Тихое дело «Макдональдса»

Взрыв в «Макдональдсе» на Невском проспекте в феврале прошлого года удостоился видеоряда даже по Euronews. Мгновенное задержание молодобомбистов в марте 2007 года стало второй сенсацией. Сегодня в Горсуде состоялось очередное заседание, на котором прокуратура оглашала доказательства вины арестованных по обвинению в терроризме. Слушание протекало медленно, тихо и не вызвало интереса общества.

В зале на первом этаже здания Городского суда, кроме судьи Кургузова в мантии, присутствовали лишь следующие официальные лица: два представителя прокуратуры, все четверо подсудимых, столько же их защитников, трое сотрудников конвоя, один судебный пристав, секретарь суда, 16 присяжных (четверо запасных) и четверо сотрудников ФСБ в штатском. Со стороны общественности и СМИ - один репортер «Фонтанки».

Суд начался вовремя. Судья кратко объяснил присяжным, что сегодня они заслушают доводы прокуратуры. Несмотря на пенсионный возраст, все 12 присяжных вместе с дублерами приготовились.

Один из обвинителей достал вещественное доказательство - тетрадку в клеточку, изъятую на обыске у подсудимого Косакова, - и пообещал прочитать написанный там текст без купюр. Первые предложения из тетрадки были прогнозируемы, но интересны: «Для того, чтобы сделать взрывное вещество... чтобы у вас все получилось...у продавщицы магазина обязательно спросите...». По выражению лица самого Косакова, сидящего в клетке, было видно, что он сверяет зачитанное со своими собственными представлениями о самодельном взрывном устройстве. Но, очевидно, почерк Косакова далек от каллиграфического, потому как прокурор начал вчитываться и говорить медленнее. Затем еще медленнее. Он немного злился на каракули и жалел, что не потренировался заранее.

Некоторые фразы запоминались. Смысл инструкции по террору уводил в тонкости правильного размельчения таблеток, особенности эмалированной посуды и прочее. Вскоре все потеряли нить смысла, а прокурору ничего не оставалось, как продолжать, хотя и от него суть ускользнула.

Первым закрыл глаза адвокат Косакова. Вторым оказался один из дублеров присяжных. Потом еще один присяжный. Косаков начал рассматривать потолок, хотя в этом зале он уже бывал. Девушка-конвоир незаметно прислонилась к клетке. Тишина и спокойствие все больше обволакивали присутствующих. Голос прокурора звучал плавно, умиротворяюще. Другой подследственный - Федор Ковальчук - незаметно привалил голову к прутьям и задремал. Один из сотрудников ФСБ никак не мог удобно положить свой лоб на спинку впереди стоящего кресла. Лбу было жестко.
Слышно было, как идут небольшие электронные часы, висящие над входом в зал № 107.

Минут через десять всех встревожили слова обвинителя, произнесенные им чуть энергичнее: «Ставьте заряд на месте теракта без палева». Проснувшиеся немного виновато осмотрели себя и зал. Арестованный Ковальчук заморгал, мол, «конечно, конечно, все надо было делать без палева!». Оживление было такое, что часы перестали быть слышны.

Надо воздать должное судье: его честь держался молодцом и ни разу не зевнул (хотя и хотел).

Обвинение перешло к наглядной демонстрации фотодокументов-исследований, на которых были изображены наколки подсудимых. Адвокаты запротестовали, и судья, согласно установленной законом процедуре, на время прений удалил присяжных.

Стало веселее. Адвокат подсудимого Петрищева заявил протест. По его мнению, смысл, цвет и форма наколок на теле его подзащитного могут отрицательно сказаться на мнении присяжных, а те наколки к делу не имеют никакого отношения. Адвоката Петрищева полностью поддержал адвокат Ковальчука, и с ними вяло согласились два оставшихся защитника.

- Неизвестно, когда Петрищев сделал эти наколки. Возможно, 10 лет назад - во времена неразумной молодости. Возможно, он глубоко сожалеет и даже переживает. Он просто не успел их изничтожить, - убеждал один.
- Эти наколки говорят лишь о романтическом представлении моего подзащитного о некоторых частях (имелись в виду части «СС») вооруженного противника СССР во время Великой Отечественной войны. Более того, сегодня Германия является стратегическим партнером России, - помог ему адвокат Ковальчука и добавил, - на каких основаниях в суде будет демонстрироваться голое тело молодого человека?!
- Вы намекаете на порнографию? - иронично парировал прокурор.

Проснувшийся к тому времени офицер ФСБ в штатском, укрывшийся за спинкой стула, заржал и потер лоб.

Тут встал сам Федор Ковальчук и напомнил, что воспитание молодежи в канве исторических ретроспектив, инициация массового молодежного внимания к атрибутике военной формы разных стран поощряются политикой правительства РФ. Ковальчук так нагромоздил термины, что никто не понял юмора.

Судья послушал еще немного и принял решение показать нательную живопись присяжным. При этом ухмыльнувшись: «Если бы они ларек ограбили - мы бы их наколки не анализировали». Эпизод с ларьком около станции метро «Владимирская» подсудимым также вменяется. Но они его не грабили, а взорвали.

Присяжные вернулись и рассмотрели фото. Было видно, что им понравилось - некоторые привставали с мест, чтобы рассмотреть тела получше.

Затем обвинение начало зачитывать материалы по результатам обыска на квартире Ковальчука от 17 марта 2007 года. Результатов было много: от многочисленных файлов в обнаруженном компьютере до компонентов СВУ. Тем не менее, речь прокурора вновь всех убаюкала. Хотя Ковальчук и смог побороть в себе желание вновь прижаться головой к решетке.

Настенные часы опять начали публично отмерять секунды.

Журналист не смог победить происходящее и задремал.

Последние слова судьи обрадовали: «Следующее заседание, на котором будут рассматриваться доказательства со стороны защиты, состоится через неделю».

- Вам достаточно недели? - спросил судья.
- Конечно, конечно..., - закивали адвокаты.

Егор Иванов,
Фонтанка.ру
Tweet