, о чем в нем говорится.

Джон Кассаветис. "Премьера". Режиссер Иво ван Хове
Джон Кассаветис. "Премьера". Режиссер Иво ван Хове


– Кстати о текстах. Вы ведь неоднократно работали на драматической сцене с киносценариями – у вас есть спектакли по сценариям Кассаветиса, постановка «Антониони-проект».


– Я очень долго работаю в театре, около 30 лет. И всегда нахожусь в поисках нового. Перенося киносценарий на театральную сцену, ты каждый раз открываешь неизведанное: ведь до тебя никто не делал этого раньше. Ты должен исследовать сценарий, понять, как он будет работать в театре, по сути дела, ты должен создать новый мир – это всё равно что сыграть «Гамлета» в первый раз, как это делали во времена Шекспира. Это уникальный опыт, который не может дать ни одна современная пьеса.

Жан Кокто. "Человеческий голос". Режиссер Иво ван Хове
Жан Кокто. "Человеческий голос". Режиссер Иво ван Хове


– Но вы и Шекспира используете для разговора о современных политических системах. Я с трудом понимаю, зачем вам понадобилась пьеса Кокто – она ведь несколько старомодна, нет?


– Всё дело в том, как на нее посмотреть. Для меня эта пьеса – о самоубийстве: героиня разговаривает с возлюбленным, и у нее есть два варианта. Либо она его вернет, либо ей придется покончить с собой. Вполне экзистенциальная ситуация – и, в конечном счете, всегда актуальная.

Генрик Ибсен. "Гедда Габлер". Режиссер Иво ван Хове
Генрик Ибсен. "Гедда Габлер". Режиссер Иво ван Хове


– «Человеческий голос» идет всего час с небольшим, но вы-то как раз известны предельной длительностью своих спектаклей – они могут идти и пять, и шесть часов. Как такие масштабы соотносятся с клиповым сознанием современного человека?
 
– Я как раз с ним борюсь. Театр обладает колоссальной силой: он отличается от телевидения и интернета как раз тем, что зритель не может с легкостью от него избавиться, нажав на кнопку мыши или пульта дистанционного управления. Эту власть театра я впервые испытал в середине 90-х, когда ставил спектакль по Юджину О`Нилу. Он был очень длинным, и в какой-то момент я заметил, что молодые люди от 16-ти до 25-ти, конечно, не знавшие пьесу, сидели в зале в течение четырех часов как завороженные. Потому что они видели что-то особенное. А когда мы несколько лет назад ставили «Римские трагедии» по Шекспиру, то вся публика оставалась в зале до самой последней минуты шестичасовой постановки, которая шла без антракта. И это не кажется мне парадоксом, скорее – закономерностью. Всё дело в том, что театр может дать тот опыт, который невозможно испытать с другими видами искусства.

Уильям Шекспир. "Римские трагедии". Режиссер Иво ван Хове
Уильям Шекспир. "Римские трагедии". Режиссер Иво ван Хове


Елизавета Снаговская
«Фонтанка.ру»

Фото: toneelgroepamsterdam.com (Jan Versweyveld).

О других театральных событиях в Петербурге читайте в рубрике «Театры»

Наши партнёры

Lentainform

Загрузка...

24СМИ. Агрегатор

MarketGid

Загрузка...