Дыхните в трубочку

В прокат выходит фильм «Второе дыхание» - римейк классического криминального фильма 1966 года, в котором Даниель Отей играет благородного бандита, а Моника Белуччи – его возлюбленную. Как и любой римейк, «Дыхание» ценно именно своей свежестью. В данном случае оно ох, как чувствуется.

Глазастый немолодой бандит по прозвищу Гу, с лицом неудачника и громкой славой (Даниель Отей), сбегает из тюрьмы и решает славно зажить вместе со своей возлюбленной, белобрысой цыпочкой с химзавивкой (Белуччи), только провернув одно вполне денежное дельце. Но полицейские подставляют Гу, и ему, несмотря на всю свою хитрость и изворотливость, приходится задержаться перед «отпуском» в Париже.

«Дыхание» - из тех римейков, которые не существуют сами по себе, а вступают в диалог с первоисточником. Но первоисточник тут выбран таким, с которым не поспоришь и ничего не прибавишь: малого того, что фильм Жан-Пьера Мельвилля с Лино Вентура в главной роли – классика жанра. Так еще он, в свою очередь, снят по знаменитому одноименному криминальному роману Хосе Джованни. Режиссер «Дыхания», Аллен Корно, старательно следует за Мельвиллем, но – сглаживая острые углы и снимая намного тоньше и деликатнее, в точности как его восточные коллеги. При этом – соблюдая все формальности и предельно сохраняя связь с фильмом 66 года, даже в выборе исполнителя главной роли – Отей и правда похож на Вентура внешне, да и не только – у них примерно один темперамент, схожи и чисто актерские данные. Правда, Отей как раз для нуара больше подходит – боец из него, прямо скажем, так себе, скорее, мыслитель. Но если Мельвилль никакого боевика и не думал снимать, то Корно метит именно в этот жанр, превращает весьма своеобразный нуар в самый настоящий боевик, причем очень красивый. То есть ориентируется на определенную традицию жанра – восточную, в первую очередь. Стрельбу он снимает «под Джонни То», в начало вставляет красивый эпизод, в котором герой Отея прыгает с одной крыши на другую под покровом ночи…

Аллен Корно как-то просто патологически, чисто по-восточному эстетизирует насилие и строит на нем весь свой фильм, именно на тонкости работы и "смаковании" всего, что попадается под руку. Наверное, это цинично, ужасно и бездуховно, но на протяжении двух часов главная эмоция – восхищение изобретательностью традиционного оператора Корно, Ива Анджело, в съемке перестрелок, или, вернее, огнестрельных ранений. Герой Отея стреляет в прикрывшегося рукой бандита – и у того отлетает палец, кровь заливает экран и чуть ли не узоры на нем выписывает.

Корно во «Втором дыхании» выделывает, по сути, тот же фокус, что и в «Страхе и трепете» - выбивает из зрителя душу вон одними средствами, напрочь забывая обо всем остальном. В «Дыхании» несуразиц – хоть отбавляй, можно придираться до бесконечности. Минда отбирает у киллеров три пистолета – а в руках у него оказывается только два, и все в таком духе. Но этого не замечаешь – потому что акцент режиссер делает не на логике, а на каких-то совершенно других вещах - на красивости, например. Но ему любовь к перестрелкам и восточному кино прощаешь – хотя бы за то, что Корно умеет к месту ее проявить.

Иван Чувиляев,
Фонтанка.ру