18+
Проекты
Фото JPG / GIF, до 15 мегабайт.
Я принимаю все условия Пользовательского соглашения
21:34 20.04.2019

Сигарев принес жертву ради правды жизни

На экраны кинотеатров выходит премированная на «Кинотавре» самобытная уральская драма «Волчок», снятая Василием Сигаревым. Рассказывает это кино про семейную драму, в центре которой маленькая девочка, за всю свою жизнь так и не услышавшая от родной матери доброго слова. О том, зачем снимают такое кино, задумалась критик «Фонтанки».

Сигарев принес жертву ради правды жизни

world-art.ru

На экраны кинотеатров выходит премированная на «Кинотавре» самобытная уральская драма «Волчок», снятая Василием Сигаревым. Рассказывает это кино про семейную драму, в центре которой маленькая девочка, за всю свою жизнь так и не услышавшая от родной матери доброго слова. О том, зачем снимают такое кино, задумалась критик «Фонтанки».

Василий Сигарев живет в Нижнем Тагиле, в Москву ездит только на премьеру своих пьес. И «Волчок» его внешне эксплуатирует уже привычные фишки – язык улиц, простые истории из жизни «дна», асоциальность…

История, рассказанная в фильме, довольно обыденна – к маленькой  девочке, которая  живет с бабушкой в маленьком безымянном поселке, из зоны возвращается мать (Яна Троянова). Привозит дочке в подарок деревянный волчок-юлу и нового папу по имени Коля. Дядю Колю сменяет другой, а потом третий, четвертый дядя. Простая, в общем, история. Каждая третья питерская коммуналка знает такую. Всех этих дядь девочка ненавидит, а некоторых даже бьет и гонит вон. Потому что очень смелая и очень любит маму. Мама же ее не любит и считает, что и дочка мешает ей начать новую прекрасную жизнь. Поэтому мама уезжает в город, а дочери рассказывает, что подобрала ее на кладбище, покрытую волчьей шерстью. Девочка, имени которой мы не узнаем до конца фильма, в эту историю верит и отправляется на кладбище, чтобы найти свои корни. Мертвые и правда встречают ее приветливее, чем живые. Все вроде бы налаживается, но тут умирает бабушка, и девочка остается один на один со своей шалой мамашей. Далее фильм состоит из многочисленных доказательств маминой нелюбви, представленных режиссером в резких физиологичных сценах, способных покоробить неподготовленного зрителя – пьяная мать на глазах дочери мочится на пол, бросается пивными бутылками и не удостаивает ребенка ни одним хоть немного добрым словом. И хотя после «Груза 200» удивить нашего человека всякими ужасами  сложно, смотреть «Волчок» действительно тяжело.

Девочка, сыгранная Полиной Плучек, настолько достоверна в роли аутичного Волчка, что после питерской премьеры особенно впечатлительные зрители спрашивали у Сигарева, все ли с актрисой в порядке. История действительно рассказана очень просто, хотя это кино не лишено претензий на эстетство. При этом Сигарев не сочетает стильные приемы с  крайностями типа непрерывного мата или неспособности героев связать два слова. Персонажи в «Волчке» говорят много и охотно. Особенно мама. Как и девочка, она очень достоверна и ее артистичному хабальству и бессмысленной жестокости веришь от начала и до конца (на фестивале «Кинотавр» Троянова получила приз за лучшую женскую роль). Достоверность Сигарев создает простыми и узнаваемыми  деталями вроде морковно-красных волос и колготок в «сеточку», театральную условность если и использует, то только потому, что рассказ идет от лица ребенка. Поэтому от рассказанной Сигаревым истории невозможно отгородиться защитной реакцией по типу «так не бывает». «Волчок» почти не шокирует и потому бьет наотмашь.

Когда впечатление немного ослабевает, первое, что приходит в голову травмированному  зрителю – зачем все это нужно. Зачем этот режиссер пожертвовал художественностью ради правды жизни, сняв, кроме всего прочего, неожиданный финал (не будем раскрывать карты, лишать интриги зрителя!), лишив тем самым фильм целостности и, по сути, испортив его?

Ведь Сигарев одержим идеей рассказывать реальные истории. Но в отличие от коллег и зрителей, он к этим историям оказался немного более чувствительным. После рассказов про шалав-мамаш, которые гробят своих детей, уральцу Сигареву стало так плохо, что для того, чтобы эту боль изжить и переосмыслить, он вынужден был снять это кино. Чтобы хоть как-то переварить этот новый опыт и избавиться от него. Фильм «Волчок» – результат этого переосмысления.  Продукт жизнедеятельности. А то, что между эмоцией и ее  воплощением в кино должна быть какая-то дистанция, которая и превращает истерику в художественное высказывание, дебютант Сигарев, похоже, пока не знает. Пока он этого не узнал, зрителю с продуктами сигаревской жизнедеятельности придется справляться самому.

Елена Некрасова, «Фонтанка.ру»





Наши партнёры

СМИ2

Lentainform

Загрузка...

24СМИ. Агрегатор