Ваучер на Бродского в наших руках

Советская власть ушла после празднования 70-летия себя же. Признание Иосифа Бродского на государственном уровне в России начинается как раз с его семидесятилетия. Это не значит, что его начнут читать в метро. Но есть шансы, что Питер на нем заработает. Надо ловить волну, пока правительство не опомнилось.

Как только в 1991 году коммунисты рухнули, Бродский  был издан легально. Ныне книг о нем и его стихи отпечатано вдоволь. Выпущены документальные фильмы. Создана анимация «Полтора кота». Наконец, сегодня, в день рождения – 24 мая, по Первому каналу пойдет документальный фильм «Остров по имени Бродский». А в пятницу, 28 мая, покажут первый художественный фильм «Полторы комнаты». Будем чествовать неделю. Такого размаха еще не было.

Именно федеральное телевидение говорит - власть признала поэта окончательно. Время, знаете, пришло удобное для его приватизации. Ведь он больше не вредный. Ничего не скажет. Хотя изжога, конечно, сохраняется.

Ведь если жертва еще может простить палача, то палач ее - никогда. Жертва всегда напоминает палачу, кто он такой. А правительство у нас и сегодня битком набито теми, кто его и травил, и судил. Но они махнули рукой, мол, кто старое помянет… Тем более, что Виктора Цоя «третьего дня» пришлось утвердить в бронзе. Да и что не сделаешь для тех, кто умер и на марш несогласных не явится.

Сами вельможи никогда Бродского в руки не возьмут. Вплоть до мордобоя. Так, например, в Фонтанном доме Ахматовой недавно были стильные юбилейные чтения. Так от официальных лиц присутствовала лишь дама - американский генконсул. А в выходные ночью в саду музея Бродский беседовал с экранов с гостями. За его спиной была видна южная Венеция.      

Пора, братцы, его нам прибрать к  рукам. Пока им не занялось министерство культуры.

Мы живем в единственном туристическом городе России. А торгуем лишь Эрмитажем. Последнее время еще Сергеем Шнуровым. Достоевского преподают в каждом американском колледже, мы же в тесный музейчик классика до пятнадцати человек вместить можем.

В Штатах целый город Ганнибал, как малая родина, паразитирует на имени Марка Твена. Со всего света туда приезжают красить забор. В скучнейшем Хельсинки туристов водят в кафе, где когда-то вроде как разок выпили втроем Ленин-Троцкий-Сталин. И ведь каждый норовит по чашке кофе там глотнуть, оставляя инвалюту собственнику.

Венеция из Бродского выжимает все. До евроцента. На набережной Неисцелимых доска в его честь. И все прикладываются, тут же по граппе в местных тратториях. Потом на вапоретто и на остров-кладбище. К нему же. 

Даже с точки зрения поступления налогов в казну – это очень правильно. Бродский, Цой, Довлатов – жутко интересные символы для типичных рамочных условий существования малого бизнеса. Они сверхрентабельны. А то все матрешки.

Так что все в руках middle-класса. И хорошо, что правительство города не думает в эту сторону. Они не догонят. Они до сих пор не могут параллельно с кириллицей в Питере для туристов что-нибудь на латинице написать. Пока им не ведомо, что европейцы кириллицу не читают. Как мы иероглифы. Так что их туризм монгольского уровня. Все на что способны – это ларьки с символикой «Зенит».

Опять же - матрешки.

Так что обогнать не мудрено.

К тому же все настоящие питерские бренды вели жизнь не монашескую. Уж точно не попрекнут.

А Иосиф для многих петербуржцев стал месточтимым святым, этаким гением места. Теперь он плавно переходит в знак массовой культуры. Как симфоническая музыка. Не любишь, но знаешь.

Бродский вообще комфортен для смертного. Школу он не кончил. Водился со шпаной. Работал в морге, в геологической экспедиции, много раз сидел в милицейских обезъянниках, заезжал в психушку, матерился, мотал срок, наконец. Все его поведение – неправильно. В этом он схож с Высоцким. Его легко полюбить. А то, что Нобелевку дали - так у каждого свои недостатки.

Замдиректора АЖУР
Евгений Вышенков