Упавший кран потянул на "пятилетку"

Пять лет колонии общего режима с запретом на работу с техсредствами попросило обвинение для Егора Денисенко, который управлял башенным краном, упавшим 27 февраля 2007 года на 12-этажный жилой дом на Камышовой, 2. По мнению прокурора, собранные доказательства достаточны для такой меры наказания.

По версии обвинения, Егор Денисенко достоверно знал об отсутствии специальных упоров в конце рельсового пути крана, а также специального механизма, который должен выключить его двигатель в экстренной ситуации, — все они были сняты в связи с состоявшейся за несколько дней до трагедии частичной разборкой рельсов. Кроме того, Денисенко, по версии следствия, нарушил правила техники безопасности, совершая два технологических действия одновременно — он и ехал на кране, и поворачивал стрелу.

Кроме того, несмотря на то, что нарушения на стройке числятся чуть ли не за каждым рабочим, в прокуратуре как будто сочли, что Егор Денисенко сознательно решил воспользоваться этим обстоятельством, предполагая, что в случае чего отвечать будет его начальство, а самого крановщика наказание не коснется.

В итоге ему предъявлено обвинение по части 3 216-й статьи УК РФ — «Нарушение правил безопасности при ведении горных, строительных или иных работ». Несмотря на то, что в качестве смягчающих обстоятельств прокурор отметила положительные характеристики Егора Денисенко, а также то, что он частично признал свою вину и раньше не представал перед судом, предложенное обвинением наказание достаточно сурово — максимальный срок по 216-й статье составляет семь лет.

Потерпевшие полностью поддержали требования обвинения. Женщины едва сдерживали слезы, а Татьяна Наумова, у которой в результате падения крана пострадало двое членов семьи, попросила проявить к Егору Денисенко максимальную строгость. Кроме того, один из представителей потерпевших особо отметил, что попытки некоторых СМИ изобразить Егора Денисенко как «стрелочника», на которого повесили все грехи, буквально преступны. Дескать, нарушений на стройке было много, и вообще царил полный бардак, но только то, что подсудимый залез в кабину крана, имеет прямую причинно-следственную связь с тем, что махина упала на дом.

Резкое несогласие с этой точкой зрения выразил адвокат Денисенко Артем Баконин. «Этот процесс — показатель некоего феодального строя, когда толпе кидают жертву и ее нужно разорвать», - высказал он свое частное мнение.

В своих возражениях на позицию обвинения он отметил, что у его подзащитного не было информации о том, что кран неисправен — соответствующие записи в вахтенном журнале не делались в течение минимум десяти дней. А слова одного из свидетелей, что все крановщики были предупреждены устно, не соответствуют действительности. Человек просто пытается таким образом выгородить себя — показания об этом других строителей также есть в материалах дела. Кроме того, с момента разборки участка рельсов до трагедии на кране работали разные операторы, мужчины и женщины, и, теоретически, на месте Егора Денисенко мог оказаться любой из них.

Артем Баконин признал, что его подзащитный совершил халатность, не заметив отсутствия тормозных упоров, которое также вполне можно считать прямой причиной падения крана. Но в то же время он отметил, что о запрете на передвижение машины по рельсам на стройке едва ли знал хоть кто-нибудь из работников.

Судебное заседание закончилось последним словом обвиняемого. Егор Денисенко явно нервничал, говорил с большими паузами, но старался держать себя в руках. «Я действительно раскаиваюсь в том, что мной было сделано и не сделано, - сказал он, - частично я с самого начала признал свою вину. Я сочувствую всем присутствующим пострадавшим, исковым заявителям. Я прошу не прибегать в моем отношении к крайним мерам, поскольку не считаю себя опасным для общества. Прошу суд быть снисходительным и не назначать мне меру пресечения, связанную с лишением свободы».

Вынесение приговора по делу о падении крана на Камышовой улице состоится в понедельник 19 января.


Николай Конашенок,
Фонтанка.ру