Город невезения

Экономисты давно знают, что человек привыкает ко всему. В том числе, и к росту заработков. В последнее время выяснилось, что человек привыкает и к их снижению. Притом петербургскому человеку пришлось привыкать быстрее, чем прочим. Нашему городу не везет. Достаточно посмотреть на свежие цифры.

Свежие цифры - это результаты первого полугодия нынешнего года, подсчитанные Росстатом и местным его филиалом Петростатом. Они еще разок опровергли теорию, популярную почему-то в руководящих кругах нашего города – что Петербург лучше прочих справляется с трудностями. Если верить официальной статистической науке, дело обстоит наоборот.

Первое, что интересует рядового человека – это то, что касается его больше всего: сильно ли упал жизненный уровень и растет ли угроза безработицы? По поводу безработицы наша статистика надежна, пожалуй, меньше всего. Относительно настоящей, а не отчетной безработицы (это все, кто ищет, но не находит работу; плюс отправленные в неоплаченные отпуска; плюс работающие неполное время), то у нее есть только прикидки, причем запоздалые. А именно: к началу лета всех вышеперечисленных в Петербурге было около 200 тысяч человек (близко к 7% городской рабочей силы). Это ниже среднего российского уровня. Но по России в целом безработица от весны к лету немного уменьшилась (напомню: речь идет о реальной, а не о тех, кому выдают пособия), а по Петербургу продолжала расти.

Теперь о реальных доходах. То есть о зарплатах, пенсиях, пособиях и всем прочем. По России средний реальный доход на душу снизился за прошедшие месяцы этого года на 1% против уровня, который был в те же месяцы 2008-го. А по Петербургу – упал примерно на 6%.

Скажу, что не очень верю в точность обеих этих цифр. Кто там разберет в нынешней путанице, какие на самом деле доходы у людей? О подлинном падении жизненного уровня гораздо достовернее говорят расходы. Чем меньше человек покупает, тем хуже живет. Это ясно. Так вот, розничный товарооборот (считая в товарной массе) за январь – июнь уменьшился по России – на 3%, по Петербургу – на 6,6%. Это – шесть месяцев нынешнего года по отношению к первым шести прошлогодним месяцам. А вот отдельно по последнему месяцу полугодия, по июню, общероссийский спад розничной торговли – уже 6,5%, а петербургский – целых 9,7%. Потребление снижается, причем у нас в городе быстрее, чем у прочих, несмотря на разговоры, будто «дно спада достигнуто». То же самое и по платным услугам. Люди ведь экономят не только на товарах. Так вот, по реальному объему приобретаемых услуг за шесть месяцев общероссийское снижение – на 3,4%, отдельно в июне – на 8%; а у нас в Петербурге соответственно на 7,6% и на 16,7%. Наш город и тут идет вниз заметно быстрее среднего. Но вообще-то и все идут вниз.

Как же быть с «достигнутым дном»? Липа? Не совсем. Может оказаться, что нынешнее «дно» не последнее, и ниже его обнаружатся еще какие-то. Но это только может оказаться. А пока экономика вроде как притормозила спуск. Но перед тем, как притормозить, она снизилась гораздо больше, чем на несколько процентов. И теперь жизненный уровень просто догоняет этот спад. Скажем, промышленный индекс по России за шесть месяцев уменьшился на 14,8% (по Петербургу – на 21,7%); индекс строительных работ – на 19,3% (по Петербургу – на 23,1%); инвестиции в основной капитал упали на 18,2% (по Петербургу – на 21,4%). Когда падает экономика, жизненный уровень обычно падает не так быстро и не так сильно. Но остаться прежним не может. Неоткуда. И чьи-то там обещания, что, мол, кризис не отразится на выполнении прежних социальных обязательств, на стандартах жизни и прочем, можно было с самого начала не принимать всерьез.

И из этих же цифр видно, что в Петербурге уровень жизни должен съехать вниз сильнее, чем в среднем по стране. По той простой причине, что городская экономика съехала вниз больше, чем в среднем. А теперь – самое интересное.

Что дальше? Федеральное и городское начальство мыслит, по-моему, примерно так. Экономическое «дно» нащупано. Уперлись в него, так сказать, ногами, и, значит, худшее позади. Уровень жизни простолюдинов, плавно снижаясь, скоро выйдет на свое собственное «дно». А может, и уже вышел. Граждане наши славятся приспособляемостью, а значит, приспособятся и к этому уровню жизни. Или уже приспособились. Не так уж им и плохо под нашим присмотром. Такая вот, предполагаю, логика рассуждений. У этой логики всего один дефект. А если экономика пойдет вниз еще дальше? Не устанут ли граждане приспосабливаться?

Что касается российской экономики, то пока она дальше вниз не идет. А вот в Петербурге в прошлом месяце именно это и происходило. В этом июне, по сравнению с прошлогодним июнем, промышленный индекс по России упал на 12,1%, по Петербургу – на 29,8%; индекс строительных работ уменьшился по России на 19,6%, по Петербургу – на 32,6%; инвестиции в основной капитал упали по России на 20,1%, по Петербургу – на 25%.

Если спад и впредь пойдет такими же темпами, то жизненный уровень в городе будет снижаться и снижаться. Как быть? Как-то неловко напоминать об этом через год после начала кризиса, но городу нужны собственные и решительные антикризисные действия, опирающиеся на собственные силы и возможности, а не одно только обивание московских порогов с просьбами дать заказы и профинансировать проекты.

Если очень коротко, это означает, что городская власть должна перестать вмешиваться в хозяйственные дела, не мешать фирмам и вообще всем желающим заниматься любой деятельностью, за исключением преступной, прекратить финансирование всего лишнего и показного, а сэкономленные деньги тратить на помощь нуждающимся. Если этого (и еще многого, что назрело) не сделать, то город, конечно, не рухнет. Просто вернется ситуация первой половины 90-х годов, когда Петербург по жизненному уровню терялся в массе областных центров-середнячков. Чтобы оттуда выбраться, понадобилось полтора десятка лет. А вот возвратиться обратно можно гораздо быстрее. Достаточно просто сидеть и ждать из центра денег и предписаний.

Сергей Шелин