0

Лебединый чёс над Невой

Есть только одна незыблемая и надёжная примета наступления туристского сезона – это озёра. Лебединые, разумеется. С неумолимостью и настойчивостью продавцов чашек с питерскими видами и будёновок, возникающих во всех местах скопления туристов, петербургские балетные силы начинают взывать рекламными постерами и баннерами к потенциальному балетоману, порой даже развязывая незримую для непосвящённого «озёрную» борьбу за зрителя.

lipetsknews.ru
lipetsknews.ru

Есть только одна незыблемая и надёжная примета наступления туристского сезона – это озёра. Лебединые, разумеется. С неумолимостью и настойчивостью продавцов чашек с питерскими видами и будёновок, возникающих во всех местах скопления туристов, петербургские балетные силы начинают взывать рекламными постерами и баннерами к потенциальному балетоману, порой даже развязывая незримую для непосвящённого «озёрную» борьбу за зрителя.

На берегах Невы несчастных лебедей гоняют четыре «труппы быстрого развёртывания»: театр балета К. Тачкина, «Русский балет» А. Брускина, СПб государственный академический театр балета им. Л. Якобсона под руководством Ю. Петухова и балетная труппа театра оперы и балета Консерватории. За исключением последнего, все эти коллективы не имеют собственных зданий для выступлений, и спектакли идут на арендованных специально на туристический сезон площадках: БДТ им. Товстоногова (балет К. Тачкина), Александринке (театр балета им. Л. Якобсона), Театре Музыкальной комедии и Эрмитажном театре (труппа «Русский балет» А. Брускина) – но зато идут через день (а то и подряд). Любопытно, что признанные цитадели академического балетного искусства – Мариинский и Михайловский театры – вообще дали по два и одному «Лебединых» в мае и столько же в июне соответственно. Это и немудрено: во-первых, эти театры ещё и оперу давать должны, а во-вторых, репертуар балета там одним названием не исчерпывается. Тем не менее, Мариинский театр объявил своеобразную «афишную войну» Михайловскому, в изобилии украсив всю площадь Искусств своими афишами «Лебединого озера». Михайловский, в свою очередь, ответил с воистину имперским размахом: тамошнее «Лебединое» рекламирует гигантский, величиной с футбольное поле баннер, укрывший почти все леса на фасаде здания бывшего Фрунзенского универмага.

Казалось бы, ничего ужасного в этой «лебединой лихорадке» нет: заезжих туристов много, в Мариинку всё равно все не поместятся; во всех случаях в основе лежит хореография Л. Иванова и М. Петипа либо в редакции Константина Сергеева 1950 года, либо (театр балета им. Л. Якобсона) в редакции Ю. Петухова. Пускай турист приобщается к высокому искусству, а артисты зарабатывают: ведь в составе этих мелких трупп много бывших и настоящих артистов балета Мариинки, молодых солистов – которым, по разным причинам, не удалось сделать себе карьеру в другом театре; а билеты на «лебединый чёс» стоят от 400 до 1900 рублей. Вдобавок, на многие спектакли билеты изначально купить просто невозможно: они заранее, как говорится, в «пакете» с путёвкой реализуются через турфирмы иностранным туристам, которых организованно привозят и увозят в театр на автобусах (попробуйте где-нибудь около 22 часов проехать по Театральной или площади Искусств – автобусов там больше, чем голубей).

Однако здесь не всё так просто: мы попросили прокомментировать ситуацию балетмейстера и педагога Академии балета, заслуженного артиста РФ Бориса Бланкова.
– Это всё, скажем так, прибыльно, но грустно. Дело в том, что все так называемые «бережные восстановления» классической хореографии часто сделаны не очень талантливо, а собственно хореографическая и постановочная канва спектакля зачастую становится жертвой чьего-то не очень хорошего вкуса или недостаточной эрудиции. Большинство артистов в подобных труппах, к сожалению, имеет достаточно средний уровень, и даже одна или несколько «звёздочек» здесь не спасут положения, поскольку в балете должно быть штатное расписание. То есть не должно быть того, что происходит сплошь и рядом: один репетировал, другой – не имел возможности, третий репетировал, но в другой постановке. Вот и выходят: мизансцены развалены, а вместо тридцати двух лебедей на сцене всего шестнадцать, а то и двенадцать…

Ансамбли и солисты, что называется, «не станцованы», люди вместе не репетировали. А если спектакли идут под фонограмму, или даже с оркестром – но с плохоньким, наспех собранным из музыкантов других коллективов, практически несыгранным? Это уже не «приобщение к искусству», а настоящая дискредитация русского балетного искусства.

Действительно, во многих «туристических» спектаклях «Лебединого озера» облегчены, и порой до неузнаваемости, те или иные вариации, давно ставшие классикой; сокращается и музыкальная ткань балета. Спектакли «Русского балета» А. Брускина идут в сопровождении Губернаторского Симфонического оркестра – бывшего Эстрадно-симфонического оркестра питерского радио, который как был куда более эстрадным, нежели симфоническим, так и остался. Вообще, в Петербурге несколько оркестров, академических и не очень, федерального, регионального, муниципального и прочих подчинений, наименования которых порой трудно запомнить даже специалисту. Несколько лет назад в недрах некоего «Фонда развития музыки и танца» возник и ещё один симфонический коллектив под броским названием «Конгресс-оркестр»: несмотря на то, что ассоциируется любой конгресс с многочисленностью участников и «планов громадьём», упомянутый коллектив скромен по составу, да и задача у него весьма скромная: аккомпанировать балетным труппам. Когда театр балета Якобсона не пользуется фонограммой, его выступления идут в сопровождении «Конгресс-оркестра».
В общем, ситуация не очень утешительная: получается, что львиная доля петербургских «Лебединых озёр», как говорится, «для купания» не пригодны. Краток и афористичен был художественный руководитель балета Михайловского театра Фарух Рузиматов, на вопрос корреспондента «Фонтанки» ответивший загадочно: «Если в озере нет настоящих лебедей, оно быстро превращается в болото».
Жизнь балета «Лебединое озеро» в XX веке – это история многочисленных постановок и переделок, прочтений и интерпретаций – в которых, как правило, неизменными сохранялись второй «лебединый» акт Льва Иванова и па-де-де Одиллии и Зигфрида в третьем, поставленное Мариусом Петипа. В 1893 году Петипа предложил петербургскому хореографу Льву Иванову совместно поставить балет: так родилась та редакция спектакля, которая стала классикой, практически синонимом русского балета.

А любителям новизны, великолепия красочных декораций и роскошных костюмов, прохлады посреди знойного лета и безудержной динамики можно смело порекомендовать ещё одно «Лебединое озеро», поставленное в Санкт-Петербургском театре балета на льду – единственном в мире на сегодня коллективе, представляющим классические балеты на ледовой площадке, которым руководит бывший солист Мариинского театра К. Рассадин. Это не «воссоздание классики», но настоящее шоу без претензий на аутентичность, в котором аксели, тулупы, сальховы и другие прыжки исполняются в пачках и чередуются с арабесками и другими фигурами классического балета.

Так или иначе, «Лебединое озеро» – это история о заколдованной принцессе Одетте, превращенной злым волшебником в лебедя. И здесь важно помнить, что клятва в верности Одиллии, как две капли воды похожей на Одетту, может навсегда разлучить принца с настоящей любовью.

Кирилл Веселаго, «Фонтанка.ру»

ПОДЕЛИТЬСЯ

ПРИСОЕДИНИТЬСЯ

Рассылка "Фонтанки": главное за день в вашей почте. По будним дням получайте дайджест самых интересных материалов и читайте в удобное время.

Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter

Комментарии (0)

Пока нет ни одного комментария.Добавьте комментарий первым!добавить комментарий

Наши партнёры

Lentainform

Загрузка...