Даешь обратно игрушечного солдатика!

Мы все удаляемся от боли войны. Изменяемся в ретроспективе взгляда. Ведь когда не знаешь, что такое истинные страдания, то за боль воспринимаешь зубную. А миллионам молодых мутировать и не нужно. Они сформировались в принципиально иной атмосфере, где о победе говорить принято уважительно - в связи с годовщинами и в случае необходимости выдержать стоя минуту молчания. Чтоб старшие не шикали. Процессы вечные, земные, наподобие почитания национальных поэтических святынь. Типа Пушкин – это наше все, но читать его скучно (последнее шепотом). Рядом мощнейший и яркий информационный поток, а Пушкин с бакенбардами да о золотой осени. Короче, зевота. Но если кто оскорбит, то в рыло. Что неплохо само по себе, так как подобная позиция зиждется не на информации, а на вере.

Родина начинается не с безразличных баннеров по всему городу: «С праздником 9 Мая!» (так и просится добавление «…дорогие товарищи»). Чувство формируется, несмотря на взрослых, которые кучками отмечают годовщину Победы, как железобетонный повод встретиться в выходной. Память поддерживается искренностью. Когда дети во дворе играют в войнушку. Вера кристаллизуется, когда дворовые пацаны на роли «предателей и гестаповцев» всегда выбирают тех, с кем меньше дружат. И когда попавший в плен «партизан под пытками не рассказывает о спрятавшихся подпольщиках в подвале». Эта «стойкость к пыткам» и есть часть счастливого детства. Отсюда в руки берутся правильные книги. Оттуда парень знает, что за друга надо драться в кровь, несмотря на превосходящие силы противника и невзирая на моральные ценности настоящего. Это вранье, что ценности постоянно меняются в зависимости… Все ценности были переданы Моисею три с половиной тысячи лет назад.

Так вот: эти детские игры становятся подсознательно сознательной мифологией. И не о Великой войне. А о добре и зле, где внешняя оболочка состоит из бойцов Красной Армии (Трясогузка, Мальчиш-Кибальчиш…), и гитлеровцах (Гитлер, Геббельс). Что цементирует историческую память к тому же. И ребенок сызмальства запоминает, что «Т-34» - самый героический танк, а красные соколы на «Яках» непобедимы. Что враг был (а значит, и будет) разбит и победа будет за нами. Заодно кто первый начал и благодаря кому получил по зубам.

Детям рассказывают сказки про драконов. После подростки узнают, что драконов не существует. А взрослых жизнь приводит в их логово. Но глубокая память о том, что дракон рано или поздно от богатыря и погибнет, останется. Это ментально архиважно.
И вот с этими мыслями да в магазин детских игрушек. Мальчик, начиная с трех лет, хочет и активно играет в машинки и солдатиков. А в четыре у него на полу одни солдаты воюют с другими. И это правильно в любой стране.

Но если воспитание истории понимать не по-турецки, то наши мальчишки должны исторически воевать с немецкими солдатиками. Так вот с немецкими танками и самолетиками в игрушечных магазинах проблем нет. Вопросы начинаются с красноармейцев.

Непонятно: какие самолеты должны атаковать «мессеры» и кто подобьет фашистские «тигры»? На полках в изобилии есть все, что касается игры в солдатиков. Нет только Красной Армии. Если папа захочет воспитать сына в игре, да и сам вспомнить детство, то он должен будет прикупить американские самолеты и самолеты с крестами на крыльях. (На полках в наших магазинах крестов завались – не отсюда ли отчасти неонацизм?) Прикупив, он не станет и не сможет объяснить четырехлетнему про США. Он вынужден будет врать. И на белые звезды говорить «красные». Ребенок поверит мгновенно и хорошо запомнит геометрию крыльев. (Мы не запомним, а он да.) Через много лет выросший малыш, возможно, станет разбираться в битве за острова Тихого океана в 1944-м. Он всегда отличит танк «Пантера». И никогда не найдет на карте Сталинград. Бренд Второй мировой войны - «Т-34» для него останется непонятной абракадаброй.

Отсюда «Наши», защищая «солдата» в Эстонии, несут ахинею вместо доводов или в лучшем случае заученный текст. Солдатиков-то у них не было.

При этом к китайским производителям игрушек у меня вопросов нет. Они там штампуют, что требует рынок. Заодно и в нашу сторону откидывают по вагону в день. Широка Россия, а примитивного оборудования для производства правильных кусочков из пластмассы в ней нет. По технологии – это чуть проще, нежели одноразовые зажигалки.

Если кто вспомнит о политкорректности, то я заявлю об оскорблении.

Так, может, празднование дней Победы необходимо начинать не только с присвоения заслуженным городам статуса городов воинской славы? Если бы Путин произнес раздраженно: «Господин министр, попытайтесь наладить производство отечественных солдатиков. Ведь попытка не пытка. Правда?», то я думаю, наших детей с остервенением завалили бы и партизанами, и «Катюшами»… А высшие чиновники сами бы просматривали эскизы, а их домашние дизайнеры раскрашивали. И только безумный буржуа усомнился бы в рентабельности начинания.

И тогда оловянный солдатик с ППШ наперевес защитит память о «солдате бронзовом» в Таллине.

Евгений Вышенков,
заместитель директора АЖУРа
Tweet